Дайре Грей – Лекарство от боли (страница 3)

Девушка, между тем, глубоко вздохнула, заправила прядь светлых волос за ухо и с ослепительной улыбкой произнесла:

— Вы находитесь на линкоре «Фотис». Вас доставила сюда после взрыва в крайне тяжелом состоянии. Мне и доктору Лезариусу удалось сохранить вам жизнь. Для меня это была первая сложная операция, но могу вас заверить, что все прошло успешно…

Саша постаралась сфокусировать взгляд на девушке. Смысл слов доходил до нее очень медленно. А еще создавалось впечатление, что говорит незнакомка совершенно другое. То есть слова звучат, а вот ее губы движутся как-то иначе… От напряжения заболела голова, где-то сверху раздался предупреждающий писк. Взгляд «медсестры» сразу стал внимательным и собранным. Она посмотрела на что-то наверху. И Александра перевела взгляд туда же. Пришлось буквально вдавить голову в подушку, чтобы разглядеть вмонтированные в стену экраны, на которых отражались непонятные графики. Это точно не больница.

Когда мама в прошлом году слегла с сердечным приступом, Саша провела в медучреждениях достаточно времени, чтобы понимать — такой аппаратуры там быть не может. Да и одежда…

Она снова взглянула на незнакомку, которая как раз встала и подошла ближе. На ней было надета короткая туника серо-голубого цвета с длинными рукавами, собранными у запястий, и закрепленная на плече брошью. Ноги обтягивали плотные серые леггинсы или узкие брюки, заправленные в странные ботинки. Медсестры так точно не ходят.

Писк сверху усилился. Как и головная боль. Ладони вспотели.

— Пожалуйста, не нужно нервничать, — вдруг заговорила девушка спокойным и нормальным тоном, больше не ослепляя улыбками и не светясь дружелюбием. — Я понимаю, что вы напуганы. Вы пережили сильное потрясение. Не говоря уже об операции. Но обещаю, здесь вам ничего не угрожает. Мы лишь вылечили вас.

— Кто… мы?

К Саше возвращалась чувствительность. Удалось сжать пальцы на левой руке, а затем и на правой. Писк стал чуть тише, но полностью не исчез. А вот боль схлынула, будто ее и не было.

«Медсестра» в ответ вздохнула, словно собираясь с духом, и заговорила ровно и уверенно — так обычно говорят с детьми. Или с истеричками, когда боятся, что те впадут в буйство.

— Мы — киорийцы. С планеты Киорис. Один из наших кораблей потерпел крушение на вашей планете. В ходе спасательной операции выяснилось, что из пострадавших выжили только вы. Мне очень жаль.

Александра моргнула, затем с силой сжала руку, вгоняя ногти в ладонь. Зажмурилась, внушая себе, что все происходящее — лишь плод ее больного воображения. Да, последнее, что она помнила — это нечто, падающее на торговый центр. Вот мозг и выдал ассоциативный ряд. Пришельцы, инопланетный корабль, чудесное спасение. Наверное, она сейчас просто отходит от наркоза. Сережка говорил, когда ему удаляли аппендицит, словил жуткие глюки. Вот и у нее также. Всего лишь галлюцинации.

Но стоило открыть глаза, и она снова оказалась в гладкой комнате рядом с незнакомкой. Та рассматривала ее с явной тревогой. И глаза у нее были серые. Матово-серые. Насыщенного графитного оттенка. Линзы? Наверняка линзы. Таких глаз просто не бывает.

— Как вас зовут?

В третий раз заговорить получилось проще. И вот странность — пить совсем не хотелось. А мама и Сережка жаловались, что после операции мучает жажда. Голода тоже не было. И в целом состояние мало походило на послеоперационное. Конечно, самой Саше не доводилось попадать в больницы, но на маму и брата она насмотрелась. У нее ничего не болело. Не считая легкой ломоты в висках. Не было дискомфорта, чувствительность возвращалась — она уже могла пошевелить пальцами на ногах. Осталась лишь небольшая дезориентация, а еще спокойствие… странное, отстраненное спокойствие…

— Клео, — девушка снова улыбнулась, но уже более естественно. — А вас?

— Саша. Александра. Светлова.

Добавлять отчество показалось глупым. Ладно, на «вы», но если собственные глюки начнут называть ее Александра Владимировна… Перебор. Однозначно.

— А вы меня отпустите? — решила она уточнить. Просто на всякий случай. Если эти глюки затянутся, нужно хотя бы знать примерное направление и глубины собственного психоза. Фантазии — это же отражение потаенных желаний? Пока желания у нее довольно странные и приземленные. В конце концов, почему рядом женщина, а не какой-нибудь прекрасный космический капитан?

От последней мысли по телу отчетливо пробежали мурашки, а писк сверху достиг небывалых частот. Ну да, вот и ответ… Клео сразу же наклонилась к ней и коснулась широкого браслета на левой руке. Между бровей появилась едва заметная складка. А затем Сашу накрыло волной умиротворения, а еще потянуло в сон. Спать во сне? Что-то за гранью…

— Думаю, вы не сможете вернуться на свою планету. По крайней мере, не в ближайшее время. Мы получили приказ как можно скорее вернуться на Киорис, и вы летите с нами.

Кажется, пару лет назад она уже мечтала отправиться в путешествие. В Париж. Даже присмотрела туры. Цены. Предложила Владу накопить, но он отказался… Сказал, что путешествия — глупость несусветная. Кто бы мог подумать, что именно это желание у нее настолько потаенное. Вот, пожалуйста, исполняется.

— А там есть башня?

Перед глазами снова все начало расплываться, сонливость накатывала волнами, затягивая куда-то в глубину. Но ответ донесся вполне четко.

— На Киорисе есть стеллы, а еще храмы и музеи. Дворец императрицы. Они довольно высокие.

— А мужчины? У вас есть мужчины?

Господи, что за чушь она несет?

— Команда линкора на семьдесят пять процентов состоит из мужчин. Но большая часть из них — непробужденные. Они не станут вас беспокоить. Даже доктор Лезариус не будет заходить к вам без необходимости. Только я или кто-то из женщин.

От ее слов стало спокойнее, даже писк стих. А еще захотелось рассмеяться. Вот уж действительно потаенное желание: оказаться в месте, где никакие мужчины не станут ее беспокоить. Счастье-то какое. И выспаться, можно просто выспаться…

— Как она?

Коммандер Искарис появился в медицинском блоке без предупреждения, чего раньше с ним не случалось. Гиатрос Лезариус отвернулся от монитора, на котором транслировалась встреча ученицы с пациенткой. Клео со своей задачей справилась прекрасно. Особенно учитывая, что она не проходила специальной подготовки в храме. Все же он был прав: женщина скорее доверится женщине.

— Операция прошла успешно, коммандер. Пациентка восстанавливается. Она уже пришла в себя, но нам пришлось снова погрузить ее в сон, чтобы избежать большой нагрузки на психику.

Гиатрос глянул на показатели, отражающиеся на нескольких мониторах, и невольно нахмурился.

— Что-то не так? — немедленно отреагировал коммандер.

Его равнодушный тон плохо сочетался с вопросом. Но, в конце концов, не каждый день теряешь кого-то из близких. Подобные утраты влияют и на непробужденных. Сейчас весь экипаж линкора находился под впечатлением от последних событий. В медицинский блок приходили постоянные обращения за успокоительными. А их запас вовсе не бесконечен. Скоро придется выбирать, кому выдавать медикаменты, а кого отправлять в гимнастические залы.

— Судя по тем нормам, которые приняты на Земле, у женщины наблюдается крайне угнетенное состояние нервной системы. Пока я стабилизирую ее с помощью наших лекарств, но долгий прием медикаментов может оказать пагубное влияние на психику. Я, в силу своей компетенции, не могу оказать достаточную помощь. Как и Клео. Нам нужна жрица.

— Они не покидают Киорис.

Лезариус только вздохнул. Уже давно между сообществом медиков и иерией Элпис велись переговоры на счет присутствия хотя бы одной старшей жрицы на каждом военном корабле Киориса. И верховная понимала необходимость данного шага, а также напряжение, которое испытывает экипаж при длительных перелетах и боевых столкновениях, но… Жриц слишком мало. И им тоже требуется восстановление. Пока единственной альтернативой являлись прямые каналы связи с храмами. Но такой метод подходил далеко не всем.

— Угнетение ее нервной системы возникло вследствие взрыва?

— Нет, судя по показаниям, оно возникло задолго до него. И… возможно, было куда глубже, но немного выровнялось.

— Откуда оно могло взяться?

Гиатрос внимательнее взглянул на коммандера. Внешне он оставался таким же, как всегда. Собранным, невозмутимым, закрытым. Бесстрастное немного бледное лицо от долгого пребывания в закрытом помещении — старший принц слишком много времени проводит в космосе. Теперь это изменится… Но, может быть, перемены коснуться и чего-то еще.

Он перевел взгляд на монитор, где осталась лишь пациентка. Клео отправилась к себе, чтобы отдохнуть. Само появление на борту линкора этой женщины нарушало массу протоколов. Конечно, никто не стал задавать вопросы коммандеру, но на Киорисе найдутся те, кто спросят. И каким будет ответ?

Лезариус снова взглянул на показатели состояния пострадавшей.

— Думаю, только она сама может рассказать свою историю, коммандер…

И что-то подсказывало опытному гиатросу, что справиться с ней сможет только жрица.

Глава 3

Космос. Бескрайняя чернота с вкраплениями звезд. Яркие пятна туманностей, разбросанные в хаотичном порядке. И провал черной дыры, оставшейся позади.

Саша с трудом отвела взгляд от иллюминатора. Космос затягивал. Также как огонь или бегущая вода. Кажется, что смотреть можно бесконечно. Полностью растворившись в ощущениях. Забыв о проблемах и реальности. Впрочем, происходящее все равно казалось ей затянувшимся сном.