Дайре Грей – Лекарство от боли (страница 15)

Сердце вдруг сжалось и пропустило удар. Случилось. Точно случилось. Внутри все похолодело от дурного предчувствия.

А Клео продолжала говорить деревянным, чужим голосом:

— Под утро поступил срочный вызов. Я схватила сумку и бросилась к указанной каюте. Даже не посмотрела, чья она, так торопилась. На входе столкнулась с инженерами. Дверь в каюту не просто заблокировали, а сломали панель управления. Им пришлось вскрывать дверь вручную. И потом также с очистительным блоком. Когда мы ворвались внутрь, все было залито водой. Ее было так много… Почти до колена. Все сливы оказались заткнуты. А система подачи сломана. Напор хлестал такой, что мы едва смогли подойти. Он зафиксировал себя там… у стены… он хотел… — голос девушки сорвался на шепот. — Хотел убить себя. И гиатрос Лезариус сказал, что все спланировано. Значит, он готовился заранее. Значит, мы плохо следили. Не заметили чего-то. Он… он был таким бледным…

Киорийка замолчала и закрыла лицо руками. Саша облизала разом пересохшие губы и с трудом сглотнула.

— Это был капитан Байон, да?

Молчаливый кивок стал ответом. На мгновение дышать стало легче. Коммандер не пострадал. И сразу же накатило чувство вины. Капитан ей ничего плохого не сделал. Напугал… Кто еще кого напугал больше… Он не заслужил смерти. Тем более такой.

— Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить еще одну потерю.

Клео вскинула на нее глаза, полные ужаса.

— Нет, нет, он не умер! Мы смогли надеть на него маску и очистить легкие от воды. К счастью, сигнал сработал вовремя. И инженеры справились быстро.

Саша не сдержала облегченный вздох. Напряжение сразу же ушло.

— Ая уже испугалась… — она встретила взгляд собеседницы, ставший еще более выразительным, и постаралась пояснить свою реакцию: — Нет, ситуация, конечно, ужасная. И мне очень жаль капитана, но он жив, вы справились. Разве это не хорошо?

— Он пытался себя убить, — медленно произнесла киорийка, тщательно проговаривая каждое слово. — Лишить жизни. Значит, дошел до такой степени отчаяния, что не видел смысла в дальнейшем существовании. Что может быть страшнее? Те, кто причиняют вред другим, хотя бы имеют цель. Она разрушительна и неправильна по своей сути, но в ней можно найти смысл. Причины. Все можно исправить. А лишение жизни себя… — она покачала головой, будто не в состоянии поверить. — Мы иногда облегчаем страдания умирающих. Даже на Киорисе есть болезни, которые неизлечимы. Они, в основном, касаются разума и проявляются с возрастом. Тогда мы помогаем страдающим уйти. Они не испытывают боли. Мучений. Они могут попрощаться с родными. Выбрать день. Церемония печальна. Моя бабушка… Она ушла таким способом. Но была счастлива. И прожила долгую, счастливую жизнь. Я плакала, но лишь от того, что первый раз столкнулась со смертью. В остальном я была спокойна. Знала, что она получила то, чего хотела. А здесь…

Браслет Клео издал писк вызова. Она бросила на него короткий взгляд и тяжело вздохнула.

— Гиатрос Лезариус считает, что сегодня я — не лучший вариант для компании. Могу оказать негативное влияние. Ты сможешь побыть одна?

— Да, у меня есть сериалы. Я справлюсь.

Ответ вышел так себе. Но Клео не обратила внимания. Ушла так быстро, как только могла. И Саша осталась одна. Взглянула на монитор. Но подошла к иллюминатору. Прижала ладонь к толстому стеклу. Взглянула на звезды.

Почему-то мысли о самоубийстве никогда не приходили ей в голову. Может быть, она не достаточно страдала? Или дело в том, что рядом находилась Ольга? С ее неуемной энергией, жаждой жизни, силой и… поддержкой. Точнее сказать, направлением, которое она задавала.

Ольга всегда шла вперед напролом. Напористая. Хваткая. Уверенная в себе и в том, что может и хочет взять от мира. Она умела разговаривать с учителями в школе. Спорить. Находить аргументы. Заставлять слушать себя. Она не стеснялась выступать на публику. Громко смеяться. Ярко одеваться.

Как они сошлись? Потому что Ольга захотела. Чем-то тихая, незаметная Саша, постоянно читавшая книжки, стала ей интересна. А если Ольга чего-то хотела, делала все, чтобы это получить. Они подружились. И пусть после школы поступили в разные ВУЗы, продолжали общаться. Говорят, школьные друзья быстро теряются, но с ними оказалось не так. Они встречались, переписывались, поздравляли друг друга с праздниками, делились новостями. И, единственное, что вызвало отдаление — появление Влада.

Ольге он сразу не понравился…

— …Слишком правильный, — сказала она после знакомства, когда они сидели в кафе вдвоем. — И вообще… будто бриллиантами присыпанный. Как этот… страдающий мальчик из кино про вампиров.

— Думаешь, таких не бывает? — Саша не только смотрела все фильмы «Сумерек», но и читала книги. Плакала и радовалась за героев, а Ольга только выразительно молчала, слушая ее пересказы. Хорошо, что хотя бы молчала.

— Думаю, что у таких правильных за фасадом дерьма много прячется. И рано или поздно, оно из него полезет. А достанется, подруга, тебе. Потому что ближе всех окажешься.

— Ну, не всем же пить и курить.

Подруга одарила ее взглядом. Как здоровый человек смотрит на глубоко и безнадежно больного.

— Если бы он пил и курил, я была бы за тебя спокойна. Тут хотя бы все понятно. И что делать, тоже ясно. А с такими… Саш, я не буду с тобой ругаться из-за какого-то членистоногого, просто будь аккуратнее. И если что — пиши. Я тебе всегда помогу.

…На том и остановились. Александра через полгода счастливо окунулась в семейную жизнь, а Ольга не менее радостно выкинула из своей жизни очередного «членистоногого». Она легко меняла мужчин. Расставалась с ними без лишних сожалений и сходилась столь же легко. Порой общие знакомые считали ее легкомысленной, но Саша знала, что в глубине души подруга ищет того, кого сочтет достойным, чтобы доверить себя любимую один раз и на всю жизнь. И, учитывая собственный опыт Александры, была не так уж и неправа…

— Как же мне тебя не хватает…

Подумалось, что Ольга наверняка быстрее разобралась бы и с инопланетянами, и с коммандером, она бы нашла, чем утешить Клео. И заставила бы Сашу саму взяться за ум. Как тогда, когда у нее все-таки хватило сил попросить о помощи. И получить ее.

От мыслей отвлек сигнал у двери. Уже знакомый. Клео решила вернуться? Но она всегда заходила без предупреждения. Еще одна из особенностей гиатросов. Кто еще может ее навестить? Прежде, чем Саша успела подойти и посмотреть, дверь плавно отъехала в сторону. В коридоре стоял коммандер…

Глава 13

…Его снова разбудил вызов гиатроса. Но теперь все оказалось сложнее. И стремительнее. Когда кто-то из членов экипажа находится в опасности, на разговоры времени не остается.

Все обошлось, но…

— Он все продумал, — Лезариус выглядел подавленным и постаревшим. Будто прожил десять лет за неполный час, что ушел на спасение Байона. — Все продумал… Я надеялся, что предусмотрел любой вариант. Браслет отражал малейшие перемены в пульсе, давлении и гормональном составе, доза успокоительного подавалась исправно, я каждый день сам проводил осмотр и опрос. Дважды в день! И все равно не углядел…

— Вы бы и не смогли, гиатрос.

Коммандер просматривал записи с камер наблюдения в каюте друга. Ни одного лишнего движения. Лишь скупые, точно отмеренные жесты. Байону, с его отличным инженерным образованием, ничего не стоило намертво заблокировать двери в каюту и очистительный блок. Его доступ в другие помещения корабля существенно ограничили в связи с отстранением, но со своей каютой он мог делать почти все, что угодно. Разве что система жизнеобеспечения не поддавалась воздействию. Защиту на ее управление ставили специалисты на Киорисе, взлом занял бы слишком много времени и не остался бы незамеченным. Поэтому подача воздуха не прекратилась. Как и воды.

— Но что я упустил? Когда? Почему ничего не заметил? Ведь показатели были в норме!

Байону не давали столовые приборы. Еду приносил робот-разносчик. Оружие, как и защитный костюм изъяли. И на этом успокоились, посчитав, что капитан в безопасности. Не учли… Целеустремленность. Упрямство Байона не знало границ. Он мог тренироваться часами, отрабатывая приемы или выполняя авиационные маневры, оттачивая мастерство. Мог ночами сидеть за изучением новых статей по инженерии. Во всем, что касалось дела, он не умел отступать. И только Талия могла его отвлечь. Когда появлялась она, все остальное уходило на задний план…

— Должен был быть всплеск гормонов стресса или…

— Гиатрос, вы ни в чем не виноваты, — уверенно произнес Икар, наблюдая, как хладнокровно друг фиксировал себя под струей воды. — Он хотел умереть. И решение, скорее всего, принял давно. Возможно, сразу после смерти… принцессы. Он ждал. Обдумывал план. Просчитывал время между визитами. Подбирал способ. Вы не знали его так близко, чтобы предотвратить эту попытку. Если кто и виноват, то я. Мне следовало больше думать о нем…

Старый медик поднял на него усталый взгляд.

— При всем моем уважении, коммандер, но вы не могли понять, что происходит с вашим другом. А он наотрез отказался говорить с жрицами. Хотя я предлагал. Несколько раз.

— В таком случае, давайте сойдемся на том, что никто не виноват. Ответственность за произошедшее ляжет на меня. А вам стоит подготовить все необходимое для проведения расследования.