Дайна Джеффрис – Потаенный дворец (страница 16)
– А что внутри?
– В этом начинка из сыра, но, если хотите, могу сделать с начинкой из гороха, приправленного карри. Здесь это очень любят.
– Пахнет очень вкусно.
– Вы ведь не англичанка?
– Нет. Француженка. Вы, случайно, не знаете, где можно снять комнату? Я надеюсь устроиться танцовщицей в один из клубов.
Владелец кафе улыбнулся:
– Видели объявление моего зятя? Женат на моей дочери Кармене.
– Да, я действительно видела объявление в газете.
– Он постоянно выискивает иностранных артистов. Скажете ему, что познакомились со мной. У Кармены есть дом на Сент-Джозеф-стрит. Местный вариант меблированных комнат. Название улице дали англичане, когда появились здесь, но мы неизменно зовем ее Улицей французов. Кармена сдаст вам койку. – Владелец нахмурился. – Правда, для молодой леди условия… суровые.
– А почему вы зовете ее Улицей французов?
– Поблизости находится Французский Занавес. Это береговая крепость.
– Спасибо за помощь.
– Всегда готов помочь. Мое имя Никола, но все зовут меня Колой.
Он сказал, сколько нужно заплатить за угощение. Розали достала деньги, затем доела вкусную пастиццу и допила кофе. Английский фунт имел хождение и на острове. Слава богу, она еще в Париже предусмотрительно обменяла часть франков на фунты.
– А как мне найти Сент-Джозеф-стрит? – спросила Розали, собираясь уйти.
– Это несложно. Пойдете до конца Олд-Бейкери-стрит, свернете направо, затем второй поворот налево. Улица называется Страда Сан-Джузеппе. Она находится в самом конце Стрейт-стрит и идет параллельно, между Фаунтин-стрит и Рипаблик-стрит. Улица невелика, всего четыреста метров. До встречи, – сказал Кола, помахав ей на прощание.
Розали последовала указаниям Колы. На Улице французов ее ждало разочарование. Она надеялась увидеть нечто аналогичное хотя и обшарпанным, но все равно элегантным парижским улицам. Ее встретили грязные шестиэтажные дома, где на деревянных балконах сушилось белье. По мостовой бегали полуодетые босоногие дети. Отвратительно пахло несвежей едой и еще отвратительнее воняло отхожими местами. Такое могло присниться только в страшном сне. Услышав за спиной крик, Розали вовремя отскочила к стене. Мимо пронеслась повозка, запряженная мулом и доверху нагруженная бидонами с керосином. Ею управлял угрюмого вида мужчина.
Может, и Ирен жила в таких же условиях? Если да, ее парижская подруга заслуживала медаль за стойкость и умение выживать. Розали глубоко вздохнула. Ей недоставало Ирен. Но думать о Париже бесполезно и сейчас, и вообще. Но неужели ей придется жить на этой улице? Она снова взглянула на закопченные стены домов и схватилась за сердце, почти физически ощущая тоску по родному городу. Место, куда она попала, разительно отличалось от Шестнадцатого округа. О чем только она думала? Как всегда, приняла импульсивное решение, не беря в расчет возможные последствия. А теперь слишком поздно сожалеть.
Глава 13
Внутри этот дом выглядел ничуть не лучше. По лестнице спускалась невысокая худая женщина, неся ведро, едва не переливающееся через край. В коридоре чем-то пахло, но чем – Розали поняла только потом.
– Я ищу Кармену, – сказала она по-английски.
Женщина с ведром кивнула, указав на приоткрытую дверь. Розали подошла к двери, открыла и увидела другую женщину. Эта была почти квадратных габаритов.
– Вы Кармена?
– От кого будете? – кивнув, спросила толстуха.
– Меня прислал Кола. Мне нужна комната. У вас найдется?
– Ну допустим, – нахмурилась женщина. – Но лучше показать, чем рассказывать.
Розали последовала за Карменой. Они поднялись по лестнице, затем прошли по нескольким коридорам мимо общих спален и гостиных, после чего очутились на другой лестнице. Розали поинтересовалась, где здесь ванные. Оказалось, в этих меблирашках не было ни туалетов, ни ванных, ни даже кухонь.
– А где люди готовят себе еду?
– У нас есть
И Розали сразу же уловила запах керосина, на котором работали плиты и который смешивался с сильным запахом дезинфицирующего средства. Вот чем пахло в вестибюле.
– Развозчик керосина приезжает почти каждый день.
– Видела я его. Мул чуть меня не зашиб.
– Так это, скорее всего, мул Спиру, – засмеялась Кармена. – Норовистая скотина.
Розали оглянулась по сторонам:
– А где здесь стирают белье?
– Кипятят в ведре на примусе.
– И что, отдельных комнат нет? – (Толстуха покачала головой.) – А в других домах по этой улице? – спросила Розали, шокированная отсутствием элементарных удобств.
Кармена пожала плечами:
– Большинство домов – обыкновенные ночлежки для матросов. В каждой комнате по семь-восемь коек. Им что? Упьются вдрызг, а ночевать где-то надо.
– И куда же мне теперь идти?
– У вас работа есть?
– Я танцовщица.
– Я про работу спросила. Есть или нет? – (Розали мотнула головой.) – «Вечерняя звезда» дает артистам жилье. Начните оттуда.
– Клуб закрыт.
– В час дня откроется. Мой муж Джанни придет заниматься бухгалтерскими делами. Он там всем заправляет. И с шишками встречается, и наймом ведает. Скажете, что вас прислала Кармена.
Розали взглянула на часы. Одиннадцать утра.
– Где же мне провести эти два часа?
– Чемодан здесь оставьте. Сходите погулять. Валлетта – красивый город. – (Розали колебалась.) – Я послежу за вашим чемоданом, – усмехнулась Кармена. – Идите.
Розали оставила чемодан у Кармены и двинулась по булыжным улочкам Валлетты, где к стенам жались тощие собаки, а на них с нескрываемым презрением смотрели жирные кошки. «Наверное, тут полным-полно мышей, – подумала она. – Может, и крысы есть. Наверняка есть». Она шла, вслушиваясь в шум и гам Валлетты, и вскоре поняла особенность здешних улиц. Все они были прямыми; некоторые – очень узкими и крутыми, тогда как основные улицы имели вполне нормальную ширину. Розали свернула на одну из таких улиц и пошла мимо дверей с облупившейся красно-коричневой краской. Улица постоянно опускалась и поднималась, и тогда на тротуаре появлялись крутые ступеньки. Наверное, дома на этой улице считались богатыми. Они были построены из песчаника. Этажи опоясывали ряды деревянных балконов – позднее она узнала, что они называются
Из переулка выскочил темноглазый мальчуган:
– Леди, я могу показать вам красивые места. – (Розали покачала головой.) – Англичанка?
– Нет, француженка.
– Это лучше, – заявил мальчишка.
– Ты не любишь англичан?
– Моя мать у них работает. А отец их не любит.
– И кем же работает твоя мама?
Маленький провожатый пожал плечами, уклонившись от ответа.
– Покажу вам красивые места, – снова предложил он. – Сады. Прекрасный вид.
Пока шли, он болтал без умолку. Розали чувствовала, что уже привыкает ориентироваться в городе. Это оказалось не так сложно, как она думала, поскольку все улицы образовывали общую решетчатую структуру.
– Сады Верхней Баракки, – горделиво заявил мальчик, доведя ее до места.
Розали дала ему монетку. Он радостно заулыбался и убежал.
Мальчишка оказался прав. Отсюда открывался завораживающий вид на Великую гавань. Воздух был густо напитан ароматами гераней, роз и жасмина. Внизу, словно россыпь самоцветов, сверкало Средиземное море. Ветерок, дувший оттуда, приносил соленый морской запах. Желанная перемена после крепких запахов мочи, конского и человеческого пота и выхлопных газов, донимавших Розали по пути сюда.
Она чувствовала, как из тела – впервые с момента ее бегства – уходит напряжение.
На поезде она проехала всю Швейцарию и добралась до Италии. Вплоть до Генуи Розали не оставлял страх, что ее могут снять с поезда и арестовать за кражу материнских драгоценностей. После Рима путешествие стало менее комфортабельным. Не без трепета она села в поезд, идущий на юг. Вагоны были набиты людьми, курами и даже козами. Орали младенцы, лаяли собаки, женщины без умолку болтали, ухитряясь с неимоверной быстротой произносить итальянские слова. Розали пыталась отстраниться от вагонного гвалта, сосредоточиваясь на пейзажах сельской Италии. Она смотрела на жилистых крестьян, гнущих спину на полях, на группки женщин в черном. А поезд грохотал дальше. Паровозный дым проникал даже сквозь закрытые окна, делая воздух в вагоне еще более спертым и отвратительным. Сойдя с поезда, Розали облегченно вздохнула. Паромом она добралась до Сицилии, а оттуда пароходом – до Мальты. Никогда еще она не путешествовала на столь далекое расстояние. Но главное – она была свободна.
Любуясь видом на гавань, Розали вдруг почувствовала, как припекает голову. Ей срочно требовалась шляпа. Ранним утром солнце лишь нежно золотило стены барочных зданий, но сейчас оно сделалось ослепительно-белым.