Давид Самойлов – Стихотворения (страница 40)
И потом глядел счастливый,
Как светлели небеса,
Рядом с этой, некрасивой, —
Только губы и глаза…
Только слово: «До свиданья!» —
С легкой грустью произнес.
И короткое рыданье
С легкой грустью перенес.
И пошел, куда не зная,
С автоматом у плеча,
«Белоруссия родная!..» —
Громким голосом крича.
…И тогда узнаешь вдруг,
Как звучит родное слово.
Ведь оно не смысл и звук,
А уто́к пережитого,
Колыбельная основа
Наших радостей и мук.
Скоморошина
Поводырь ведет слепого,
Любопытного такого.
– Что там, что там, поводырь?
– Это город Алатырь.
– Почему ж не слышен город?
– В этом городе был голод.
А потом повальный мор.
Целый город перемер.
Идут лесом и болотом.
А незрячий: – Что там, что там?
Надоел поводырю.
– Что молчишь, горбатый?
– Зрю.
– Что там?
– Девка молодая.
– Каковая?
– Таковая:
Губошлеписта, толста.
– Сколько лет-то ей?
– С полста.
– Ах ты, зрячий, сын собачий!..
Что там, что там пахнет клячей?
– Ехал с ярмарки цыган,
Дурака с собой тягал.
Под ракитой опростался,
А дурак со мной остался…
Так бредут слепой с горбатым.
За леса свалился день.
И под месяцем рогатым:
– Что там, что там? – Вор? Пень?
С постепенной утратой зренья
Все мне видится обобщенней.
На сугробы и на деревья
Свет ложится потусторонний.
Слабый снег сочится как мушка,
Упадает и голубеет.
Так мне видится, потому что
Постепенно зренье слабеет.
Вместе с тем не могу не похвастать,
Что острее зрение духа.
Только ночь надо мной глазаста.
Путь лежит ледяно и сухо.