Ленту новую заложив:
– Ступай. Ты ранен. (Вот нынче мороз-то!)
А я останусь, покуда жив.
Мой друг Семен, неподкупный и кровный!
Век не забуду наше прощанье.
Я напишу Пелагее Петровне,
Выполню клятвенное обещанье.
Девушки в золотистых косах
Споют, придя с весенней работы,
Про то, как Семен Андреич Косов
Один остался у пулемета.
И песни будут ходить, как кони,
По пышным травам, по майскому лугу.
И рощи, белые, как колокольни,
Листвою раззвонят на всю округу.
И полетят от рощи к роще,
От ветки к ветке по белу свету.
Писать те песни – простого проще
И хитрости в этом особой нету.
Павлу Когану
Кахетинским славным, старым
Наши споры начаты
За Рождественским бульваром
С наступленьем темноты.
Павка Коган! Выпьем, Павка,
Нашу молодость любя!
Офицерская заправка
Почему-то у тебя.
Ты не будешь знать про старость.
Ты на сборище любом –
Угловатый, белый парус
В нашем море голубом.
Помнишь, Павка, тамадою
Вечер в звездных угольках,
Весь как политый водою,
Весь в сирени, как в стихах.
Черный вечер, весь в сирени,
Весь сверкающий от глаз, –
Он входил в стихотворенье,
Как вино входило в нас.
Головой качаешь, Павка,
Ты не помнишь эти дни…
Офицерская заправка,
Пехотинские ремни.
Руки брошены, как плети,
Брови сведены в одну…
Погубило лихолетье
Нашу первую весну!
Но весною, после Финской,
В ожиданье новых дат
Мы бокалы с кахетинским
Поднимали за солдат.
Выпей, Павка! С разговором,
Как когда-то, как живой.
Ты не вейся, черный ворон,
Над моею головой.
Наша молодость осталась!
И на сборище любом
Ты – упрямый белый парус
В нашем море голубом.
Баллада о конце мира[194]
Последний час сражалась рота.
И каждый к гибели привык.
Хорошая была работа,
Да мало виделось живых. 
