Давид Лагеркранц – Девушка, которая должна умереть (страница 44)
Не желая создавать лишних проблем, Сванте Линдберг отключил мобильник. Разговаривать с Микаэлем Блумквистом или отвечать комиссару Бублански, который вот уже в третий раз пытался до него дозвониться, – последнее, что ему сейчас было нужно.
В портфеле Линдберга лежали секретные документы о русской дезинформационной кампании. Сами по себе они не представляли большой ценности, но давали прекрасный повод для приватной беседы с министром. Только с глазу на глаз, Сванте верил, что у него это получится.
В нос ударили больничные запахи – аммиак, дезинфицирующие средства. Сванте огляделся, не прячется ли где журналист. Что, если Блумквист уже пронюхал о его главной тайне и поджидает где-нибудь в укромном уголке? Но Линдберг не замечал никого, кроме больных и персонала. Мимо провезли мужчину с бледно-серым лицом, похоже, покойника.
Сванте уставился в пол, чтобы ничего этого не видеть. И тут возле банкомата, напротив аптеки, мелькнула высокая женская фигура в сером жакете. Неужели Ребека? Определенно, она. Сванте узнал ее манеру двигаться, чуть склонив набок голову. Он подумал было подойти поздороваться, но потом решил не выдавать себя. Этот его визит к Юханнесу должен оставаться в тайне как можно дольше.
Сванте направился к лифтам. Потом ему вдруг подумалось, что Ребека стояла там не одна, и он оглянулся. На этот раз женщины в сером возле банкомата не было. Неужели померещилось? В любом случае не стоило утруждать этим голову. Но тут Сванте бросилась в глаза потолочная колонна, как раз в том месте, где только что стояла Ребека. Что, если она от него спряталась? Это было бы странно, хотя… Линдберг направился к колонне, ускоряя шаг, и вскоре снова увидел нечто похожее на ее серый жакет.
Сванте шагал все решительнее, хотя и плохо представлял себе, что ей скажет. Что, в самом деле, за манера – прятаться? Как видно, от возмущения он плохо глядел под ноги, потому что посредине холла вдруг поскользнулся и упал. Сванте сам не понял, как это произошло. Услышал быстро удаляющиеся шаги, поднялся, выругался и пустился в погоню.
Часть III. Служить двум господам
Глава 25
Катрин Линдос все еще не ела, только выпила чаю. Она прочитала статью о Форселле и Эвересте и теперь снова подумала о нищем с Мириаторгет.
Этот попрошайка стал для нее загадкой, которую Катрин непременно должна была разгадать. Но вместе с ним возвращалось и другое – детство, Индия и Непал. Когда положение стало совсем плачевным, родители подались из Катманду в Кхумбу. Они не слишком далеко продвинулись в горы, потому что отцовские ломки становились все жестче. Но вполне достаточно, чтобы немного познакомиться с местным населением.
И теперь, после всего того, что написал и рассказал ей Микаэль, Катрин не могла избавиться от мысли, что бродяга с Мариаторгет напомнил ей не столько Фрик-стрит, сколько долину Кхумбу.
«
Ответ пришел тут же:
«
«
«
«
«
«
«
«Прекрати», – подумала Катрин и тут же улыбнулась: «Наконец-то». Правда, решила оставить признание Блумквиста без ответа. Вместо этого прошла на кухню и включила на полную громкость Эммилу Харрис. Вернувшись в гостиную, увидела на мобильнике новое сообщение от Микаэля.
«
«Никогда в жизни, – мысленно испугалась Катрин. – Никогда».
«
«
Минуту спустя он перезвонил ей по секретной линии и предложил отель «Людмар».
«О’кей», – ответила Катрин. Не «давай», не «здорово», а просто «о’кей».
После чего переоделась, попросила соседа позаботиться о кошке и начала собирать вещи.
Камилла стояла на балконе. Собиралась гроза. На ее руки и плечи уже упало несколько капель, но она не спешила уходить в комнату. Там, на Страндвеген и на лодках в море, протекала настоящая жизнь, от которой Камилла оказалась оторвана. Только наблюдая ее со стороны, она и понимала, чего лишилась. «Это невозможно, – думала она. – Пора положить этому конец».
Камилла прикрыла глаза, подставив лоб холодным каплям. Попробовала думать о будущем, но память снова и снова возвращала в прошлое, на Лундагатан. И Камилла снова слышала Агнету, которая велела ей убираться прочь, и видела Лисбет, которая молчала и молчала, словно хотела свести их всех в могилу своей безмолвной злобой.
Она ощутила на плече чью-то руку. Это был Галинов, который тоже вышел на балкон. Камилла посмотрела в его красивое улыбающееся лицо и прижалась к его груди.
– Моя девочка, – сказал Галинов. – Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо.
– Что-то по тебе не заметно.
Камилла посмотрела в сторону набережной.
– Все образуется, вот увидишь, – продолжал Галинов.
Она заглянула ему в глаза.
– Что-нибудь случилось?
– У нас гости.
– Кто на этот раз?
– Твои любимые бандиты.
Камилла кивнула и вошла в комнату. Там уже был Марко и с ним еще один неприятный тип в джинсах, дешевой коричневой куртке и синяком под глазом. Несмотря на почти двухметровый рост и крепкое сложение, выглядел он жалко.
– Конни есть что рассказать нам, – кивнул на него Марко.
– Почему же он молчит?
– Я наблюдал за квартирой Блумквиста, – начал Конни.
– Я вижу, – усмехнулась Камилла.
– На него напали, – вступился за коллегу Марко.
Камилла остановила взгляд на разбитой губе Конни.
– Кто?
– Саландер.
Камилла оглянулась на Галинова.
– Он ведь выше тебя, верно? – спросила она по-русски.
– Уж точно тяжелее, – кивнул Галинов. – И хуже одет.
– Рост моей сестры сто пятьдесят два сантиметра, – продолжала Камилла по-шведски, – при этом она тощая, как палка. И ты… получил от нее взбучку?
– Она напала неожиданно.
– Саландер отобрала у него телефон, – снова вмешался в разговор Марко. – И отправила сообщение всем членам клуба.
– Что за сообщение?
– О том, что Конни есть что нам сказать.
– Мы слушаем тебя, Конни.
– Саландер передала, что придет за всеми нами, если мы не прекратим слежку за Блумквистом.