Давид Кон – Каюта номер 6 (страница 50)

– Полиция сделает это прямо сейчас, – так же громко сказала она.

Капитан Рид, не понимая, что означает этот демарш и что ему теперь делать, взглянул на майора Бараша. Майор двинулся к Дане. Та ждала его с нервной улыбкой на лице. Когда майор остановился, она протянула руку.

– Господин майор! – Голос Даны задрожал, выдавая владевшее ею волнение. – Прошу вас арестовать этого человека по обвинению в убийстве владельца яхты «Мария» Миши Орлова.

Взгляды всех присутствующих устремились в направлении указательного пальца правой руки Даны. Майор Бараш замер на мгновение, не понимая, что ему делать. «Так я и знал, – подумал Габриэль. – Она затеяла всю эту церемонию ради этого скандала. Так я и знал».

– Чего же вы ждете? – Дана повысила голос, обращаясь к застывшему в нерешительности майору. – Я надеюсь, наручники у вас с собой?

Майор машинально запустил руку в карман и, дотронувшись до холодной стали наручников, кивнул.

– Тогда действуйте! – потребовала Дана. – От имени семьи Миши Орлова я требую арестовать убийцу.

– Но я хотел бы… – начал майор Бараш.

– Я вам, разумеется, все объясню, – успокоила его Дана. – Но сначала задержите этого человека.

Майор обернулся. Палец Даны был направлен на помощника капитана Рида Оливера Жервиля. Удлиненное аристократическое лицо француза вытянулось еще больше.

– Что вы такое говорите? – начал он. – Какое вы имеете право?

Габриэль вдруг заметил, как вспыхнуло и пошло пятнами лицо Лукреции Колонна.

– Господин Жервиль! – Майор Бараш достал из кармана наручники.

– Я протестую! – выкрикнул Оливер Жервиль.

– Протестуете? – прошипела Дана. – Тогда расстегните свой китель и объясните, почему у вас на шее вместо шарфа с вышитыми инициалами белая тряпка, наверняка оторванная от простыни.

Оливер Жервиль отшатнулся и перевел безумный взгляд с Даны на майора Бараша. Майор пригляделся к шарфу на шее помощника капитана и протянул в его сторону раскрытые наручники.

– Руки.

– Вы не имеете права. – Лицо помощника капитана исказилось. – У вас нет ордера на мой арест.

– Вас никто не арестовывает, – улыбнулась Дана. – Вас задерживают до выяснения обстоятельств.

– Руки! – повторил майор Бараш.

Оливер Жервиль колебался еще несколько секунд, взглянул на капитана Рида, но тот стоял молча. Жервиль опустил голову и вытянул руки. В тот же момент на его запястьях защелкнулись наручники.

Щелчок замка наручников произвел потрясающее впечатление на Марию Славину. Она вскрикнула, протянула руку к Дане и начала заваливаться вбок. Леонид Славин подхватил ее и не без труда удержал от падения.

– Доктор, помогите! – крикнул капитан Рид. – Боцман, срочно вызовите «Скорую помощь». Скорее, скорее!

Доктор Теппер бросился к Марии Борисовне. Ее уложили прямо на палубу.

– Его арестовали? – простонала она.

– Арестовали, конечно арестовали, – кивнул доктор Теппер, взял руку Марии Славиной и нащупал пульс. – Лежите спокойно, сейчас подъедет «Скорая помощь».

– За что он его? За что? Они же работали пять лет. За что?

Капитан Рид повернулся к Дане.

– Сейчас подъедет «Скорая помощь». Потом попрошу вас зайти в кают-компанию. Мне нужно получить объяснения. Я не позволю обвинить члена экипажа без достаточных оснований.

– Конечно, господин капитан, – согласилась Дана. Она присела около тетки и нежно взяла ее руку в свою.

41

Только сорок минут спустя, когда машина «Скорой помощи» увезла Марию Борисовну и сопровождающего ее Леонида Славина в городскую больницу, а Оливера Жервиля заперли в подсобном помещении камбуза, потрясенные происходящим пассажиры собрались в кают-компании. Их уже ждали члены экипажа, майор Бараш и полковник Лейн, а также эксперт и два оперативника из полиции Ашдода, прибывшие в порт для продолжения оперативных действий по розыску убийцы. Дана сидела в стороне от всех и упорно смотрела в окно, не желая замечать устремленные на нее взгляды. В кают-компании царила полная тишина, изредка прерываемая чьим-то глубоким вздохом или покашливанием.

Последней в кают-компанию вошла, тяжело опираясь на трость, княгиня Эмилия Колонна. Подождав, пока она с помощью Джованни опустится в кресло у окна, капитан Рид поднялся, оглядел строгим взглядом собравшихся и повернулся к Дане.

– Госпожа Шварц! – В голосе капитана звенели металлические нотки. – От имени всех собравшихся я прошу дать объяснения вашим действиям во время церемонии прощания с Мишей Орловым. В частности, объяснить, на каком основании вы настояли на задержании полицией Оливера Жервиля.

Дана, которая словно ждала этих слов, немедленно поднялась.

– Конечно, капитан.

Она сделала несколько шагов в сторону собравшихся в кают-компании и остановилась у ближайшего стола.

– Конечно, я вам все объясню, – она заговорила гораздо более спокойно и мягко. – Но сначала я хочу попросить капитана Рида и руководителя следственной группы майора Бараша разрешить мне сообщить всем присутствующим информацию, которая, по их совместному решению, все это время была скрыта.

Дана взглянула на Колдера Рида, и тот, мгновение помедлив, коротко кивнул. Она перевела взгляд на майора Бараша.

– Сообщайте, – кивнул майор.

– Спасибо, – продолжила Дана. – Как вы знаете, владелец яхты «Мария» и мой брат Миша Орлов был убит и сброшен за борт. Но вот то, что неизвестно большинству из вас. После того как погибшего Мишу извлекли из воды и поместили в холодильную камеру на складе продуктов, его тело было расчленено.

– Как?! – в едином порыве выдохнули пассажиры.

– Да-да. – Дана скорбно кивнула. – У мертвого тела была отрублена голова.

Дана замолчала, давая возможность каждому осознать весь ужас произнесенных ею слов.

– Что значит отрублена голова? – Илан Азулай вскочил. Его верхняя губа приподнялась, обнажая зубы, и эта гримаса придала лицу Илана злобное выражение. – В прямом смысле слова?

– В самом прямом смысле слова, – подтвердила Дана. – Выяснилось это следующим образом. Примерно за час до прибытия в Ашдод наш кок Живко Тодоров, – она кивнула в сторону болгарина, – обнаружил, что дверь склада взломана. Он не стал заходить на склад, но вызвал капитана, его помощника и боцмана. Они вошли на склад и обнаружили там тело Миши без головы.

– Почему вы молчали? Почему не поставили нас в известность? – Голос княгини Колонна перекрыл зашумевшую кают-компанию.

Капитан Рид поднялся с места и жестом руки попросил всех успокоиться.

– Мы приняли решение сохранить это в тайне по двум причинам. Первая – нежелание травмировать Марию Славину и синьору Лукрецию, – сказал капитан, дождавшись относительной тишины. – Представьте, каково было бы им услышать, что над телом Миши так жестоко надругались. Вторая причина – оперативные соображения. Об отрубленной голове знали только те, кто присутствовал на складе. А также преступник, который, как мы рассчитывали, мог проговориться во время допроса и выдать себя.

– Убийца отрубил голову топором, который висел на пожарном щите? – догадался Тамир Вальд. В его голосе звучали нотки неподдельного ужаса.

– Да, именно этим топором, – кивнула Дана и, поняв, чем вызван ужас молодого человека, добавила: – Но это было после того, как топором воспользовались вы.

– Теперь все ясно, – прошептал он.

– Что тебе ясно? – окрысился Илан Азулай.

– Ясно, почему меня допрашивали. Почему подозревали в убийстве, – в голосе Тамира звучали истерические нотки. – Ведь на рукоятке этого топора остались мои отпечатки. Господи! Зачем я прикасался к этому топору!

– А зачем ты к нему прикасался? – не отставал Илан.

Тамир ничего не ответил и лишь бросил долгий взгляд на Лею. Из горла Лукреции вырвался странный звук. Джованни крепче прижал к себе сестру.

– Продолжайте, госпожа Шварц, – попросил капитан Рид и вновь жестом руки призвал собравшихся к молчанию.

Дана кивнула.

– С самого начала я склонялась к версии, что убийство совершил кто-то из сослуживцев Миши для решения проблем в компании. Или Илан Азулай… – Илан помрачнел, возмущенно крякнул и переглянулся с Рахель. – …или Тамир Вальд.

Тамир закрыл лицо ладонями и закивал, всем своим видом показывая, что он вполне согласен с Даной.

– Но самое главное, – продолжила Дана, – мне было сложно представить причину, по которой человек, убивший Мишу и столкнувший тело за борт, отрубил ему голову. Почему? Почему? – думала я. – Неужели столь страшна ненависть этого человека к Мише, что ему было мало просто убить, мало просто столкнуть тело за борт. Ему надо было еще и надругаться над трупом после того, как его достали из воды. Неужели, – думала я, – такая страшная животная ненависть не прорвалась раньше? Ведь эти люди работали бок о бок. И Миша должен был хоть как-то и хоть когда-то ощутить эту ненависть.

Дана перевела взгляд с Илана Азулая на Тамира Вальда. Оба молчали, глядя в пол.

– Но все изменилось после нападения на боцмана Арчера Перриша, – продолжила Дана и повернулась к гиганту, не сводившему с нее напряженного взгляда. – Я поняла, что нападение на Мишу совершил кто-то из членов экипажа. На тот момент у меня не было никаких доказательств этой версии. Только интуитивные ощущения и какая-то внутренняя убежденность. Я не могла себе представить, что обычный человек, не привыкший находиться в открытом море, прыгает за борт в совершенно темные волны, плывет с ломиком в руках, не зная точно расположения иллюминатора, разбивает его и проникает в помещение склада для решения какой-то задачи. Конечно, на такое мог решиться только моряк. Кроме того, я поняла, что убийца отрубил голову телу Миши Орлова вовсе не из-за ненависти или каких-либо других сильных эмоций, а исключительно ради решения какой-то проблемы.