Давид Кон – Каюта номер 6 (страница 27)

– Капитан Колдер Рид сразу после завтрака, – боцман положил на стол огромные ладони и уточнил: – то есть в одиннадцать пятьдесят пять, поднялся в ходовую рубку и сменил на вахте рулевого Логана Давенпорта, который задержался в рубке из-за сбоя в системе навигации. Капитан был в рубке до прихода господ Азулая и Вальда, которые сообщили об исчезновении господина Орлова.

Боцман перевернул лист.

– Логан Давенпорт был в рубке до двенадцати десяти. После чего отправился в свою каюту отдохнуть после вахты. Но уже через десять минут его вызвали в библиотеку, и он помогал в поисках господина Орлова.

– Господин Давенпорт вышел из рубки в двенадцать десять? – уточнил майор Бараш, о чем-то размышляя.

– Именно так, – кивнул боцман. Бросил тревожный взгляд на майора и добавил: – Он, как я понимаю, вне подозрений?

Майор Бараш поднял на боцмана удивленный взгляд, но тут же улыбнулся.

– Конечно. С двенадцати до двенадцати десяти он был рядом с капитаном.

Боцман удовлетворенно кивнул.

– Помощник капитана Оливер Жервиль, – продолжил он, опустив глаза к бумагам, – который нес вахту ночью, после завтрака отправился в свою каюту и лег спать. Капитан разбудил его, когда выяснилось, что господин Орлов исчез. Господин Жервиль сменил капитана в рубке.

Боцман отложил один лист и взялся за второй.

– Кок Живко Тодоров без пяти двенадцать ушел из кают-компании в библиотеку обслуживать игроков. Когда господин Орлов вышел, Живко вернулся в кают-компанию, спросить у жены, не нужна ли ей помощь. Рада Тодорова убирала кают-компанию после завтрака, отправляла техническим лифтом посуду в кухню. Она сказала, что справится сама, и Живко вернулся в библиотеку. Там, по его словам, была лишь Рахель Азулай. Рада Тодорова, собрав всю посуду, подмела кают-компанию и спустилась в кухню, где заложила посуду в посудомоечную машину.

– То есть Живко Тодорова тоже какое-то время не было в библиотеке? – уточнил майор Бараш.

– Верно, – подтвердил боцман и перешел к следующему листу. – Врач Авраам Теппер находился в медицинском пункте. Посетителей у него не было, он сидел за компьютером и занимался своей диссертацией. Наш тренер Виктор Мильман играл в спортивном зале в настольный теннис с Джованни Колонн. По его словам, он разговорился с синьором Колонной и сказал, что является профессиональным игроком в настольный теннис. Это вызвало большой интерес синьора Колонны, который, как оказалось, давно хотел научиться как следует играть в эту игру.

– После завтрака? – майор Бараш с сомнением взглянул на Дану. – Не самое подходящее время для игры в теннис.

– Игры как таковой не было, – поспешил пояснить боцман. – Просто наш тренер показывал синьору Джованни технику нескольких ударов.

– А где были вы, боцман?

Арчер Перриш собрал бумаги.

– Я готов рассказать вам о каждом своем движении этим утром. В девять утра я завтракал со всей командой. В нашей столовой, в трюме. Завтрак закончился около десяти. После этого мы с Логаном Давенпортом проверили состояние комингсов[33] на всех люках нижней палубы. Об этом меня просил помощник Жервиль. Он обнаружил воду в машинном отделении и просил определить, откуда она проникает. Примерно без четверти двенадцать я пошел на склад запасных частей. Перед отплытием на Крит мы получили заказанные детали для двигателя. Это несколько коробок. Я не успел их разобрать перед походом. Было много дел по подготовке к плаванию. И коробки просто лежали на складе. Я решил их разобрать. Туда мне и позвонил Оливер Жервиль, чтобы передать приказ капитана собрать команду в библиотеке, после того как господин Орлов исчез.

Боцман сложил бумаги и отправил их во внутренний карман кителя.

– Благодарю вас, – кивнул майор Бараш. – Хотите что-нибудь добавить?

– Только то, сэр, что все члены нашей команды проверенные люди, на которых всегда можно положиться. Мы работаем вместе пять лет. И никогда между нами не возникало трений или проблем. И никаких трений между членами команды и господином Орловым. Никогда. Ни от кого из членов команды я не слышал ни одного плохого слова о владельце «Марии».

Майор Бараш улыбнулся горячности, с которой боцман произнес эти слова.

– Я в этом не сомневаюсь, – сказал он. – Благодарю вас, боцман. Вы можете быть свободны.

Боцман поднялся во весь свой огромный рост, четко развернулся и пошел к выходу. У самой двери он остановился и взглянул на часы.

– Половина восьмого, – констатировал он. – В восемь у нас ужин. Будьте, пожалуйста, в столовой без опоздания.

– Конечно, боцман. – Полковник церемонно поклонился. – Благодарю вас. Мы будем без опоздания.

Майор Бараш молча проследил, как за боцманом Перришем закрылась дверь, и повернулся к Дане.

– Алиби есть только у тренера, который играл в теннис с синьором Джованни, у капитана и у Логана Давенпорта, – сказал он, сокрушенно качая головой. – Помощник капитана был в своей каюте, боцман – на складе, доктор – в медпункте, Рада Тодорова – в кухне, а ее супруг именно в это время вышел из библиотеки.

– Похоже, что так, – согласилась Дана. – Теперь нам надо выяснить, где были в это время пассажиры.

– Мы можем попробовать сделать это во время ужина, – предложил майор.

– Боюсь, наш строгий капитан сочтет это нарушением правил, – улыбнулась Дана и озорно кивнула майору. – Впрочем, попробуем.

25

Ужин начался в тяжелом молчании. Мария и Леонид Славины и Лукреция Колонна в кают-компании не появились, и капитан распорядился отнести им ужин в каюты. Не было и Илана Азулая. Одиноко сидящая за столиком Рахель сообщила, что муж плохо себя чувствует и решил отказаться от ужина.

– Я могу распорядиться, и ужин отнесут ему в каюту, – предложил Колдер Рид.

– Спасибо, капитан, – отказалась Рахель. – Илан сказал, что не голоден, и просил его не беспокоить. – Она подняла глаза на капитана и добавила: – У него бывают приступы мигрени, когда ему лучше всего полежать в темноте.

Майора Бараша капитан пригласил за свой стол, а Дана села с мамой и отцом, пользуясь тем, что за их столом образовалось сразу два свободных места.

Рада Тодорова разнесла по столам гуляш, но он не вызвал никаких эмоций у пассажиров. Казалось, все настолько подавлены смертью владельца яхты, что перестали ощущать вкусы и начисто лишились эмоций.

– Как идет расследование? – шепотом спросила Вера Борисовна, словно боясь, что ее услышат за соседними столами.

– Пока никак. – Дана пожала плечами. – Полиция только начала. Еще нет никаких данных экспертиз.

– Дана, – строго сказал Генрих Шварц, – я хочу тебе рассказать о том, что я видел.

Дана удивленно взглянула на отца.

– Ты имеешь в виду конфликт между Мишей и Иланом Азулаем? Я знаю о нем. Мама рассказала.

Генрих доверительно положил ладонь на руку дочери.

– Я не об этом. Я видел еще кое-что. Конечно, это мелочь и может оказаться полной ерундой. Потому я не хочу посвящать в это полицию, но… – Он замялся. – Тебе я хочу рассказать.

Дана взглянула на отца. Это вполне в его духе – подмечать любые мелочи. Правда, выводы из увиденного он далеко не всегда делает правильные. Дана погладила отца по руке и кивнула:

– Конечно. Рассказывай.

– Когда Миша пропал и его уже начали искать, – начал Генрих, – мы ничего не знали. Вера с Машей сидели в шезлонгах на нижней палубе. А мы с Леней Славиным гуляли и беседовали.

Дана кивнула, дескать, я об этом знаю.

– Потом мы решили сыграть в шахматы, и я пошел в свою каюту за доской. Когда я подошел к каюте и уже открыл дверь, сверху, со средней палубы, что-то упало. Это «что-то» пролетело мимо меня и плюхнулось в воду.

– Что упало? – не поняла Дана. – Тело?

– Нет, ну что ты? – нахмурился Генрих Шварц. – Что-то очень маленькое. Всплеск был почти незаметен и еле слышен. Я тогда решил, что это либо огрызок яблока, либо косточка от персика. И еще подумал, как это некрасиво – выбрасывать всякий мусор в море. Ведь в каждой каюте есть мусорные ящики.

– Выбрасывать мусор некрасиво, – задумчиво кивнула Дана. – И ты не посмотрел, кто был наверху?

– Честно говоря, нет. – На лице Генриха Шварца появилось виноватое выражение. – Я уже вошел в каюту, но не успел закрыть дверь. Да и все равно я никого бы не увидел. Ведь над нижней палубой проходит защитный козырек от солнца, и он мешает рассмотреть, что происходит наверху.

– В котором часу это было?

Генрих Шварц задумался, пытаясь вспомнить.

– Примерно в двенадцать двадцать. Мы вышли на прогулку сразу после завтрака, примерно без пяти двенадцать. Три раза прошли по палубе в одну и другую сторону, постояли у перил. – Он решительно кивнул. – Потом Леня предложил сыграть в шахматы. Я посмотрел на часы и сказал, что у нас еще полно времени до прихода в Ашдод. Это было в четверть первого. Мы дошли до наших жен, перебросились парой слов. Леня остался с ними, а я пошел за шахматами.

Генрих задумался еще на мгновение и кивнул:

– Да. Получается, двенадцать двадцать.

– И что ты сделал потом? – Дана взглянула на отца, заметила на его лице удивленное выражение и пояснила: – После того как услышал всплеск.

– Ничего. – Генрих Шварц пожал плечами. – А что я должен был делать? Взял шахматы и вернулся к шезлонгам. Но мы только успели расставить фигуры и сделать несколько ходов, как появился матрос, который сказал нам, что Миша исчез. И мы сразу побежали в библиотеку.