Даша Сказ – Возродим Мир из Пепла (страница 7)

– Попрошу!.. – начала было Гили, но мама подошла к ней раньше, подталкивая её в спину.

– Да-да, Гили, это всё предрассудки. Это не отменяет того, что вам уже пора. Птичка мне тут принесла, что скоро придёт Светланин жених и вас всех отведёт домой.

– Ах, вот бы мой был такой же внимательный!.. – вздохнула Ала, направляясь к выходу. – А то только на печи сидит и бухтит. До завтра, Мирочка!

– Завидуй-завидуй, – похвасталась Светлана и юркнула за Алой – только рыжий хвост мелькнул. – До свидания, княжна Мира!

Только Гили, встав, задержалась. Она обернулась ко мне – я встала следом и тут же почувствовала толчок в бок.

Это была рука Гили, в которой лежал маленький платочек.

– Спасибо, – шепнула я, на что Гили вскинула уши.

– Держись, – решительно кивнула она. – Хочешь, я завтра приду тебя встретить?

– У нас так не принято, – покачала я головой в ответ. – Ничего, переживу. Всё будет хорошо. Пока, Гили.

– Эх… Надеюсь, что не «прощай». Удачи тебе, Мира.

Так Гили медленно ушла за подругами, громко цокая копытами. Мама закрыла за ними дверь.

3. Бес

В зеркале отражалась другая зверица. С гладкой, совсем не бледной кожей, здоровыми румяными щеками и большими красными губами. Она выходит замуж – не я.

Но как себя обмануть, если этот взгляд – мой?

– Чего же ты грустишь, Мира, радость моя? – сказала мама, прихорашивая меня.

– Мама, я… я не хочу замуж.

– Я слышала, моя хорошая. – Её руки успокаивающе гладили мой затылок, пальцы легонько чесали за ушами. – Это пройдёт. Тебе страшно, вот и всё.

– Я не знаю… Может быть, – сказала я, сразу сдаваясь ей.

И вправду, наверное, это всего лишь страх.

– Все мы через это проходим, – продолжала она, перебирая мои волосы. – Такова жизнь. Сперва кажется, что вот, ты погибаешь, а потом привыкаешь. Думаешь, я так хотела выйти замуж за твоего отца?

– Да, я знаю, мама. Он просто взял тебя в охапку и увёз в сказку.

– Ну вот. Ты хотя бы знала Славу до того, как вам предстояло пожениться. И он тебе сразу понравился. Он что-то сделал, Мира? Мы можем поговорить с его отцом.

Я скривилась. Он… это просто он. В этом вся загвоздка.

– Н-нет, ничего такого. Это всё я, – протараторила я. – Я, наверное, и впрямь боюсь.

Мама права. Он не сделал ничего плохого. Он всего лишь слишком честен.

– Хочешь, я заплету тебе косичку?

Я усмехнулась – вот это вопрос!

– Из чего, мама? – спросила я, дёргая себя за кончики. – Из этих обрывков?

– Разве ты не знаешь, какие у меня ловкие пальчики?

Я не могла противиться её уговорам. Пускай.

Мгновение, второе, третье. Я едва не уснула. Но что-то не дало мне уснуть.

Тревога. Я никогда не забудусь. Я не могу спать. А если, а если, а если… Я продолжала закусывать губу и сглатывать страх. Вопросы роились словно мухи, жужжащие в уши. Назойливо, противно, пытаясь проникнуть в голову и разворошить тот шаткий порядок, что я там выстроила.

Одна лишь мошка – и всё порушится.

– Готово!

Я взметнула взор. Я совсем забыла, что мама помогала мне прихорашиваться.

Невозможно. У меня же такие короткие волосы! Разве из них можно сделать такое?

Мои приглаженные ушки окружили две маленькие едва заметные косички. В них мама воткнула цветы – вечно цветущие цветы, которые она так давно хранила.

– Ох… Как ты так сделала? И зачем ты на меня потратилась?!

– А когда ещё их использовать, кроме как чтобы порадовать тебя, моя малютка?

Она наклонилась и поцеловала меня между ушей. Внутри загорелся почти обжигающий огонёк. Когда она отстранилась, я не удержалась, обернулась и зарылась с ушами в её живот.

– Спасибо, мама, что ты со мной.

– Мира, не нужно так говорить. – Она обняла меня в ответ. – Я и папа всегда будем рядом с тобой, что бы ни случилось. Что бы ни произошло.

Надежда затрепетала в груди… и так же быстро погасла.

Нельзя. Ничего не обратить.

– Утро вечера мудренее, – отстранилась мама. – Ложись спать, Мира.

– Хорошо, – выдохнула я. – Спокойной ночи тогда.

– Спокойной, невесточка моя.

Что бы ни произошло, мама со мной… Сердце пронзило тонкой иглой, когда я осознала: что бы ни произошло и как бы мама ни хотела помочь, выбора у меня всё равно нет.

Она направилась к двери и, перед тем как уйти, улыбнулась. Я улыбнулась в ответ.

Стоило двери закрыться, как у меня почему-то забилось сердце. Неожиданно – от лёгкого стука.

Я обернулась. И застыла на месте.

На окне, держась за ставни, сидел юный зверец. Его сильное тело казалось чудесно-невесомым. Изящные белые уши с вечно приглаженным мехом внимательно встрепенулись. Губы сосредоточенно сомкнулись, а ледяные, точно многовековой снег, глаза хитро прищурились, оглядывая меня с ушей до хвоста.

– Вячеслав… – пробормотала я. – Что ты здесь делаешь?..

Хмыкнул. Усмехнулся.

– Я думал, ты догадаешься. – Голос слегка скрипит, как любят многие зверицы. – Пришёл тебя увидеть, моя дорогая невеста.

На мгновение мне показалось, что он с особым удовольствием говорил это слово – «моя».

– Вячеслав, ты лучше меня знаешь, что жених не должен видеть невесту в ночь до свадьбы. Иначе свадьба не состоится.

– Это всего лишь примета, – пожал плечами тот и беззвучно спрыгнул на пол. – Есть гораздо более значимые обряды, которые стоит соблюдать.

Я постаралась не смотреть Вячеславу в глаза. Не поддаваться. Тем временем он обошёл сзади, стараясь пересечься взорами через зеркало.

Оставалось только глядеть на себя.

– М-м… Эти волосы. – Он взял кончик пряди между пальцев. – Этот обряд я не нарушу. Не дам тебе отрастить волосы. Ты же помнишь, да?

– Да. Помню, – говорила я заученные слова.

Вячеслав всегда смотрел на меня так, как смотрят только на коней на продажу.

– Тебе повезло, – произнёс он, обходя меня с другой стороны и склонившись так, чтобы его слова перетекли из одного моего уха в другое. – Твой отец появился в нужном месте в нужное время…

– Я благодарна ему за это.