Даша Сергеева – Проиграть нельзя влюбиться (страница 5)

– Александр!

– Алексей! – по очереди представились близнецы, широко улыбнувшись.

– И мы медведи, – хором закончили они и передали ход своему другу.

Кирилл встал, выпрямился и серьезно произнес:

– Я Кирилл, и мое животное – гиппопотам, потому что после ужина я могу только лежать.

Он театрально поклонился и сел, вызвав смех. Я закатила глаза, подумав, что он всегда ведет себя как клоун и никогда не бывает серьезным.

– Да ты скорее мартышка, – не удержавшись, крикнула я и отвернулась.

– Уж лучше мартышка, чем умирающий лебедь, как ты, – парировал он.

– Умирающий лебедь? – возмутилась я, обернувшись к нему.

Наш спор прервала Даша, напомнив, что мы на огоньке и можем выпустить пар на тренировках. Честно говоря, я была готова закидать Волкова мячами.

– Я Аня и я хамелеон, потому что изменила свое мнение о каждом из вас, – сказала она, передавая эстафету Даше.

– Я Даша и я львица, а вы мои львята, – завершила она игру.

Мне показалось это забавным, теперь мы почти семья.

Вожатые напомнили, что у нас нет названия и девиза, а также особых знаков. Андрей достал коробку с карточками и предложил варианты.

Там были самые разные названия: «Ракеты», «Бурые медведи», «Ромашки». Мы внимательно посмотрели на них, но ни один не подошел. Чего-то не хватало. Мы решили придумать свое.

– А если «Пельмешки»? – предложил кто-то из парней, явно проголодавшийся.

– Почему пельмешки? – удивилась Даша.

– Потому что будем бегать по стадиону так же, как они крутятся в кастрюле, – объяснил Виталий, которого я вспомнила.

Этот вариант не понравился, и предложения становились все более необычными. Никто не боялся показаться смешным. Но Волков и его команда молча переговаривались между собой, не участвуя в общем веселье.

Даша тоже это заметила. За день, проведенный с нами, она поняла, что эта троица всегда шумит, а если вдруг притихает, значит, что-то задумала.

– Кирилл, а ты как думаешь? – спросила она, прерывая их обсуждение.

– Предлагаю «Титаник», – со всей серьезностью ответил он, снимая воображаемую шляпу. – Мы все пойдем ко дну.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене. Все удивленно смотрели на печального Кирилла несколько секунд. Вдруг он весело улыбнулся и как ни в чем не бывало сел в кресло.

– Тогда лучше уж пельмешки, – пробурчал Виталий.

– Какие-то вы пессимистичные, – сделала вывод Даша и встала со своего места. – Спортсмены вы или нет? Нужно что-то воодушевляющие, чтобы все брали с вас пример.

– Как делать не надо, – буркнула Катя, сидевшая возле наших с Соней кресел.

– Предлагают «Фениксы», – я устала от долгих препираний и сказала первое, что пришло в голову.

Глаза слипались, и мягкое кресло окончательно разморило меня. Долгая дорога, усиленные тренировки и построение – все это накопилось, и усталость была невыносимой. Я мечтала о своей кровати, где смогу наконец-то уснуть. Завтрашний день не обещал быть легче, а утренняя пробежка казалась настоящим кошмаром.

– Фениксы? – недовольно переспросила Лиза, ей явно оно не понравилось.

Мне показалось, что она согласилась только потому, что это предложила я. Если бы ту же идею выдвинул кто-то другой, она бы его с радостью поддержала.

– А мне нравится, – неожиданно сказал Кирилл, и я удивленно на него посмотрела.

Волков поддержал мою идею? Это было невероятно. В голове мелькнула мысль, что он что-то задумал. Его поведение казалось наигранным и нехарактерным для Кирилла.

Но к моему удивлению он никак не отреагировал, а когда Даша предложила нарисовать нашу эмблему, даже присоединился к художникам. Я отошла в сторону лишь наблюдая за тем, как на большом куске ватмана появляется наш феникс. Рядом со мной стояли некоторые ребята, кого еще не наградили талантом к рисованию.

Через полчаса эмблема была готова и наши вожатые с гордостью повесили ее на дверь дома.

– Чего-то не хватает, – задумчиво сказал Андрей, когда мы все вышли на улицу и посмотрели на наше творение.

Феникс больше походил на курицу, чем на себя. Но огненные крылья и надпись наверху ясно давали понять, что это отряд «Феникс», а не «Облезлые курицы».

– Так, отряд «Феникс», через час отбой, – хлопнула в ладоши Даша и обвела нас взглядом. – Через час проверим.

На этом они распрощались, а мы медленно разошлись по комнатам. Усталость все сильнее давила на глаза, мне казалось, что еще несколько минут и я усну прямо здесь.

Мои соседки переговаривались, обсуждая что-то, но я уже не слышала. Только я хотела войти в комнату как меня окликнули:

– Лебедева! – даже не нужно было гадать, кто это может быть.

Обернувшись, я увидела Лизу, что стояла сложив руки на груди, в окружении своих новых подруг, с которыми успела ближе познакомится на огоньке. Одна светловолосая с каре и не самым приятным видом. Она больше подходила к компании Лизы, нежели вторая девушка, чьи глаза закрывала черная челка.

– Морозова? – устало произнесла я и зевнула, демонстрируя отсутствие желания разговаривать.

– Я хотела сказать, что ты не получишь золотую медаль и не поедешь на международные соревнования, – она подошла ближе и ткнула в меня пальцем с красным ногтем. – Столько лет ты мне проигрывала, так что давай не будем рушить эту традицию.

– Хорошо, обсудим это завтра. А сейчас я очень устала, – проворчала я и, пожелав ей приятных снов, закрыла дверь.

За столько лет соперничества с Лизой, я научилась держать себя в руках и не реагировать на ее выходки. Среди других спортсменов я даже получила прозвище скала, потому что ничего не могло вывести меня на эмоции.

Кроме одного.

Глава 3

6:00.

Горн прорезал тишину лагеря, призывая всех к пробуждению. Вожатые обходили комнаты, напоминая о пробежке. Я с трудом села в кровати, отбросив одеяло и взглянула на потолок.

Солнце медленно поднималось, заливая комнату мягким светом. Его лучи, словно ласковые прикосновения, падали на лицо, заставляя меня морщиться. В домике постепенно оживала жизнь: девочки шли к умывальникам, чтобы почистить зубы и привести себя в порядок.

Полежав ещё пару минут, я встала и заметила, что Аня и Катя уже заправили кровати и собирали принадлежности для умывания. Соня же, снова соответствуя своему имени, продолжала спать. Ей было плевать на горн, вожатых и солнце. Ничто не могло разлучить ее со сном.

– Соня, просыпайся! – сказала я, кинув подушку в ее сторону.

Подушка упала на пол, не достигнув цели.

– Ее всегда сложно разбудить, – пояснила я девочкам свои непонятные действия. – Работает только один метод.

Я осторожно коснулась ноги Сони, торчавшей из-под одеяла, и легонько пощекотала ей пятку. Соня боялась щекотки, и это был проверенный способ разбудить её.

Она пошевелилась, дёрнула ногой и, наконец, открыла глаза. Я снова попыталась её разбудить, и она высунула кудрявую голову из-под одеяла.

– Кого-то убивают? – сонно спросила она, широко зевнув.

– Именно тебя, если не встанешь прямо сейчас, – ответила я, доставая из тумбочки ванные принадлежности.

Соня тихо застонала и недовольно опустила голову на подушку. Ее непослушные волосы рассыпались по наволочке.

– Ненавижу утренние пробежки, – чуть ли не плача, она все же встала с кровати.

Мы умылись, надели спортивный костюм. На улице было прохладно, из-за чего многие застегивали кофты. Вожатые уже ждали нас, сменив футболки и шорты на спортивные костюмы. Однако, в отличие от нас, они не собирались бегать.

Даша пересчитывала девочек, а Андрей – мальчиков.

– У меня одного не хватает, – сказал Андрей, начиная нервничать. Он еще пару раз пересчитал ребят.

Мы растерянно смотрели по сторонам. И действительно, Волкова нигде не было видно. Как бы хорошо, если бы его съели хищники. Мы бы наконец-то жили спокойно и мирно.

Но моим мечтам не суждено было сбыться, когда из домика энергичной походкой вышел Кирилл.