Даша Романенкова – Кто не спрятался, я не виновата! (страница 32)

— Извините, — девушка склонила голову, перед входом. — Вот я и добралась до вас.

Признаться честно, она лично не знала никого из тех, кто похоронен здесь. Но… Фугаку и Микото вырастили девушку как родную дочь, и то что она их не помнит… Это исключительно её проблемы. Юми нашла могилы последнего главы клана и его супруги, смахнула пожелтевшую листву — осень, и положила цветы. Неожиданно даже для неё самой, она начала рассказывать о том, что произошло с их сыновьями.

Пожаловалась, что старший — идиот, и совсем не бережёт собственное здоровье, а младший… Ну, с этим полегче, пока он её ещё побаивается, и соглашается, что нужно есть не только помидоры. Рассказала о его друзьях…

— Микото-сан, не переживайте, ваш молочный сын такой же непоседа, как и его родная матушка. Но воспитанию тоже поддаётся, да у Сакуры и не забалуешь. Хорошая девочка, только чуть в руках себя держать научить — вообще цены не будет. Да, мы с Какаши за ними присмотрим, не переживайте.

— Фугаку-сан, вы были абсолютно правы, когда говорили, что Хьюги те ещё падальщики! Но не переживайте, им те шахты уже поперёк горла встали. Учихи не злопамятные, нам просто Шаринган забывать не даёт…

Она довольно долго просидела возле могил Фугаку и Микото, пока не почувствовала рядом смутно знакомую чакру. Девушка поднялась на ноги, и огляделась по сторонам.

— Каррр! — Юми резко развернулась, и подняла глаза на символ Огня. — Карр!

— Привет, Шисуи! — Губы сами непроизвольно растянулись в улыбке. — Лети ко мне, малыш!

Учиха подняла руку, и кивком подозвала к себе птицу. О, она точно знала, что это за ворон. Ей даже было не обязательно смотреть в его левый глаз, чтобы узнать.

— Я тоже по тебе скучала, — сказала девушка, когда птиц плюхнулся ей на руку. — Ну ты и отожрался! Чем тебя Итачи кормит?

Ворон же понимая, что его узнали нагло перебрался на плечо, и теперь ласково кусал Юми за мочку уха, пытаясь вытащить блестящую сережку. Этот ворон был самым необычным порождением Мангекью Шарингана Итачи, он единственный был материальным, и жрал настоящую еду, и летал куда и когда хотел, как оно получилось не знал даже сам Итачи.

— А я тут тебе кое-что принесла, — обращаясь к птице, произнесла Юми. — Пойдем, положим и поговорим.

Ворон спрыгнул с плеча, и в несколько взмахов преодолел несколько рядов могил, опускаясь на нужный ей камень.

— Да ты очень умный мальчик, — улыбнулась Юми, опускаясь на колени рядом с плитой. — И ещё раз — привет, Шисуи.

Ворон снова перебрался сначала на плечи, а потом и вовсе на макушку девушки, превращая аккуратную прическу в гнездо. Однозначно собирался устроится в серьёз и надолго.

— Ну, что я хотела сказать… — Начала Юми, погладив мраморную плиту. — Спасибо. Правда, спасибо. Ты даже с того света умудряешься спасать мою тощую задницу! Не знаю, как тебе это удаётся, но ты мой герой.

Ворон в прическе недовольно заворочался, и даже клюнул девушку в макушку.

— Эй, ты чего? — Возмутилась Юми. — Ну, ладно-ладно, не только Шисуи мой герой. Итачи тоже вытащил мою задницу… Из задницы. Да, я лошара, признаю это! Ну так я на гениальность и не претендую!

По кладбищу неожиданно прокатилась волна ветра, заставив колокольчики на храмовой башне зазвенеть, вот только Юми могла поклясться, что ей слышен смех её почивших родичей. Ну да пусть ржут, у мертвых вообще забав не много. Она уже собиралась уходить, когда Шисуи, тот который крылатый, неожиданно громко каркнул и резко сорвался с её головы, вместе с некоторым количеством волос.

— У зараза! — Шикнула на него Юми, уже разворачиваясь к выходу.

— Карр! — Резко высказался выкидыш подсознания Итачи. — Карр-каррр-карр!

— Ну чего ещё? — Обречённо спросила Юми. — Я тебя не понимаю!

Птиц смерил её красными глазами, и девушка была готова поклясться, что даже закатил глаза. После чего перелетел чуть в сторону, и снова категорично каркнул.

— Ну, пошли, — сдалась Учиха.

Так нехитрым способом они и добрались до храма Накано. Юми тут бывала в прошлой жизни, но в этой ещё не доводилось, и она абсолютно не знала, что ей делать. А вот Ворон похоже знал. Он бросил выдранную прядь волос в жаровню, и теперь требовательно на неё смотрел. Ну, не нужно быть гением, чтобы понять, что жаровню нужно зажечь. Юми сложила печать и выдохнула маленький огненный шар, пламя занялось ещё даже не коснувшись дна. Да и вспыхнуло чуть не до самой крыши.

— Твою то мать… — Девушка вытерла со лба холодный пот. — Ты во что меня втягиваешь?

Но отвечать птиц совершенно не собирался, наоборот, перелетел к дальнему шкафчику, и требовательно стукнул по нему клювом.

— Пипец ритуал под руководством птицы, — пробормотала Юми. — Кому расскажешь — в дурку упекут!

Но спорить с крылатым вестником она не стала, открыв створки, Учиха обнаружила стройные ряды благовоний, упакованных в вощёную бумагу. Юми повернулась к Ворону:

— Ну, и что мне надо?

Птиц развел крыльями — мол сама выбирай, не принципиально. Ну, сама так сама… Юми сунула нос во все упаковки и выбрала те, что понравились лично ей. Если бы ворон мог вздохнуть с облегчением, то он бы точно это сделал. Девушка вернулась к алтарю, и зажгла несколько палочек от жаровни, ставя их в специальные подставки. Вот только она ещё не закончила, Ворон резко клюнул девушку в запястье, буквально вырывая кусок мяса из руки и разрывая вену. Кровь не заставила себя ждать, и хлынула на полы храма. Ворон отскочивший подальше отчаянно заверещал. Юми до смерти хотелось свернуть наглой птице шею, но рука словно сама потянулась к огню алтаря. Капли крови с шипением падали на дно чаши, моментально превращаясь в пыль…

— Ну, наконец-то… Явилась, — потусторонний голос, казалось шел со всех сторон сразу. — То же мне потомки… Пока сам не пнёшь, не почешутся!

У Юми отвисла челюсть, и это была единственная часть её тела, которая могла двигаться.

— А ну подвинься! — Второй голос ничуть не лучше первого, раздался за спиной. — Она не только твоя!

— Ты вообще охамел? — Юми не представляла, кто там с кем ругается, но ей однозначно было жутко. — Это мой храм! И моя Наследница!

— Она такая же твоя, как и моя! — За спиной повеяло холодом. Могильным. — У меня на неё столько же прав!

— У тебя вон Узумаки есть! — Не сдался первый оппонент. — Иди его воспитывай! А мою не трожь! У неё моё наследие!

— Ах твоё, говоришь, Наследие? — Передразнил его Шинигами. — Так я это и поправить могу! Получи фашист гранату — она из правящей ветви!

Вы тоже думаете, как Юми догадалась, что второй — это Шинигами? Да просто, как только прозвучала фамилия — Узумаки, его личность перестала быть тайной. Кому надо те прекрасно в курсе семейного девиза Узумаки — Под дланью Шинигами. Ещё бы они после этого долгожителями не были! А вот насчёт первого были вопросы… Хотя…

— Тенгу? — Просипела девушка.

— Ох, ты ж моя лапочка! — Из огня алтаря тут же выпорхнул роскошный ворон, раза так в три больше Шисуи. — Я, именно Я — Демон Войны, Прародитель клана Учиха!

— А я Узумаки! — Вырулил у неё из-за спины Шинигами, в самой страшной маске, какую Юми доводилось видеть.

— Не пугай мне ребёнка! — Снова взвился на него Тенгу. — Иди себе своего ищи!

Пиздец, приплыли, тушите свечи, здравствуй дурка! Это были последние адекватные мысли в голове Юми, перед тем как она грохнулась в обморок…

***

Очнулась она спустя пару дней, и тут же получила трёпку, сначала от любимого ирьёнина — ибо чуть не скопытилась от кровопотери, потом от Хокаге, которая была солидарна с Хирано-саном, ну и просто переживала — ей только взбешённых Учих не хватало. Саске вон центральные двери снёс, когда узнал, что Юми загремела в госпиталь. Вот как так называется? С утра же живая-здоровая была, а вечером в реанимации! Что творится в этой деревне? Да-да, госпожа Пятая, это я вас спрашиваю! Кто чуть не убил одного из сильнейших джонинов Конохи? Ах дурь, говорите… Ну, это бывает… Извиняюсь.

И вот теперь за дурь Юми получала ото всей команды №7, в полном комплекте, так сказать.

— Ну, как ты так руку поранила? — Выл Саске. — Что перевязать слабо было?

— Да там не до этого было… — Отнекивалась Юми.

Ну не говорить же им, что у неё крыша поехала и она лицезрела высшего демона и жнеца воочию? Она же не буйная, а тихие психи они никому вреда не несут…

— Учти, за краской для волос, я тебе не пойду! — Всё ещё обиженный Саске, продолжал ворчать.

Юми тяжко вздохнула, да уж довели её глюки до первой седины. Целая прядь справой стороны теперь приобрела цвет благородного серебра.

— А мне нравится, — заявила Сакура. — В косе смотрится так, словно молния на ночном небе.

Вся мужская часть команды удивлённо уставилась на Харуно, а потом перевела взгляд на Учиху.

— Пф… — Выдал Саске, склонив голову к плечу. — И правда, что-то такое есть…

— Вторая Молния Конохи, — хмыкнул Какаши. — Только не Жёлтая, а Ночная.

— Ну началось… — проворчала Юми.

Вообще-то сравнение имело место, хоть Учиха и не перемещалась с такой молниеносной скоростью как Четвёртый Хокаге, но судя по её наблюдением за собственным Шаринганом — тот склонен к пространственно-временным техникам. Надо бы проверить, но одной откровенно стрёмно, вот и приходится ждать весточки от Итачи. Мало ли его куда в Молнию нелёгкая занесёт, а нагадить Эю, да за это Хокаге ещё и премию выпишет, но лучше в Камень, старый Тцучикаге достал уже всех…