Даша Романенкова – Из России, с любовью... (страница 101)

На Долоховой наблюдались любимые черные конверсы, потёртые джинсы и балахон с глубоким капюшоном. На кофте красовался портрет человека, отдалённо напоминающий небезызвестного Петтигрю, а так же надпись на русском языке, которую Хель любезно перевела всем присутствующим.

— А это? — Девушка загадочно ухмыльнулась. — Продавец Кошмаров.

Те немногие, кто хорошо разбирался в подковёрных интригах и генеалогии, только хмыкнули. Вот уж действительно — Мастер Менталист может не только Кошмарами приторговывать.

Если большая часть студентов была просто в удручённом состоянии, то Драко не просто нервничал, он уже был готов уверовать не только в Мерлина и Моргану, но и во всех известных ему Богов, включая маггловского Христа. Ибо он прекрасно знал, что у его Первого Номера кончилось даже её дьявольское терпение. А учитывая последние новости, можно было точно сказать — Долохова сдерживает своё бешенство из последних сил.

А всё потому, что Ждана они с почтой всё же отправили и ответ им не понравился. Амелия Боунс скрипела зубами, но ничего сделать не могла — у Амбридж было разрешение на применения Кровавого Пера, за подписью Министра Фаджа. Разъярённых Блэка и Сметвика скрутили силами Аврората, понеся тяжёлые потери, но толпой таки завалили, правда уже на подступах к кабинету Министра. По-хорошему им светил Азкабан, но у Авроров дети в Хоге тоже учились, и большинство на том самом Гриффиндоре, которому досталось больше всех.

Отделались Блэк со Сметвиком тремя сутками ареста и крупным штрафом. Так, что можно представить в каком бешенстве находилась Долохова, стоило ей только встретить в коридорах Розовую Жабу. Декан даже палочку у неё отобрал, вот только прекрасно понимал, что Амбридж это вообще ни разу не спасёт. Так, что сейчас Долохова оторвётся за всё, что у неё накипело.

Драко тихо посоветовал всем при малейшем намёке на опасность, тут же сбиваться в кольцо, закрывая девушек и самых младших самыми мощными щитами. Церемониться Долохова однозначно не будет.

Ожидание растянулось в вечность, но вот двери зала всё же распахнулись, и первым на правах хозяина вошёл Драко, за ним отставая всего на шаг двигалась Долохова. В скудно освещённом зале она казалась выходцем с того света — от природы болезненно белая кожа начала просвечивать и на лице проступил отчётливый рисунок синеватых вен. Под глазами образовались глубокие тени, а уж в черные глаза и вовсе страшно было смотреть.

Пожиратели тихо переговаривались, оглядывая строй будущих новобранцев, но как только они разглядели Долохову — все разговоры смолкли. И только тихое ругательство декана этом отразилось от стен.

— Какая интерессссная компания, — прошипел со своего трона Лорд. — Юные Наследники старых семей, цвет Британии. И все вы здесь, что бы присоединиться ко мне — Лорду Судеб.

Драко мысленно перекрестился, вознёс молитву Мерлину, и отступил на пару шагов, заметив взгляд Долоховой. За ним тут же отступили и все остальные, не сводя напряжённого взгляда с молодой ведьмы. Что же до самой Долоховой, то та напротив сделала пять шагов вперед, поднимаясь на все три ступени пьедестала, становясь буквально напротив и уставилась на Лорда своими черными не мигающими глазами.

— Надо же как занятно получилось, — пробормотала та, не выказывая ни тени уважения. — Надо будет Мэтру рассказать — он поржёт. (кажется это можно перевести как — «пиздец котенку, срать не будет» — прим. G)

— Долохова… — Лорд вскинул свою волшебную палочку, прижав её к горлу девушки. — Я смотрю пять лет на славном факультете моего предка не научили тебя хорошим манерам. Круцио!

Произнесённое заклинание заставило передёрнуться весь зал, вот только к огромному удивлению Пожирателей и их отпрысков — девушка даже бровью не повела. Но ведь заклинание Лорда в неё совершенно точно попало, как же так? Собственно Воландеморт тоже немало удивился, и даже на палочку свою посмотрел, как на предательницу.

— Не стоит так переживать, — насмешливо произнесла Долохова. — Так бывает, особенно с мужиками в годах — склероз называется.

— Да, что ты себе позволяешь! — Взревел Лорд, костлявой рукой отшвыривая девушку от себя. — Круцио!

Хель кувырком приземлилась на пол, принимая заклинание на грудь, и демонстративно зевнула, после чего тоном самого нелюбимого в Хогвартсе профессора затянула.

— Заклинание Круциатус — Заклятие Терзающей Боли, относится к фантомным, ибо действует в первую очередь на мозг (если он есть — прим. G), заставляя тот думать, что телу причиняют нестерпимую боль. Абсолютно, полностью, совершенно — бесполезно против Менталистов.

Уродливое лицо Лорда перекосило от бешенства, и как он мог забыть про фамильный талант Долоховых? Ведь и Антонина наказывать приходилось совершенно иначе, нежели этих изнеженных британских аристократиков.

Долохова довольно усмехнулась, и одним незаметным движением извлекла свою палочку.

— Круцио! — С непередаваемым удовольствием произнесла девушка, направляя оружие на своего противника.

Охреневшие от такого расклада Пожиратели замерли соляными столбами. Никогда-никогда, даже в мыслях, они не смели поднять палочку на своего Повелителя! Их детки оказались порасторопнее, и оперативно отступили к дальней стене.

— Круциатус — одно из Трёх Непростительных Заклинаний, — менторским тоном продолжила Долохова, преимущественно обращаясь к студентам. — За его применение можно смело загреметь в Азкабан, лет эдак на десять. Но! Как многие из вас наверное помнят, его запрещено применять ТОЛЬКО на людях. Наш же клиент к этому виду не относится, но гляньте как здорово работает! (я бы даже сказал — забивательно — прим. G)

Признаться Слизеринцам не очень хотелось смотреть, как по бальному залу Малфой-Менора катается от боли Тёмный Лорд, но зрелище было завораживающее. Их же родители больше смотрели на саму Долохову. Она сейчас до ужаса была похожа на незабвенную Беллатрикс Лестрендж, правда, та во время пыток лекции не читала. А ещё юная Долохова показывала настоящий мастер-класс то увеличивая интенсивность, то снижая. Она не давала Лорду потерять сознание от боли, но и не ослабляла напор настолько, чтобы тот мог её контратаковать.

Впрочем, всё это не заняло и трёх минут, которые для зрителей растянулись на добрые полчаса. Хель же изящно взмахнула палочкой, и Лорд растёкся чёрной лужицей по полу зала, к нему было дернулись пара Пожирателей, но встретившись взглядами с Долоховой — передумали. (жить то хочется — прим. G)

— Я ещё не закончила, — очаровательно улыбаясь сообщила им ведьма.

Переступив через стонущего от боли Воландеморта, девушка легко взошла на пьедестал и уселась в его троне.

— Тьфу ты, жестко, — пожаловалась Долохова. — Ты бы под свой суповой набор хоть подушечку подкладывал, а то так гнить начнёшь с задницы. Хотя тебе это уже не поможет…

— Да как ты смеешь?! — Взвыл кто-то из мелких сошек.

Что примечательно все Лорды помалкивали, прекрасно понимая, что эта девица не достала ещё все козыри из рукавов. Лорд Нотт, который немного знал русский язык и вовсе позволил себе короткую, слабую, но улыбку. Его сын подробно рассказывал о своих однокурсниках, и надо отдать должное — Долоховой он восхищался почти заслуженно.

Ропот продолжал нарастать, несколько егерей подбежали к Лорду, и поставили того в вертикальное положение, за что тут же огребли Сектумсемпрой, и не эстетично украсили собой мраморный пол. Сам же Лорд молчал, но это не значит, что он ничего не предпринимал. Он поймал взгляд черных глаз Долоховой о попытался проломить её защиту. Та только хмыкнула, выставив на первый план документальные съемки бомбёжки Лондона. По ушам Лорда знатно долбануло, а уж на кровавые подробности девушка не поскупилась.

— Угрозы, насмешки… Короны примеряют пешки… — Протянула Долохова. — На лицах отметки, что все вы — марионетки.

Пожиратели от этих слов как-то странно дернулись. Те, что ещё были в дружбе с мозгами быстро сообразили, кто тут — пешки, а кто — марионетки.

— И что скажете в свое оправдание, Благородные Лорды? — Мрачно спросила Долохова, обозревая толпу черных мантий. — Наворотили дел по юности и глупости, а теперь кому всё расхлёбывать? Я у вас спрашиваю!

Вперед аккуратно вытолкали Люциуса, моментально припомнив, что он Хозяин этого замка, ну и вообще у него лучше всех язык подвешен.

— Ваше Темнейшество… — Начал было Лорд Малфой. (нууу, не очень то он и ошибся — прим. G)

— Вы издеваетесь? — Спокойно осведомилась Долохова. — Что у вас за мания всем титулы-то присваивать?

— Мисс Долохова, — в прыжке переобулся Люциус. — Мы все понимаем, что совершили большую ошибку приняв метку, но многие из нас пошли на это по приказу своих Лордов.

— Догадываюсь, — согласилась Хель. — И всё же чего вы хотите? Вы же понимаете, что Это — уже не ваш Лидер. Это — уже даже не человек.

— Мы ничего не можем сделать, — признался Люциус. — Но знаю, что можете Вы.

— Могу, тут вы правы, — кивнула Долохова. — Так получилось, что лично Вам и Вашей семье я кое-чем обязана.

— Благодарю, Леди Долохова, — поклонился ей Лорд Малфой.

Сама же Долохова тем временем поднялась с того пыточного инструмента, явно по незнания названного троном и направилась в сторону всё ещё обездвиженного Воландеморта.

— Итак, неуважаемый, — обратилась к Личу девушка. — Я предлагаю вам сделку. Вы вытащите мне из Азкабана вот этот список личностей, снимите с них метки и забудете об их существовании. А я же верну парочку дорогих Вам побрякушек. Ну, и если вы выполните эти несложные требования, обещаю — я покину Британские Острова, и развлекайтесь тут как хотите. (хоть вприсядку — прим. G)