Даша Пар – Равновесие невест (страница 8)
Через Равновесие проходят все драконицы, независимо в знатной семье она родилась или среди простолюдинов. Тяжелее всего приходится богатым, так как нельзя позволить девице попробовать всё разом, она должна оставаться чистой для мужа. Хорошенькой девушкой, добропорядочной и верной. Ведь если не будет такой, как она может стать тылом для своего мужа? Как может родить хорошее дитя? Как может нести ответственность за целый замок? Как может стать наместником провинции, если с мужем что-то случится?
Если девушка не может себя контролировать, не может обуздать свои порывы, значит в ней есть звериная дикость. А это нарушение Равновесия. Звериная «свобода» ведёт к бешенству. К превращению в дракона, одержимого кровью. Ведь только кровь способна удовлетворить зверя. И чем больше он будет пожирать, тем больше будет желать. Такая жажда опасна.
Во времена старых богов на драконов охотились, использовали их магию, приручая как самых обычных животных. Это делали люди, гномы, нимфы, тролли, даже оборотни, имеющие собственные опасные наклонности. Всё во благо старых богов.
Это остановил первый Чёрный дракон. Он снял проклятье, наложенное богами, вернул драконам разум, научил сдерживаться, контролировать свою суть. Но одно осталось неизменным:
Из-за этого драконицы тысячелетиями не превращались до созревания, до Равновесия. А после делали это максимально редко, чтобы не выпустить зверя. Они запечатывали его. Даже не понимая, что это тоже нарушение Равновесия, за которое расплачивались сниженной рождаемостью. Нередко и бесплодием.
Последние сто лет идёт тенденция к изменению устоявшихся правил. Теперь драконы лучше понимают свою природу и саму суть Равновесия. Женщины перестают стыдиться своей второй половины, а мужчины наоборот восхваляют сильных и смелых дракониц. Всё это стало возможным благодаря развитию науки и медицины. Благодаря нашим королям, которые открыты к переменам.
* * *
Первое впечатление — самое важное. Поэтому так много зависело от весеннего бала. Сможешь проявить себя — запомнят. Упадёшь лицом в грязь — это будет преследовать до конца Равновесия.
Разумеется, чтобы девушки не кичились состоянием своих родителей, создали ряд правил, как они должны выглядеть. К примеру, платье обязательно с неглубоким вырезом, никаких жёстких костяных корсетов, рукава — чуть ниже локтей, а длина подола — по щиколотку. Каблуки — не выше трёх сантиметров. Цвет наряда — оттенки белого, материал — простой, никакого шёлка и блестящих вставок. Из украшений — фамильное ожерелье. Желательно максимально аккуратное. Браслеты, серьги, митенки — под запретом. Волосы распущены, без заколок. На лице — дневной лёгкий макияж. Аромат духов — весенний, не тяжёлый.
Задача девушки — быть олицетворением невинности, а не богатства и состоятельности семейства. Скромность превыше всего.
Поэтому мы с сестрой были почти счастливы. Ведь у нас весьма скудный багаж по меркам других аристократов. Конечно, не все дома такие состоятельные, как Грацбурские или ван Стейеро. Были и небогатые девицы. Но не настолько как мы. Быть самой бедной — отвратительно. Над нами и так частенько подшучивали, но если они поймут истинные масштабы нашей оторванности от остальных, станет совсем худо.
Пока решила не думать об этом, а сосредоточиться на настоящем. На ужасно-прекрасных женских процедурах, которые стоили всего самообладания, так что была как сомнамбула к концу.
С утра приняла горячую как кипяток ванну с лесными травкам. Анишка накрутила волосы на верёвочки, чтобы усилить естественный вьющийся эффект. Она помогла с макияжем, совсем чуть-чуть осветлила кожу и добавила немного румян, чтобы щёчки выглядели свеженькими. Немного теней, и карий цвет заиграл карминовыми оттенками, как бокал терпкого вина. Губы не трогали — нельзя было перебарщивать. Моё платье идеально соответствовало требованиям. Лёгкая шнуровка на спине подчеркнула талию и грудь, а свободный воздушный подол придал лебединой грации.
— Красавица, — восхищённо воскликнула Паули, когда горничная закончила колдовать надо мной и я вышла в общую комнату.
С Паули всё немного сложнее. Её платье было максимально свободного кроя, с невидимым подъюбником, чтобы создать талию и скрыть широкие бёдра. Рукава сходили ниже локтей, а вырез на груди обнажал ключицу, но скрывал ложбинку грудей, а специально вшитые в ткань маленькие косточки маскировали складки на талии. Цвет материала — тёплый кремовый, чтобы подчеркнуть лёгкий румянец на щеках и привлечь внимание к роскошной рыжей гриве, которая как огненное пятно выделялось на белом фоне отвлекая внимание от полноты. Она выглядела очаровательно и мило. И всё благодаря портному, который с утра подгонял платье, чтобы оно идеально село по фигуре.
— Как и ты, — отвечаю, не скрывая удовольствия.
Мне понравилось кружиться по комнате, наблюдая, как платье легко поднимается вверх и также плавно опускается вниз. Я никому не говорила, что его сшила мама. Что вообще все наши наряды сшиты мамой и бабушкой, и тётушками из долины Корейры, в которой жили ближайшие родственники.
— А на мой взгляд слишком вычурно, — заявила Кирнан прямо от дверей своей спальни. Я думала, самая богатая девушка найдёт способ и в простом выделиться, но, на удивление, она поступила кардинально иным способом.
Её платье — образец истинной скромности. Прямой подол и покрой, как мешок, ничего не подчёркивающий. Свободные рукава, а вырез высок почти под горло. Волосы распущенные, но не уложенные, а доведены до идеальной острой прямоты и забраны за ухо. Макияж, как и у меня, простенький. Сама скромница, будто святая. И только один элемент выбивался из образа, но никто не посмеет сказать, что это нарушение.
На шее Кирнан сверкал огромный синий сапфир, висевший на тонкой аккуратной цепочке. Он притягивал взгляды, одним только цветом говоря, кем является его обладательница. А размером — о состоянии её семьи.
— Великолепно, — прошептала Паули, словно и не услышав обидных слов в свою сторону.
Кирнан гордо задрала подбородок и улыбнулась.
— Вот так девочки, — вызывающе заявила она, а я скрестила руки на груди. Мне разом стало противно от этой фальшивой скромности.
С дальнего конца появилась группа девушек, в центре которой сестра что-то довольно рассказывает остальным. Заметив меня, машет рукой, а после ободряюще поднимает большой палец вверх. Наши наряды не сильно, но отличаются. У Кали крой свободнее, так как она чуть крупнее и выше меня. Она первая выбралась на свет. Хотя по характеру получилась нежнее, но считалась старшей сестрой.
Тем временем, вокруг Кирнан тотчас образовался кружок из почитательниц, включая абсолютно унылую Агату, соседку с стороны Паули, которая только и умела, что говорить о тряпках да любовных романах. И очень глупо хихикать.
— Я так нервничаю. Ненавижу это состояние. От него тянет на еду, а мне нельзя, — тоскливо протянула Паули, растирая пальцы. — Так хочется, чтобы всё поскорее началось и в то же время — чтобы не начиналось вовсе!
— Не волнуйся, всё внимание будет вокруг Кирнан и прочих представителей старой аристократии. Мы для них что невидимки, — отвечаю почти равнодушно, а сама пальцами выбиваю нервный ритм. В голове всё вертелось последнее ночное похождение.
Я была так неосмотрительна! Плела что попало в голову, совсем ни о чём не думая! Если об этом станет известно… это просто убьёт мать и поставит крест на моей репутации. И заденет сестру.
Мысли метались из стороны в сторону, накрывая с головой то предстоящим, то прошедшим. Я поцеловала незнакомца! И мне это понравилось. Говорить с ним было действительно интересно, он напомнил брата, такой же добродушный, но с хитринкой… Если бы всё было так просто, то я бы… сходила с ним на свидание? Как обычная серая драконица, у которой Равновесие не конец света, а наоборот — свобода?
Но это лишь фантазии… Или станет возможным после Равновесия? Когда закрывается одна дверь, открывается другая. И если всё пойдёт плохо, то… нет. Конечно нет. Уж лучше я приму
— Почему всё так сложно, — пробормотала устало, вжав ногти в ладони рук.
— Эй, что с тобой? — участливо обратилась Паули, беря за запястье и выворачивая руку. На коже проступили лунки от ногтей. — А сама говоришь не волноваться. Вон как тебя трясёт, — добродушно подколола девушка, проводя пальцами по коже. — Не переживай, я рядом. А как первое представление закончится, там и родителей увидим. Впервые за неделю!
— Жду не дождусь. Я соскучилась, — закивала согласно, отгоняя злые мысли.
— Дорогие девушки! — прозвучал громогласный голос кэрры Астерии. — Вот и пришло ваше время. Сейчас организуемся попарно, как говорила вам вчера, и отправляемся на ваш первый бал. Пожалуйста, сохраняйте достоинство. Ведите себя как истинные кэрры. Вы юные девы. Помните об этом. Скромность и почтительность превыше всего. От того, какими вас увидят сегодня, зависит ваше будущее. И да благословит вас святая Клэрия!