Даша Пар – Равновесие невест (страница 2)

Равновесие — переломный момент в жизни любой столичной аристократки. Возможность пожить в королевском дворце, побывать в окружении настоящей роскоши, быть в центре внимания. Увидеть короля. Чего-то достичь и показать себя с лучшей стороны. В Равновесие ты принадлежишь себе. Родители остаются где-то позади. И это так важно среди сотни соблазнов умудриться устоять на своих двоих и не опозориться! Ведь твой позор падёт и на твою семью.

Я смотрю на своих родных, и сердце замирает от неизбежного. Прошло два года, как отдалилась от них. Как потеряла искренность и доверие к близким. Стала изгоем в собственной семье, а они даже не знают об этом! Но скоро всё станет ясно. И я никак не могу это остановить.

* * *

Столица встретила необычайно шумной и многообразной толпой, громоздкой разноцветной архитектурой жилых домов из кирпича с красной черепицей на крышах, мощёными широкими улицами, на удивление чистыми, учитывая количество экипажей, карет и повозок.

Также отчётливо бросалось в глаза разделение на главные улицы и вспомогательные. По главным верхом позволялось перемещаться исключительно представителям драконьего племени, включая высших членов ремесленных и торговых гильдий, также учащимся академий столицы, и послам иных стран. Простолюдины пользовались боковыми улочками, по которым осуществлялось торговое и рабочее сообщение столицы.

На главных улицах не разрешалось просить милостыню, вести громкие речи будь то проповеди или же рекламные сообщения, запрещалось торговать сильно пахнущей и дурной продукцией, заниматься проституцией и находиться в нетрезвом или непрезентабельном виде. За любое нарушение — телесное наказание и «разумный» штраф. В Каргатском королевстве власть очень положительно относится к штрафам и налогам.

Поскольку Кристан является абитуриентом Военной академии, его высадили в предместье столицы — возле главных ворот у симпатичного кирпичного здания. Он поселится в общежитии, так что увидим его не раньше самого Равновесия, которое состоится через неделю. Мы же направились прямо к сияющему королевскому дворцу, видневшемуся с пригорка. Издали открывался вид на покрытые золотом башни-площадки, с которых так удобно прознать пространство. Талант доступный только мужчинам.

В ближайшие дни нас ожидал медицинский осмотр, знакомство с другими девицами, репетиция надвигающегося празднества, которое состоит из нескольких важных событий: первый бал перед Равновесием в день весеннего равноденствия. Мы покажемся перед королём и знатью, утверждаясь как выдающиеся невесты королевства. До этого дня аристократок принято скрывать от взглядов посторонних и чем богаче и знатнее семья, тем раньше молодых девиц прячут.

На следующий день в самый ранний час, отправимся на самую высокую площадку дворца, откуда совершим первый полёт на глазах всех аристократов столицы. А во второй половине дня состоится праздничный бал в честь нашего Равновесия, во время которого будут объявлены договорные браки.

Затем начнутся совместные обеды и ужины, светские рауты, балы и представления для невест и женихов, чтобы те узнали друг друга поближе, а девушки без договора могли проявить себя и понравится какому-нибудь свободному аристократу. Всё это продлится до майского свадебного цикла, когда почти каждый день будут праздноваться удачные бракосочетания. Примерно тогда же начнутся вступительные экзамены в столичные академии, а в июне уже будут готовы результаты Кристана. Получается, у нас есть полтора месяца на то, чтобы найти себе пару.

К счастью или к сожалению, но моя судьба решится намного раньше.

* * *

Я вижу в себе маленькую девочку, которую вытолкнули на яркое солнце, прилепили на макушку бант и велели улыбаться во всю ширь. «Эй, красавица, ну что ты стоишь надувшись? Улыбнись, видишь сколько на тебя женихов пришло посмотреть! Один из них станет твоим мужем. Разве ты не хочешь понравиться ему?»

Не хочу. Я вообще в себе этого не вижу. Никто не знает, что я ошибка. Редкий дефект, о котором в приличных семьях не принято говорить вслух. А я так и не нашла в себе сил признаться во всём матери. Я нарушила правила, сама виновата, что попала к эльфам, и может это наказание за мою глупость. Но так и не придумала, как подступиться с этим к маме.

Да я лучше сбегу, чем сознаюсь в том, кто я есть. Стану ещё одной девчонкой, сбежавшей из дома. Благо есть куда бежать.

Но… всегда есть морвиусное но!

Побег сильно ударит по семье. По моей родне, по тем, кого люблю. Но как признаться? Я этого не переживу. Ведь надо было говорить сразу, как только поняла, кто такая и всё было бы решено. Но время не повернуть вспять. Тогда промолчала, отложила, испугалась, а потом… время потянулось и стало страшно-неудобно подобрать слова и найти время их высказать вслух. Я сама повесила на грудь этот камушек, а как его скинуть? Никак! Особенно сейчас! Подставив всех?!

И я молчу. Ставлю себе в вину, плывя по течению, надеясь, что всё как-нибудь рассосётся. Не рассосалось. И я в капкане оказалась.

* * *

Всю дорогу до дворца сестра нетерпеливо тянулась к окну, разглядывая и запоминая каждую чёрточку города Клэрия, столицы государства Каргат, названной в честь святой Клэрии, первой Каргатской королевы.

Калиста никак не могла поверить, что такие большие города бывают на свете. Наш родной город Винц в разы меньше и скучнее, серее, грязнее, тоскливее и совершенно, просто напрочь лишён магии! А здесь! Было всё. И это всё хотелось потрогать и не выпускать из шаловливых рук. И только мама мешала наслаждаться зрелищем, постоянно одёргивая и возвращая на место.

— Клянусь святыми крыльями Клэрии, ты невозможно-неприлична! Как маленькая дикарка, вертишься, будто я тебя ничему не учила! Посмотри на сестру, бери пример!

Я скептически глянула на мать и неожиданно показала язык, введя ту в состояние лёгкого ступора. Но сестра тотчас угомонилась. В отличии от меня, она действительно хотела стать частью этого мира. Ей хотелось попробовать красоту на вкус. Узнать, каково это — быть настоящей кэррой. Что и говорить, из нас двоих, она оказалась примерной пай-девочкой.

Но даже её целеустремлённость, желание узнать и понять иной мир, не подготовили нас к тому, с чем столкнулись. Ведь, на самом деле, наша провинция не зря называлась «венец без камушка», наша удалённость и бедность создали настоящую оторванность от самого слова «мода». Фасоны платьев, причёсок, высота каблуков, аксессуары, украшения… что это для девушек, выросших в условиях почти аскетичных и нацеленных на практичность и долговечность?

Наши платья с дороги запорошены пылью, подолы испачканы глиной, шеи грязные от пота из-за духоты дешёвой кареты, волосы, когда-то убранные в косы в последней придорожной гостинице, растрепались, а лица, не знавшие румян и теней, выглядели по-простецки. И на ногах совсем не туфельки, а обычные ботиночки, ведь обувь дорогая, жаль испачкать единственную пару в дорожной грязи.

Иное дело местные аристократки и представительницы богатых провинций. Разодетые в шелка, с лебяжьими шейками, лёгким дневным макияж, окружённые флёром пряных и цветочных духов, среди почтительных слуг и подле царственных матерей. На их фоне, наша семья выглядела простолюдинами. И только фирменная драконья грация, а также фамильное ожерелье Винцелей на шее мамы, выдавало в нас представителей знатного рода.

Хоть знатность и проявлялась в том, что мы были порождением мезальянса между серебряным драконом и зелёным. Бабушка была изобретальной женщиной, чтобы подобное могло случиться тридцать лет назад. Только серебро в нашей крови дало возможность оказаться здесь.

— Когда останетесь среди невест, не вздумайте искать расположения девицы Гадельер. Я знаю её мать, девочка будет воротить нос и демонстрировать своё отличие от вас. Держитесь особняком и с гордостью. Не позволяйте себя унизить и не опускайтесь до их уровня. Помните, я предупреждала вас об этом.

Я прикусила губу, недовольно оглядываясь по сторонам. Не смотря на весь лоск и презентабельность окружения, двор напоминал рынок в день приезда торговцев, шумно и громко. Девушки прощались с матерями и опекунами, слуги разносили чемоданы с вещами, где-то плакал ребёнок, неподалёку лаял пёс, а над всем этим, мажордом пытался убедить одну мамашу, что её дочурка не может претендовать на отдельные покои, какого бы знатного рода та ни была.

Блондинистая девушка с прелестными голубыми глазами и розовыми губками, будто истинная царская особа лениво окидывала взглядом двор, едва заметным движением бровей выдавая ремарку всему, что видит. Поодаль уже начинались формироваться первые группы девиц на выданье, и многие с почтением глядели на блондинку, а мне стало любопытно, кто она такая.

Позади, не скрывая чувств, Кали выдавала первые паникующие ноты, засыпая мать сотней вопросов что делать дальше. Нам предстояла неделя без родительского сопровождения, под присмотром дворцовой дамы, главы женского благотворительного и организационного Совета.

Поскольку король Никлос не женат, а его родители давно отошли в мир иной, то многие женские обязанности, обычно возложенные на королеву и её придворных дам, необходимо было кому-то поручить. Так появился Совет Женевры, названный в честь покойной матери Никлоса. Возглавляла Совет бывшая компаньонка королевы — Астерия Брунцкая, дама высокой морали и поборник этикета и соблюдения правил из Фиолетового дома.