Даша Пар – Равновесие крови (страница 28)
– И в какой дом ты хочешь перейти, коль цвет твоих крыльев белый? Можешь выбрать любой.
Я не сразу поняла, зачем король так сделал, но, обернувшись, увидела, как главы домов выступили вперед. И услышала их громкие голоса, наперебой предлагающие кров и защиту для белокрылой. Я многое поняла в этот момент. И приняла единственное решение, в котором был хоть какой-то смысл.
– Ваше Величество, – обратилась я к Никлосу, – я прошу взять меня под протекцию короны.
Минуту он держал паузу. Очень долго для звенящей тишины, надвигающейся со всех сторон. Король наказывал меня за нерешительность.
– Ваше желание, кэрра, исполнено, – ответил он, вставая с трона и спускаясь ко мне. Никлос взял меня за руки и добавил: – Отныне вы будете именоваться кэрра Селеста Каргат, подопечная Каргатской короны под защитой Каргатского короля Никлоса Каргатского.
Глава 10
И пробежала черная кошка
До бала оставалось совсем немного времени, поэтому Артан решил навестить наставника, который в силу преклонного возраста очень редко посещал общественные мероприятия, предпочитая наслаждаться садоводством. Давным-давно Рупер Свенский покинул свой род и перебрался в королевский дворец. Теперь его можно найти в библиотеке или в оранжерее. Вышедший в отставку маршал, не имевший жены и детей, предпочитал вести уединенный образ жизни в специальной должности главного дворцового садовника. Он писал мемуары о войне с песчаными демонами, иногда выступал с лекциями в Военной академии, временами навещал родственников и почти никогда не покидал столицу.
Арт нашел его в восточной части оранжереи, среди колючих растений с жаркого континента. Седовласый мужчина в полосатом теплом халате и домашних тапочках уместился за небольшим столиком на скрипучем стуле. При желтом свете магической лампы он под лупой изучал маленькое зеленое растение, формой напоминавшее кувшинку.
– Кэрр Рупер? – проговорил бывший ученик, и старик поднял голову. В светло-серых глазах не сразу зажегся огонек узнавания, настолько глубоко он погрузился в свое занятие.
– Арт? Мальчик мой! Давно тебя не видел, – заулыбался мужчина, пожимая руку подошедшему ученику. – А я тут, как видишь, делом занят. Любопытнейшее растение привезли на днях, и название такое интересное – суккулента! А конкретно – каменная роза. Красиво, не правда ли?
Молодого маршала не интересовала растительная экзотика, но он выслушал наставника и даже задал несколько вопросов, чтобы поддержать беседу. Разговаривая, они вышли к западной части зимнего сада и оказались у небольшого озера с фонтанами и водопадами, которые создавали прекрасную среду для тропических цветов и растений. Здесь было тихо, только раздавалось журчание ручейков да негромкое пение вечерних птиц под высоким застекленным потолком.
Собеседники остановились около небольшого каменного грота, внутри которого располагались удобные лавочки, покрытые подушками и пледами.
Артан помог старику опуститься на скамейку, а сам зажег небольшую лампу под потолком и уселся рядом. Рупер некоторое время молчал, вглядываясь в темноту сада, освещенного лишь маленькими светильниками, а затем спросил:
– Сегодня особенный день, мой дорогой ученик. И ты не просто так пришел навестить бывшего маршала. Слышал, Равновесие прошло феерично. Белокрылая девица взлетела в небеса. Чудо чудное, – бывший маршал размял затекшую шею, искоса поглядывая на молчаливого Артана. – Что беспокоит тебя?
Вместо ответа Арт вытянул из-под рубашки фамильный медальон и раскрыл его, продемонстрировав пустую нишу.
– Мой мальчик, тебя можно поздравить? – Рупер не сразу вспомнил, что это значит, а как осознал, просиял от счастья. Он относился к Артану как к сыну и новость о слиянии – бальзам на старое сердце. – Кто же та девушка, что осчастливила тебя?
Закрыв украшение и вернув его на место, Арт сцепил пальцы на коленях, безучастно уставившись перед собой.
– Это кэрра Селеста Винцель, – негромко ответил он.
– Подожди, а разве не… о-о, – сообразил старик, теперь понимая, в чем сложность. Он нахмурился и решительно вытащил из кармана халата небольшую трубку с пакетом табака. Закурив, выпустил сизую струю дыма. – А без нее никак?
Арт закашлялся, подавившись слюной, и обескураженно уставился на вернувшего себе невозмутимость Рупера. Он потянулся забрать трубку у пожилого наставника, но, наткнувшись на взгляд с прищуром, оставил эту затею. В конце концов, сам он такой же. Следовал за своим кумиром во всем, и точно так же пристрастился к куреву.
– Вообще не вариант. Я когда-то рассказывал о слиянии. Это то, от чего нельзя уйти. В момент сияния соприкоснулись наши души. Мы чувствуем друг друга на расстоянии. И будем тянуться друг к другу и искать встречи. Другие отношения никогда не сравнятся с этими. Не заменят, не заглушат чувство дома в сердце, когда возлюбленная рядом. С годами чувства становятся сильнее, а когда один умирает, второй ощущает себя лишь половинкой целого и вряд ли сможет вновь полюбить. Слияние – это навсегда. Ни с чем не сравнимое ощущение, – Артан приложил руку к груди, ему казалось, будто по венам бегут маленькие букашки, настолько пьянящим было это чувство. Закрывая глаза, он видел ее. Слышал нежный голос и смех, чувствовал запах полевых цветов, мягкость губ и ласку рук. Его буквально тянуло на северную сторону дворца, и он видел сияние сквозь плотно прикрытые веки.
– О, мальчик мой, ты попал, – тяжело вздохнул Рупер, видя, как изменился благодушный весельчак Артан. Под маской души компании в действительности скрывалась замкнутая натура.
Когда-то Артан сбежал от равнодушия отца в столицу. Здесь у него не было ни друзей, ни родных, а только рекомендательная записка от одного старого соглядатая тогдашнего шефа тайной полиции Андрэ Грацбурского. Парень «поработал» на эту организацию и получил возможность обучаться в Военной академии. Именно такая самостоятельность, пробивной характер, упорство и недюжинные способности привлекли внимание маршала, и он сделал из парня своего адъютанта.
Арт стал для Рупера больше чем просто личный помощник. Для бездетного мужчины он превратился в сына, а сам Рупер стал мальчику отцом. Парень так и не простил родного отца и долгое время вообще не навещал долину Гадельер. Эта оторванность от родины, от привычных традиций и склада жизни привела к раздвоению личности парня. У него было много знакомых и приятелей, но, кроме Никлоса, не было друзей. Как раз поэтому они так и спелись. Родственные души.
А теперь молодой мужчина менялся на глазах. Появился еще один человек в личном круге. Перемены пойдут на пользу, но белокрылая… Это проблема, большая проблема.
– Вы не будете счастливы, Арт, – заговорил Рупер, понимая, что мальчика нужно спустить с небес на землю. Старик откинулся назад, опустил трубку и провел носовым платком по пересохшим губам.
– Я один из самых старых жителей столицы, мне почти сто пятьдесят лет. И я многое помню. Например, историю о последней белокрылой драконице. Она была родом из Сатуральских долин, и звали ее – Алесса. По лицу вижу – тебе знакомо это имя. Но знаешь ли ты, как это было? Знаешь ли, что король Класарий влюбился в нее до такой степени, что сила нориуса, живущая в его венах, усилилась во сто крат, позволяя ломать скалы, будто они сделаны из стекла? – старик замолчал, вновь раскуривая потухшую трубку. – Вижу, не понимаешь, о чем я говорю. Так объясню по-другому. Белокрылая драконица связана с черным драконом. В преданиях говорят, что именно эта связь послужила истоком возникновения Равновесия невест. День, когда черный встречает белую. День, когда увеличивается сила черного дракона…
Артан внимательно слушал пожилого учителя. Неприятное чувство поселилось в его сердце, умело раздуваемое словами бывшего маршала. Старик знал, как правильно донести до ученика, что того ждет.
– Пойми, Арт, с того момента, как крылья Селесты окрасились белым, она превратилась в магнит для каждого, кто мечтает о власти. В ней самой заключена великая сила, раскрывающаяся рядом с черным королем. Твои чувства – ничто по сравнению с тем, что ее ждет и какой она станет рядом с Никлосом. Добела горящая драконица, – старик осекся, вспомнив, с кем говорит. Друг короля. Но слушает так внимательно и с таким напряжением, что Рупер решил досказать все, что смог вспомнить.
– Алесса дотла сгорела на глазах мужа почти сразу после рождения сына. Такова была сила любви Класария. Любовь и ненависть – что синонимы. Селесте не избежать этой же участи.
– Что за история? Почему ты думаешь, что с нами произойдет нечто подобное? Я не Класарий, я на такое не способен! – неправильно истолковал слова учителя Артан. Он резко поднялся, встал у лестницы и вгляделся в темноту сада, чтобы успокоиться.
– С чего ты взял, что это про тебя? – старик нахмурился, сообразив, что пересек черту. Зачем вносить смуту в дружеские отношения? Зачем Арту знать, на что действительно способны Каргатские короли?
– Вот что, мой мальчик. Если без нее – никак, то бери ее в охапку и беги домой, и как можно скорее! Подальше от дворцовых интриг, – решительно заговорил он и протянул руки, чтобы ученик помог подняться. Используя как опору плечо Артана и кряхтя, старик встал, прикрыв глаза от легкого головокружения.