Даша Пар – Амброзия (страница 52)

— Девон желает обрести целостность. Личность. Стать кем-то большим, чем он есть. И это доступно драконам. То явление, что меняет миры, одаривает виды дарами, называется Демон. Два дракона чистой крови. Род королей. Став единым целым, обретаешь бессмертие и властью управлять другими. Демон, — зашептали наперебой голоса со всех сторон. — Ты и он — Демон. Ещё немного и ваши личности сплетутся в одну. Не будет Демьяны и Девона, останется только Демон. И он пожрёт миры.

Я резко обернулась, лицом к лицу сталкиваясь с самой старой совой. Её взгляд пустой и мёртвый. Она улыбается, радостно и почти безумно кривя губы. Сумерки сгустились. Ночь подошла совсем близко и в саду зажглись тусклые зелёные фонари, висящие на ветвях деревьев. Света давали мало — спустился слишком густой туман, плотной пеленой окутавший всё вокруг в свой тёмный саван.

— Если вы так однозначны в своих видения, тогда зачем всё это? — мой голос высок и звонок, и совы морщатся, расступаясь, чувствуя недовольство Дикой охоты. — Вы не противитесь неизбежному. Вы не останавливаете грядущее. Я вижу — всё предсказано уже давно. Почему сейчас встаёте у меня на пути?

Совы молчат, наблюдая безмолвно. Самая старая склонила голову набок, уставившись на одну из небесных лун, а самая молодая, та, первая встреченная сова, заговорила, выставив у груди пальцы, медленно трансформирующиеся в когти. В её глазах зажглись пугающие огоньки и вся она по-птичьи сжалась.

— Никто не видел тебя до встречи с Девоном, Демьяна. Никто не видел Елену до смерти её первой любви. Ты была тенью на паутине будущего. Мы знали, что ты грядёшь, знали, чем всё обернётся, но мы не видели тебя. Ты не существовала. А когда родилась, вариации разбились вдребезги и мы видим только отголоски твоего рождения.

— Ты обречена стать Демоном вместе с Девоном, но мы не видим как это произойдёт, — добавила старая сова, закрывая глаза.

— А я вижу, как это не происходит, — добавляет самая молодая, упрямо раскрывая все карты, когда остальные совы окружили её, медленно тесня в сторону. — Я вижу это!

— Лишь рябь на воде, — шипит в ответ одна из них.

— Всё дело в любви!..

— Сомнения уже в её сердце! — возражает другая сова. — Она не уверена, что он любит.

— Что? — мой вопрос потонул в их споре, совы соскочили с языка волков и заговорили на своём, полном «ухающих» звуков. — Вельямин любит меня, а я люблю его! Что за чертовщину вы несёте?!

— Оставь это, — вновь вмешалась старая сова. — Мы слишком много видим и ты уже знаешь, что это был не дар драконов, а проклятье. Наше виденье будущего всё равно что неведенье. Только сводит с ума и лишает глаз. Мы обязаны были рассказать тебе о том, чего желает твой Девон. А что делать с этими знаниями — решай сама, мы не противники и не союзники. Мы знаем, что будет, если вы соединитесь и не противимся своей судьбе.

— Я не верю в судьбу, — упрямо поджимаю губы. — И считаю, что вы действительно ничего не знаете.

Она улыбается вновь и улыбка ширится, обнажая жёлтые острые зубы.

— Я столько раз видела, что он сделает с тобой, Демьяна! Попомни мои слова — ты не сможешь его остановить. Даже более того — не захочешь!

Я было хотела ударить её, настолько взбесили слова старой птицы, но она добавила:

— А теперь иди в лес, да поспеши! Он ждёт тебя. Освободи своего дракона из ледяной клетки, всё равно она надолго его не удержит.

Моргаю и остаюсь совершенно одна. Только огромное птичье перо выпадает из тьмы, медленно планируя передо мной. А вглядевшись, увидела тени на фоне пяти спутников этой планеты. Совы разлетелись, ввергнув мой разум в смуту и подозрительность.

— Чёртовы птицы, — пробурчала под нос, шагая сквозь портал за Девоном. Он так долго ждёт меня.

* * *

Здесь слишком много льда. Вместо деревьев — ледяные скульптуры, и на ногах с трудом удержаться — скользкий и прозрачный и будто по зеркалу идёшь. Ночь глубока, небо затянуто облаками — не видно ни единого спутника. Всё вокруг сверкает молочно-серым цветом. И посреди этого великолепия возвышается живая статуя дракона. Он прожёг лёд, оплавил ветви, угольные следы разлетаются во все стороны как при взрыве. Но его сковали самой основной льда. И он застыл. Не умер. Не остановился. Не замёрз. Лишь замер в ожидании меня.

Ступаю через проход, и вокруг расползаются огненные ручьи — это наши волки выжигают лёд, освобождая путь к нему. Я иду и изо всех сил гоню из памяти всё, что слышала. Я должна быть чиста перед ним.

Оставалось сделать несколько шагов, когда он падает на колени, превращаясь в человека. Он обнажён — от одежды остались жалкие лоскуты. Дрожит от холода, сопротивляясь льду, а когда дотронулась до плеча — вздрогнул как от ожога.

— Ты всё-таки пришла, — прошептал он, поднимая ясные ярко-рыжие глаза на меня. Девон встаёт медленно, с моей помощью, но с каждым движением всё лучше и лучше, сбрасывая с себя оковы холода.

— Не могла не прийти, — отвечаю негромко, не отводя глаз. Мы вместе переходим в мир огня и всё вокруг исчезает в пламени. Нужно время восстановиться. И поговорить.

* * *

Этот сон на двоих — наш. Но воспоминание — моё. Горная река, тело, прибившееся к берегу, я ещё не очнулась, ещё не знаю, сколько всего предстоит пережить. Но помню ту боль и страх, что испытала, прыгая в воду, не зная, выживу ли или умру.

А со стороны всё так спокойно. Туманно и тихо. Бурные потоки в стороне, здесь речка спокойнее журчит, скользя и нежно гладя крупные, покрытые водорослями камни. Слышится пение птиц, шумят ветви деревьев от касанья лёгкого ветерка. Здесь хорошо. Ещё ничего не случилось.

— Тебя долго не было, — говорит Девон, опускаясь к моей копии, переворачивая её лицо от воды, убирая волосы с глаз и лба. — Что так задержало?

Виновато изогнув брови, качаю головой, как будто в шутку. А после сразу перехожу к делу, как только он переводит взгляд в мою сторону.

— Я предала тебя, Девон. Из-за меня ты попал в ловушку.

— Вот как, — он удивлён. Действительно не ожидал такого.

— Мне сказали, если я хочу увидеть Вельямина, то должна привести тебя в мир сов.

Лицо дракона застыло. Руки продолжали касаться моей копии, вызывая неприятное зудящее чувство там, где он соприкасался с ней, и я поморщилась, а после и вовсе почесала щёки, подбородок и лоб. Встряхнула волосами, выжидательно уставилась — а он всё молчал.

— Скажешь что-нибудь?

— Ты начала — так говори, — невозмутимо ответил Девон, убирая руки и поднимаясь с колен. Его брюки промокли насквозь и с них потекла вода, но как только он вышел из реки, они моментально высохли, и встав напротив меня, выглядел совершенным.

— Вельямин выжил после падения. Его спасли наши враги. Выходили и защитили от нас.

— Нас? — удивлённо переспросил Девон.

Я облизнула губы, отвела взгляд, прежде чем добавила:

— Я говорила с их представителем. Они считают, наша цель — уничтожить ожерелья. Они верят в то, что ты зло. И я заодно с тобой. А когда пошла к совам, чтобы миром вернуть тебя, птицы подтвердили слова врагов. Назвали нас Демоном, — я негромко хмыкнула, и сразу разъяснила: — На языке моей родины это слово означает злой дух/существо, желающее смерти и разрушений, создание тьмы. Именно так они соединили имена Демьяна и Девон.

Дракон ответил не сразу. Он дождался вызова в моих глазах, разглядывая, будто увидел нечто новое. Отойдя в сторону, вернулся к моей копии, всё ещё находящейся в бессознательном состоянии. Посмотрел на неё недолго, и только когда я/она зашевелилась, заговорил.

— Я рад, что ты всё рассказала. Ведь кроме тебя, у меня ничего нет. Мне больно, что ты сразу не раскрылась, не доверилась, а поддалась уговорам, ведь они могли воспользоваться амброзом и вновь усыпить меня. А потом и тебя, и закончить эту историю, — он со значением посмотрел в мою сторону, но я промолчала, и он вздохнул, продолжая: — Совы правы. Нас ждёт Демон. Но это не зло, а наоборот — свобода. Помнишь? Я говорил, что мы можем забрать дары драконов. Это сделает их свободными. Демон сделает это. А когда закончим, то уйдём из этого ожерелья домой. Понимаешь? Настоящий дом! Мы оставим это проклятое место…

— А Дикая охота? Наша свита?! Что будет с ними?

— Оставим здесь. Только ты и я. И пусть эти приспешники драконов выживают в этих мирах, как хотят! Мы уничтожим порталы. Восстановим естественные границы между мирами и дадим перевёртышам самим определять свою судьбу!

Моя копия уставилась прямо на меня, и я вздрогнула, увидев забытый шрам. Он отравлял мою жизнь годами. А теперь почти забыла, каким он был уродливым. Елена смотрела выше — позади меня камень, а там волк. Обернувшись, не увидела его.

— Он ушёл, — заметив потерянный взгляд, пояснил Девон. Мужчина нерешительно перевёл взгляд с меня на копию, а потом медленно подошёл ко мне, осторожно обхватывая за плечи.

— Ты понимаешь, о чём я говорю?

— Но я не хочу уходить, — жалобно отвечаю ему, теряя голос. — Особенно теперь, когда увидела Вельямина, узнала, что он жив и в порядке. Как могу бросить, ведь я люблю его!

Руки Девона безвольно скользят вниз и он опускает взгляд.

— Тогда позволь доделать работу. Мы не можем остановиться сейчас, после всего, что уже сделали. Это кощунство. И бесчестно по отношению к тем, кто погиб от нашей руки, — в его глазах загорелась обречённая решительность. — Демон — это не навсегда. Это парное состояние королевских драконов, сродни тому, что мы уже делаем. Закончим с ожерельем, откроем портал в иное измерение — и я уйду.