Даша Пар – Амброзия (страница 19)
Он неотрывно следил за мной до момента, как опустилась на скрипящий стул напротив. Скрестив руки на столе, смотрит так, с интересом. Разглядывает, улыбается.
— Здравствуй, Елена, — говорит с теплотой. — Рад тебя видеть.
В моём наушнике раздался голос Шефа:
— Иди по протоколу. Следуй инструкции.
Прочистив горло, раскрыла папку дознавательницы со списком вопросов.
— Назовите себя. Свой вид, положение, откуда родом, — начала говорить деловым тоном, пытаясь выглядеть невозмутимо.
На его губах промелькнула очередная улыбка.
— Ты позвала меня тогда.
Он откидывается на спинку и цепь тянется за ним, порождая неприятный лязгающий звук.
— Отвечайте на вопросы, — я постучала пальцем по листу в папке. — Ваше происхождение?
— Я тебе снился? Ты помнишь наш сон?
Вздрогнув, непроизвольно посмотрела в сторону зеркала.
— Не понимаю, о чём вы говорите. Хочу предупредить, что, если вы не будете отвечать на вопросы, допрос продолжится в ином месте.
— Ты боишься этого? Что они все умрут? Неизбежность будущего. Ты уже теряла прежде. Каково это знать, что не можешь повлиять на предстоящее?
Я рассматриваю пальцы, непроизвольно кривящиеся в злой судороге. Каждый пальчик искривлён по-своему. Резко подавшись вперёд, выплёвываю вопрос:
— Кто ты, мать твою, такой?!
Он медленно наклоняется ко мне, вынуждая податься назад, и говорит:
— А если так? — внешность как мягкий пластилин течёт, черты теряются и собираются вновь.
Теперь передо мной сидел молодой мужчина. Немного восточная внешность, яркие, почти рыжие глаза, волосы чёрные и короткие, слегка вьющиеся, среди них мелькает рыжина, как противовес холодным лампам допросной комнаты. У него густые брови и мягкие черты лица. Он выглядит сам себе на уме. Сама внешность говорит — этот человек что-то замышляет.
Потрясённая, отодвигаюсь как можно дальше, неверяще разглядывая новую личину этого существа.
— Мы похожи, разве нет? — спрашивает он, наслаждаясь моей реакцией.
В ухо влетают слова Шефа, но словно оглохла, не слышу. А после и вовсе вытаскиваю назойливый прибор и откладываю в сторону.
— Кто ты такой? — спрашиваю, наконец, придя в себя.
— Это секрет. Семейная тайна. Папа не рассказывал тебе обо мне? А дядя сам не знал кто ты. Однако, как интересно всё сложилось. Он сделал всё, чтобы не допустить этого, но вот мы здесь, — подумав, он протянул руку. — Возьми меня за руку, и ты всё поймёшь.
Цепь ограничила его движения, так что он остался далеко от меня. Но раскрытая ладонь, мягкость в глазах, какая-то надежда и смутное чувство: «Я знаю его!» и я как сомнамбула потянулась к нему, осторожно касаясь подушечками пальцев его пястья. Крошечный динамик почти взорвался криками, но всё утонуло в воде.
Я слышу биение собственного сердца. Оно бьётся и звучит так высоко, словно сотни водопадов рушатся с небес, разбивая на осколки камни. Кровь закипает, дыхание прекращается, остаётся только высокая нота, звучащая в нас как боль новорождённого. И это пробуждает крик. Я пытаюсь вырваться, но он резко перехватывает за запястье, удерживая на месте и тянет на себя, чтобы мы столкнулись взглядами, чтобы нырнули друг другу в души.
— Ты помнишь меня? — голос звучит на ином языке, незнакомом, но звучавшим будто это родной.
И я вспоминаю его. Вспоминаю чистоту ярости и страха, ненависти и такого тоскливого, зовущего одиночества, разбивающегося о его ответный зов.
— Ты был со мной, когда я стала волком, — выдавливаю слова, наклонившись, почти касаясь подбородком поверхности стола. — Это ты вёл меня!
— Вернул твою человечность, — шепчет он, — спас твою жизнь и разум. Ты была со мной, а потом…
Воспоминания рухнули со звоном и я уже отчаянно вырываюсь из его хватки, а после и вовсе отскакиваю в сторону. Там, на поляне, произошло что-то окончательное. И это разъединило нас.
В этот момент дверь в комнату распахивается и на пороге появляется охранник, наставивший пистолет на Девона. Дальнейшее случилось в один миг. Девон взмахнул рукой и оружие выпало из рук мужчины, словно выбили невидимой волной. Она же ударила его в грудь и он вылетел в коридор, как кегли сбивая сослуживцев. Дверь захлопнулась, и я почувствовала, как что-то удерживает её, вытягиваясь из тела мужчины.
Одним движением Девон сбросил наручники, слегка потерев запястья, выходя из-за стола. Он смотрит с надеждой и участием.
— Ты вспомнила, Елена? Мы не чужие — ты моя семья. Пойдём со мной домой. В мир волков. Там нас ждут невероятные дела. Без тебя ничего не получится! Пошли?
Он протянул руку, а я отступила. И ещё, и ещё, пока не прислонилась к стенке, готовясь отразить атаку. Девон постоял с секунду, почти с болью рассматривая моё отступление.
— Я не хочу, чтобы ты считала меня врагом, — заявил он. — Помнишь своё сновидение? Тебе нужно понять, что оно означает. И тогда поговорим. Просто позови по имени и я приснюсь тебе, — он широко улыбнулся.
Звук обрушился со стороны — от выстрела разбилось на осколки зеркало, но пуля даже не задела Девона, как и последующие — из ниоткуда возникла рябь по поверхности и через миг мужчина исчез, будто его и не было.
— Елена? Елена, ты в порядке?!
Меня тормошат как куклу — из стороны в сторону. Голова разболелась, не сразу сфокусировалась на перепуганном Шефе. Джон повторяет вопрос и добившись положительного ответа, светлеет лицом.
— Джон, кто он такой? — спрашиваю едва слышно. — Как он может делать все эти вещи? Волки на такое не способны…
В комнате резко стало тесно — весь отряд влез, какие-то люди засновали вокруг. Кто-то протянул стакан воды и я осушила его залпом, пока Шеф собирался с ответом.
— Ни в одном архиве организации нет ни единой записи о существе с подобными способностями, — вместо Шефа ответил Владимир. — Мы не знаем, кто он.
И по его глазам поняла, что в чём-то подозревает меня. Заметив, что смотрю на него, скривился и отошёл в сторону с притворным любопытством изучая разбитую поверхность зеркала, прикидывая траектории пуль. Не все они в итоге оказались в противоположной стене.
Шеф положил руку на плечо и медленно повёл из комнаты, в молчании давая собраться с мыслями.
— Девон был со мной, когда я полностью превратилась в волчицу. Он считает меня своей семьёй. Я… думаю, что мы и правда родственники. Как отец или дядя. Но кто он? — заговорила тихо, проговаривая собственные мысли. — Есть только один способ узнать.
— Какой? — в голове Шефа мелькнула непонятная эмоция, но в глазах ничего не отразилось.
— Мне надо вернуться домой.
Глава 9. Что-то прячется в темноте
Глава 9. Что-то прячется в темноте
Не вытравить, не вырвать
Тоску по дому своему…
Где свет играет с тьмою в прятки,
Где волки воют на луну.
Там моё место. Там родина моя!
И к ней стремиться буду я всегда.
По заснеженной пустыне движется небольшой отряд из трёх человек. Идут клином, как птицы, легко ступая по целине, передвигаясь на снегоступах. Впереди с правой стороны на возвышенности возле обрыва виднеется крепостной замок, к которому и движется группа людей.
Их лидер затормозил, снял солнцезащитные очки, оттянул к низу воротник горнолыжного костюма. Она дышит легко, как будто и не прошла сорок километров, почти не отдыхая. Только перевела дыхание, вглядываясь в величественное сооружение до которого осталось всего километров пять. Остановившийся рядом Олег негромко сказал:
— Никогда не видел таких замков. Выглядит внушительно.
— Настоящая крепость, — добавил Берт. — Но вряд ли нам подадут капучино на завтрак и сделают фото на память, — он стянул перчатку, уставившись на часы.
— Бесполезно, в этом мире время течёт иначе, — я опустила очки обратно вниз. — Поехали, надо успеть до заката, иначе ночевать будет у ворот, а вы уже знаете, как здесь опасно ночью.
— Я этих птичек до конца своих дней буду вспоминать! — со злостью пробурчал Олег, следуя моему примеру.
Прошлой ночью, остановившись на ночлег возле расщелины, мы подверглись нападению странных метровых птиц. Чёрное оперение, клюв полный вытянутых клыков и мерзкий характер — они напали сразу же, как мы собрались спать — первым дежурил Олег, так что пока мы с Бертом выбирались из спальников, ему досталось больше всего. Птиц удалось отвадить, но они ещё долго наблюдали за нами, пока мы не убрались восвояси. Вероятно, поблизости были их гнёзда.
Когда мы совсем приблизились к замку, от открытых ворот отделилась небольшая группа всадников, направившихся прямиком к нам. Солнце слепило глаза, не разглядеть, кто именно двигался в нашу сторону, поэтому, на всякий случай, приготовились обороняться.
Вскоре перед нами затормозили стражники, а во главе оказалась Хельга. Девушка сильно изменилась за прошедшие годы. Выглядит взрослее, волосы отросли, теперь она заплетает их в крутую косу, небрежно перекинутую через плечо. Остановившись, спрашивает на родном языке:
— Кто вы? Что делаете здесь?