Даша Пахтусова – Можно всё (страница 45)

Меня в ту ночь ждала очередная вечеринка. Наши знакомые праздновали день рождения, и вместе мы танцевали как безумцы всю ночь, а потом до самого утра болтали, развалившись на ступеньках. После той ночи все узнали, что в этом отеле живет одна русская девочка. Единственная, как обычно. Зачастую с «белым русским» в руке.

Жизнь в хостеле – это другая жизнь. Я вообще удивлена, что «Локи» носит название хостела, ведь это полноценный отель. Гигантское здание, одна стена которого сделана из стекла и выходит на большую площадь. Оттого с верхнего этажа «Локи» видно весь Ла-Пас до самой горы Иллимани, которой так гордится город. На седьмом этаже здания под треугольной крышей расположился бар. Здесь что-то да происходит с утра до ночи. Сюда приходят за кофе и завтраком, здесь же играют в покер и бильярд, здесь же напиваются до чертиков и танцуют на барной стойке. По сути, это бар на дому! Мечта идиота! Если я хочу потусить в Балашихе, надо ехать два часа в одну сторону, а чтобы вернуться домой – либо сидеть до семи утра на остановке в Перово и ждать маршрутку, либо, как Золушке, бежать домой до полуночи. Поэтому возможность пройти два этажа вниз из бара и оказаться в своей постели была для меня утопией. Только люди, живущие в Московской области, могут оценить, как прекрасно иметь бар на крыше дома. Каждый вечер здесь тематический: супергерои, джунгли, бирпонг, караоке, интеллектуальные игры и так далее. В первый наш день был вечер супергероев. Бармены притащили огромные коробки с костюмами совершенно бесплатно! Ты можешь быть кем пожелаешь! Главное – вовремя отхватить хороший костюм. В первую же ночь я сорвала голос.

«Локи» забрал нас и не отпускал несколько дней подряд. Мы вообще не видели смысла выходить из хостела: здесь всегда куча красивых и веселых людей, еда – здесь, интернет – здесь, поваляться – здесь, выпить – здесь, танцевать – здесь. Но самое главное зло – это система оплаты. При заселении на тебя надевают браслетик со штрихкодом, и платишь ты с его помощью. Протягиваешь руку, ее запикивают, как товар в магазине, и пожалуйста. А отдавать наличные надо при выезде. При такой системе очень легко не заметить, сколько денег ты потратил. Через три дня я узнала сумму, и у меня глаза на лоб полезли. Я поняла, что, если хочу продолжить жить в вечной вечеринке, есть только один способ это сделать.

Я стала работать в «Локи». Нужно было отработать минимум две недели. По четыре дня в неделю по семь часов, разные смены. Один обед на выбор бесплатно, на остальное скидка 40 %, включая алкоголь. Ну и жилье, конечно, было бесплатным.

Хилл тоже решил поработать. Наши отношения с ним накалялись. Он несколько раз пытался меня поцеловать, но, получив отказ, видимо, не хотел сдаваться. В отличие от Чарли, который забил после первого отказа, Хилл, похоже, действительно влюбился, и мне стало не по себе от идеи работать вместе. Думаю, все началось с совместного домашнего просмотра «Джанго». Он тоже оказался фанатом Тарантино, мы сыпали друг на друга фактами о фильме, актерах и саундтреках.

– Вот он, мой любимый момент! Ты знаешь, что Ди Каприо разбил руку случайно? А это, кстати, лошадь самого актера! Смотри на шляпу, и… следующий кадр – она висит по-другому!

Нам было безумно весело вместе, но, к счастью или сожалению, я питала к нему только дружеские чувства.

Уже на следующий день мы стали работать в баре. Нас сразу переселили в общагу для персонала, где царили полный хаос и беспредел; так у нас появился новый сосед – австралиец Джейкоб. Джейк был тем еще красавчиком – накачанный донельзя, тоже голубоглазый блондин. Чертовски похож манерой поведения, чертами лица и чувством юмора на моего приятеля из Москвы, поэтому я сразу полюбила его как брата.

В первый рабочий день в баре проходил конкурс «Blood bomb». Это коктейль, представляющий собой стакан Red Bull’а и рюмку водки с капелькой гренадина внутри. На большой школьной доске написаны названия родных стран присутствующих. За каждую выпитую «бомбу» бармены ставят палочку напротив страны выпивающего. Таким образом, к утру видно, какая страна выпила больше всех бомби, значит, победила. Конкурс проходит под провокационным лозунгом «Do it for your country!».

Чарли предупредил меня об этом конкурсе еще в автобусе. Пить залпом водку с «Ред Буллом» – это действительно бомба. Бомба смерти! Выживают немногие. Бар-менеджер Стив написал «Russia» чисто для меня, потому что никакой русский сюда обычно не доезжает. Довольно скоро я поняла, что мне в эту игру играть запрещено. Потому что с утра весь персонал, стирая доску, будет знать, сколько вчера выбухала именно я. Во время смены здесь все пьют. Главное правило – не надираться и самостоятельно рассчитывать свою дозировку. После работы в «Саксоне и Пароле», где когда одна управляющая угостила меня бокалом вина, а вторая, просмотрев камеры на следующий день, выписала мне штраф за распитие алкоголя на работе, я одурела от новых законов, вернее, от их отсутствия.

Кровавая бомба проверила нас на прочность уже в первую ночь. Я догадалась уйти в номер раньше, чем разучусь ходить. Зарывшись под одеяло, я смаковала свободное время после смены и болтала с Джейком, пока мой друг Хилл защищал честь своей страны, как мог! Он приперся пьяный в стельку и уже через пять минут сливал все свои кровавые бомбы в унитаз, а через десять отключился, и мы с Джейком продолжили болтать о планах на жизнь.

Я собиралась отправиться отсюда в джунгли по волонтерской программе. Наверное, это единственное место в мире, где можно каждое утро выгуливать пантеру. В джунглях Боливии было несколько организаций, занимающихся дикими животными. На их попечение попадали раненые звери, осиротевшие детеныши и животные, которых браконьеры пытались продать на рынке. Нюанс был в том, что желающих пожить с дикими кошками очень много, организации этим пользуются и за такую волонтерскую работу просят оплату в тысячу долларов в месяц. Месяц был минимальным сроком пребывания, чтобы животным не приходилось снова и снова привыкать к новому человеку.

– Я тоже собирался поработать в джунглях с дикими животными. Но, съездив туда, понял, что не выдержу там месяц, с их влажностью, пауками и москитами. Весь день ходишь липкий. Света нет. Питаешься похлебками и орехами. К тому же, поработав в баре пару дней, я понял, что с дикими животными можно взаимодействовать и здесь.

Я засыпала, задумавшись над его словами. Может, весь мир и есть зоопарк.

Глава 12

Welcome to the jungle!

Заметка в дневнике:

18 марта 2014

Что такое «Локи Хостел»? Ты просыпаешься, в пижаме поднимаешься на верхний этаж с лучшим видом на город за своим честно заслуженным кофе, а там два решающих матча, играют любимые рок-песни и сотня людей аплодирует и ликует! Мне не нужно искать вечеринку, я в ней живу. Она находит меня сама каждый день! Сегодня очередная ночная смена. Мой шкаф – настоящая гримерка сбежавшего театра. И вся в моем распоряжении. Думаю, сегодня я буду обслуживать народ в костюме зебры! Люблю каждую свою работу и жизнь в особенности! А знаете почему? Да потому что она действительно моя, я выбираю ее каждый день! И пока у меня есть выбор, я ни дня не проживу не так, как хотела!

Мой голос вернулся ко мне вскоре, как раз когда у нас наступила ночь караоке. Я полазила в нашем стафф-шкафу и нашла костюм Зеленой феи. В этот день у Антона был день рождения. Я поставила в его честь «Pink Floyd» и спела «Fever» Элвиса Пресли.

– You can’t sing this song, Dash. Иначе мы влюбимся в тебя, – заявил мне Том. Том был вечерним заводилой, организатором вечеринок, человеком с микрофоном и тем еще пьяницей. В первый же день он пьяным заявил мне в курилке, что он гей и девушки его не интересуют. Я была очень удивлена. Том был налысо бритый, с посаженным голосом, уймой дурацких татуировок и довольно похабными манерами.

– Так что, крошка, на сколько ты здесь планируешь остаться?

– Две недели, не больше.

– Две недели?! Ха! Никто не уезжает из «Локи» через две недели! Ты, кажется, еще не поняла, куда попала… Поговорим с тобой через полгода.

– Я не останусь тут на полгода.

– Все так говорят. И все они сейчас здесь, – он развел руками. – Тебе здесь понравится, крошка, как бы тебя тут только не съели. Держи ухо востро. Ты новое мясо. А мальчики всегда любят новое мясо.

В этот момент к нам подошла бельгийка, тоже из персонала. Том взглянул на нее с ухмылкой, затушил сигарету и молча отправился обратно в бар.

– Мэри, а Том что, правда гей?

Она засмеялась.

– Ну, если так, не знаю, почему мы трахаемся последние два месяца.

Персонал у нас был еще более дикий, чем гости. «Welcome to the jungle» – вот их девиз. Пили они жестче, танцевали больше. А когда больше не могли пить и танцевать – шли все вместе в тату-салон через дорогу и набивали себе самые идиотские татуировки на свете. Поутру некоторые из стаффа покрывались красными пятнами. Когда я в ужасе спросила:

– Что с вашей кожей?

Они ответили:

– Это аллергия на алкоголь. Обычное дело, пройдет.

Со временем я стала узнавать, что практически весь персонал бара уже переспал друг с другом. Как и предупреждал Том, меня вниманием тоже не обделили. В первую ночь ко мне клеились несколько парней, среди них, например, был Льюис, красивый накачанный бармен. Не добившись своего, уже на следующую ночь он переспал с Анной, барменшей-немкой. Мы шли на прощальный ужин одной из девочек, которая уезжала, и я почти несла пьяную Анну на себе, пока она жаловалась мне на то, что Льюис теперь с ней почти не общается. Бедная девочка. Она еще не выучила для себя правило «Не сри там, где ешь». Потом оказалось, что это не первый и даже не второй бармен, с которым она здесь переспала.