Даша Милонова – Любовь за пределом миров (страница 7)

Элара шла по тропе, стараясь не смотреть вниз, где под ногами расстилалась бездна, заполненная мягкими, как вата, облаками. Каждый её шаг отзывался странным резонансом в земле – или в том, что заменяло здесь землю. Белый камень тропы был теплым и слегка пружинил, словно под его поверхностью пульсировала жизнь. Она чувствовала, как магическая энергия Арканиса пытается проникнуть в её поры, как она ищет контакт с тем пламенем, что разгорелось в её груди во время Прыжка. Это было похоже на немой диалог: мир приветствовал её, а она пыталась понять его сложный, многогранный язык.

Каэлан шел впереди, его походка была уверенной и бесшумной. Он двигался как человек, знающий каждый выступ этой скалы, каждую ловушку, которую могла расставить природа. Но Элара замечала, что он часто оборачивается, проверяя, не отстала ли она, не нуждается ли в помощи. В этих взглядах больше не было той подозрительности, что в их первую встречу в дождливом сквере. Теперь в них читалось некое молчаливое признание. Они прошли через огонь Междумирья вместе, и это создало связь, которую невозможно было разорвать словами или расстоянием.

– Каэлан, – позвала она, и её голос в разреженном воздухе прозвучал удивительно чисто. – Ты сказал, что Совет уже знает о моем прибытии. Кто эти люди? Они… они помогут нам?

Каэлан остановился и дождался, пока она поровняется с ним. Он посмотрел на далекие шпили Этерии, которые теперь казались ближе, сверкая в свете лун, как гигантские иглы из горного хрусталя.

– Совет Этерии – это старейшие маги Арканиса, – начал он, и в его голосе проскользнули нотки скептицизма. – Они те, кто удерживает равновесие на островах. Они мудры, Элара, в этом им не откажешь. Но долгие века изоляции и борьбы за выживание сделали их жесткими. Для них мир – это шахматная доска, а мы – лишь фигуры. Твое появление для них – это и величайший дар, и огромная угроза. Они захотят использовать твою силу, чтобы навсегда закрыть бреши и изолировать Арканис от Земли. Они верят, что только так мы сможем уцелеть.

– А ты? – Элара заглянула ему в глаза, пытаясь разглядеть в них его собственную правду. – Что думаешь ты?

Каэлан на мгновение отвел взгляд. Он вспомнил свои годы службы, сотни битв с Пожирателями, лица своих товарищей, которые навсегда остались в пустоте. Он вспомнил ту безнадежность, которая охватывала его каждый раз, когда он видел, как увядает его мир, как тускнеют кристаллы и падают вниз когда-то прекрасные сады.

– Я думаю, что изоляция – это медленная смерть, – тихо произнес он. – Мы уже пробовали это. Разрыв, который произошел тысячи лет назад, не спас нас, он лишь разделил наше сердце надвое. Ты – живое доказательство того, что наши миры должны быть едины. Твоя магия не принадлежит только Арканису или только Земле. Она принадлежит самой жизни. И если мы не научимся снова плести нити вместе, Пустота поглотит нас обоих.

Элара почувствовала, как по её телу пробежала дрожь – не от холода, а от осознания масштабности того, что на неё возложено. Она вспомнила свою жизнь на Земле. Миллиарды людей, которые живут, любят, страдают, даже не подозревая о существовании этой небесной страны. Они казались ей теперь такими уязвимыми, такими хрупкими в своей невинности. И она, Элара, была единственной нитью, связывающей их с этим источником силы.

– Но я не знаю, как плести эти нити, – призналась она, и её пальцы невольно сжались в кулаки. – Там, в портале… это произошло само собой. Я просто испугалась за тебя. Я не контролировала это.

Каэлан подошел ближе. Его присутствие снова вызвало в ней тот самый резонанс – теплое, пульсирующее чувство в груди. Он взял её за руки, и на этот раз это было не для того, чтобы удержать или направить. Его прикосновение было нежным, почти ласковым.

– В этом и заключается твоя сила, Элара, – прошептал он, склоняясь к ней. – Твоя магия питается не сухими формулами, а твоим сердцем. Ткачихи никогда не были просто магами. Они были теми, кто чувствовал боль и радость всего сущего. Ты спасла меня не потому, что знала заклинание, а потому, что твоя душа отказалась меня отпустить. Это самая могущественная магия в обоих мирах. И именно её Совет боится больше всего. Потому что любовь и сострадание невозможно подчинить приказам.

Между ними снова возникло то тягучее, наэлектризованное напряжение. Лицо Каэлана было так близко, что она чувствовала его дыхание на своих губах. В свете трех лун его глаза казались бесконечными колодцами, в которых отражалась вся красота и трагедия Арканиса. Элара почувствовала, как её влечет к нему с силой, которой невозможно противостоять. Это не было просто физическое влечение; это было узнавание, возвращение к началу времен.

Она приподнялась на цыпочки, и её губы почти коснулись его. Каэлан замер, его зрачки расширились, а рука невольно переместилась на её затылок, запутываясь в волосах. Весь мир вокруг них – парящие острова, звездное небо, опасные тени – всё перестало существовать. Остался только этот миг, наполненный невысказанными словами и обещанием вечности.

Но прежде чем их губы встретились, откуда-то сверху донесся резкий, пронзительный крик крылатого существа. Каэлан мгновенно отстранился, его рука легла на рукоять клинка. Романтический момент рассыпался, сменившись суровой реальностью их положения.

– Это стражи Этерии, – быстро сказал он, всматриваясь в небо. – Они выслали патруль. Нам нужно двигаться дальше. Здесь, на открытом месте, мы – легкая мишень.

Элара кивнула, пытаясь унять колотящееся сердце и разочарование, которое захлестнуло её. Она понимала, что Каэлан прав, но в глубине души ей хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Она поправила свой плащ – тот самый, который он дал ей перед переходом – и приготовилась к новому этапу их пути.

Они двинулись выше по тропе, которая теперь становилась всё круче. Элара чувствовала, как с каждым метром подъема воздух становится всё более насыщенным магией. Её чувства были обострены до предела: она слышала шелест листьев на далеких островах, видела игру света в кристаллах скал, чувствовала каждое движение Каэлана впереди себя. Она понимала, что меняется. Процесс, начатый в портале, продолжался, перекраивая её сущность под стандарты этого нового, дивного мира.

– Каэлан, – снова обратилась она к нему спустя некоторое время. – А что будет, когда мы придем в Цитадель? Ты останешься со мной?

Он на мгновение замедлил шаг, но не обернулся. Его плечи были напряжены.

– Мой долг – доставить тебя в Совет, – ответил он, и его голос снова стал официальным и холодным. – Дальше решение за ними. Но я обещал, что не брошу тебя. И я держу свои обещания, Ткачиха. Даже если мне придется пойти против всего Арканиса.

Элара улыбнулась самой себе. Это было всё, что ей нужно было знать. Она знала, что за этой маской воина скрывается человек, который готов пожертвовать всем ради того, во что верит. И она знала, что теперь она – часть того, во что он верит.

Путь в Этерию был долгим, полным опасностей и удивительных открытий, но для Элары он стал дорогой к самой себе. С каждым шагом она всё больше осознавала свою силу и свою ответственность. Она была Ткачихой Звезд, последней надеждой двух миров. И рядом с ней шел человек, чей взгляд был для неё дороже всех сокровищ Арканиса.

Они продолжали восхождение, а над ними сияли три луны, освещая путь сквозь грани вечности. И хотя впереди их ждали битвы и интриги, Элара знала: после того, что они пережили в пустоте Междумирья, нет ничего невозможного. Любовь, вспыхнувшая на стыке миров, была сильнее магии и смерти. И это было только начало. Конец главы.

Глава 4: Цитадель над облаками

Когда последние всполохи магического перехода окончательно угасли, и зрение Элары адаптировалось к новому, пронзительно яркому спектру света, она поняла, что всё, что она видела в своих самых смелых и безумных снах, было лишь бледной, выцветшей тенью истинного величия Арканиса. Они стояли на широкой террасе, которая, казалось, была высечена из цельного куска ослепительно белого минерала, напоминающего одновременно мрамор, жемчуг и застывший лунный свет. Под ногами не было привычного бетона или асфальта; поверхность под подошвами её промокших кроссовок ощущалась живой, теплой и слегка вибрирующей, словно глубоко в недрах этого парящего острова билось огромное, древнее сердце. Воздух здесь был совершенно иным – тонким, невероятно чистым и пропитанным ароматом, который Элара никак не могла классифицировать: это была смесь свежести ледников, сладости цветущих садов, которые никогда не знали зимы, и едва уловимого металлического привкуса магии, который заставлял её кожу покрываться мурашками.

Далеко внизу, под прозрачными краями террасы, плыли облака – густые, пышные, похожие на взбитые сливки, подсвеченные снизу мягким сиянием нижних миров. Но то, что находилось выше, заставляло дыхание перехватывать, а сердце – сбиваться с ритма. Перед ней раскинулась Этерия, небесная столица Арканиса, город, который бросал вызов всем законам гравитации и человеческой логики. Огромные острова-районы парили на разных уровнях, соединенные между собой изящными мостами из полупрозрачного кристалла, по которым, словно светлячки, перемещались существа и потоки энергии. Башни города взмывали в фиолетово-синее небо, их шпили были настолько острыми, что казалось, они пронзают саму ткань пространства, вытягивая из космоса звездный свет. Каждое здание было произведением искусства, симфонией из камня и эфира, где стены изгибались подобно лепесткам экзотических цветов, а окна светились внутренним, пульсирующим пламенем.