Даша Литовская – Мой новый отчим (вне закона) (страница 33)
— Баб Нин, Вы чего так колотитесь? — добродушно спрашиваю соседку.
Бабушка божий одуванчик уставилась на меня, как баран на новые ворота.
— Вот те на! Сонечка! — женщина бесцеремонно двигает меня плечом и проходит в квартиру. Улыбаюсь, она всегда такой была, сколько я ее помню. — А я-то думала, опять эта ветрогонка пришла, скулит тут мне под стену!
— Это я скулю. — с театральным вздохом признаюсь я и прыскаю со смеху. — Баб Нин, чаю?
Та охотно кивает головой в сером вязаном платочке и проходит на кухню. Или она проходит туда еще раньше, чем я приглашаю?
Накидываю на плечи теплый вязаный кардиган и иду следом. Ставлю чайник. Женщина уже заботливо придвинула к себе поближе вазочку с печеньем и шоколадными конфетами.
— А у меня еще пирог есть. Малиновый. — с улыбкой произношу я. — Давайте по кусочку, а? — я специально ее будто бы уговариваю, хотя и знаю, что это не требуется.
— Так от чего по кусочку то? Можно и больше! Мы с тобой и так красотки, фигуру беречь не надо! Мужики они, знаешь ли, помягче любят! — на этих словах она смешно причмокнула губами.
Уныло оглядываю себя в отражении блестящего кухонного фартука.
— Ну тогда я в пролете, баб Нин. Одни кожа да кости. — развожу руками и разливаю душистый чай по маленьким чашкам.
— Ой, ну у вас ведь мода такая сейчас! Ничего, и на тебя любитель найдется!
Сажусь за стол и мешаю сахар в чашке. Баба Нина кладет уже четвертую ложку и отпивает глоток. Даже не поморщилась.
— Так что ты тут Сонечка делаешь? Я то думала, ты в институте, в столице своей! На каникулы что ль приехала?
Вздыхаю.
— Бросила я институт. Не мое это. На художественный хочу поступать. Тут, в городе.
Баба Нина одобрительно кивает.
— А я всегда говорила, что ты талантище! Развиваться надо! Какой из тебя юрист, ты ж помрешь со скуки там!
Смеюсь.
— Что правда, то правда.
Кусаем малиновый пирог и пару минут молчим, наслаждаясь вкусом.
Я люблю бабу Нину. Да и как можно не любить человека, у которого ты половину своего детства провела? Вика, убегая на гулянки, вечно сплавляла меня на соседку, как ненужный груз. А та заботилась обо мне, всегда пекла вкуснейшие плюшки. Мечтательно прикрываю глаза. До сих пор помню их вкус на языке.
— Новые соседи не сильно шумели, пока нас не было, баб Нин? — заботливо спрашиваю я женщину.
— Какие еще новые соседи? — бабушка удивленно хлопает глазами и даже жевать перестала.
— Которые в нашей квартире жили. Вика сказала, что они слишком шумные были и поэтому она попросила их съехать. Так что квартира свободна и тут теперь снова буду жить я.
— Дак а не было никаких новых соседей. — редкие брови женщины поползли вверх. Она уставилась на меня с внимательным выражением лица, требуя подробных объяснений.
— Вы, наверное, не заметили их? — неуверенно отвечаю я.
— Да как я могла не заметить? Мимо меня и мышь не проскочит! — в голосе гордость. — Говорю ж тебе, не было никаких соседей! Только эта расщеолда таскалась день да через день со своим хахалем! Мимо меня прочешут и не поздороваются даже! — женщина обижено отвернулась к окну и приняла горделивую позу, сложив руки на груди.
-Вика? — мой голос дрогнул. — Вика с хахалем сюда таскалась?
— Ну а кто же еще? Она, мордофиля! Устраивала мне тут концерты своими стонами каждый день! Я в три часа новости по первому смотрю, и они как по часам каждый день сюда являлись! Ясно уж какими непотребствами тут занимались! Стыд, да и только! Тьфу! — женщина наигранно сплюнула и продолжила жевать малиновый пирог.
Во рту пересохло. Делаю большой глоток чая.
Догадки лезут в голову одна за одной. Неужели, пока Артем был занят делами и работой в офисе, она вместо шоппинга и подружек, кувыркалась за его спиной с другим мужчиной?
Ладони холодеют, а в голове будто складывается пазл.
Глава 51. Соня
Смотрю на престарелую соседку в упор и пытаюсь переварить услышанное. Можно ли доверять ее словам? Она всегда недолюбливала Вику, но наговаривать на нее… Нет. Баба Нина не стала бы.
— А как выглядел этот мужчина? — осторожно интересуюсь я, откладывая пирог на тарелку. Аппетит уже пропал. От волнения желудок, кажется, перевернулся вверх дном изнутри.
— Да обычный мужик, чего уж там. — махнула рукой. — Хиленький, щупленький. Ничего особенного. — безразлично жмет плечами.
Не похоже на Артёма.
— Брюнет?
— Да неее, белобрысый!
Это не Артем. Вика приходила сюда с другим мужчиной. Волнение нарастает с каждой минутой все больше.
Как она могла!? Злость на девушку заставляет меня стиснуть зубы. Господи! С ней рядом такой мужчина, а она ему изменяет!? Немедленно захотелось подскочить с места и пойти рассказать все ему.
В голову пришла еще одна догадка. Конечно, ее измены не гарантируют того, что отец ребенка не Артем, но все же вероятность есть…
Задумчиво смотрю на бабу Нину, пока та что-то ворчливо рассказывает про неурожай на даче в этом году, и про соседа Петра Сергеевича, который еще ого-го и который строит ей глазки каждый раз, стоит ей выйти за хлебом.
Вежливо улыбаюсь и киваю головой в такт ее словам.
Но мои мысли уже очень далеко.
В голове крутится один единственный вопрос: что же делать дальше? Пойти к Артему? Все ему рассказать?
Нет, я точно не могу пустить это на самотек. Артем просто не заслужил измен. Не заслужил предательства. Я должна что-то сделать! Я должна вывести Вику на чистую воду и узнать, что происходит на самом деле.
Полная решимости резко подскочила со стула. Тот с грохотом упал на пол.
Баба Нина замолчала на полуслове и, икнув от испуга, ошарашенно уставилась на меня.
— Ты чего? Будто, бес вселился. — тихо произнесла она.
— Баба Нина! — воодушевленно вскрикнула я. — Вы мне очень помогли! Правда! Но мне пора!
— Куда ж на ночь то глядя!?
— Дела есть, неотложные! — вижу, как соседка с удвоенной силой принимается дожевывать пирог. Быстро достаю контейнер из шкафа.
— Я Вам с собой весь пирог положу, баба Нина! — женщина удовлетворенно кивает и встает со стула.
— Ой, Сонька, взбалмошная ты! Так душевно сидели!
— Успеем еще посидеть, обещаю! — чмокаю соседку в щеку на прощание и выпроваживаю из квартиры, а сама бегу одеваться.
Натянув на себя первое, что попалось под руку, потертые джинсы и свитер, спешу на улицу.
Пустынный двор горит тусклыми фонарями. Поежилась и поплотнее закуталась в куртку. Поспешила на автобусную остановку.
Сорок минут спустя я уже стояла возле огромных железных ворот большого каменного дома. Сердце болезненно кольнуло воспоминаниями.
Я должна поговорить с Викой. Начистоту. Я должна все выяснить. Плевать, если она все поймет про меня и Артема. Я не позволю ей обманывать этого мужчину, если беременна она от другого.
Делаю глубокий вдох. Я не хочу заходить внутрь. Уверена, непременно столкнусь с ним лоб в лоб. К этому я не готова. Сначала разговор с Викой, потом решу, что делать дальше.
Достаю мобильник. Одиннадцать часов вечера. Господи, что я делаю? Мандраж гуляет по телу. Тысяча сомнений старательно уговаривают меня не набирать ее номер. Но я продолжаю упорно листать записную книжку.
На плечо неожиданно ложится сильная тяжелая ладонь. Палец замер над светящимся экраном смартфона. От неожиданности я вскрикнула и тут же замолчала, будто окаменев. Слышу прямо над затылком чье-то дыхание.
Медленно оборачиваюсь.