Даша Литовская – Клянусь тебя ненавидеть (страница 18)

- Я клянусь, нет у нас ничего. Фархат, он просто…

- Нет. – выдавил лежащий на земле мужчина, и, кажется, потерял создание.

Я замолчала. В ту же секунду. Даже под страхом смерти Фархат заставляет меня хранить мою тайну. Зачем?! Из-за чего он так отчаянно – самоотвержен?! 

Еще пару минут назад он в открытую мне заявил, что хочет получить что-то в обмен на бесценную помощь. Еще пару минут назад, я ясно дала понять, что, между нами, никогда ничего не будет.

Голову будто окатили ледяной водой. Мозг начинает лихорадочно соображать. Что-то не вяжется. Не складывается в одну, общую, цельную картинку перед глазами. Я перестала верить в благородство Фархата. Что-то внутри подсказывало, что за его спиной кроются другие мотивы. До них я должна докопаться, чего бы мне это не стоило.

Это не единственное, что удержало от правды. Рассказав о сыне, придется сказать, что Фархат помогал. Узнав о том, что верный друг скрывал от него всю правду - Дамир спустит с него три шкуры. И то, что он сделал сейчас, покажется просто никчемным, по сравнению с теми картинами, что витают в моей голове.

- Вызови, пожалуйста скорую. – прошептала я, боясь отвести взгляд от, не подающего признаки жизни, тела. Не выдерживаю, и бросаюсь к Фархату, сажусь на колени, беру его голову в свои руки. Лицо превратилось в кровавое месиво. Щупаю пульс. Есть.

- Он жив. – жутким тоном произносит Дамир. – Просто отключился от болевого шока. Я вполне себя контролирую и знал, куда бью.

Сейчас он просто безучастно наблюдает, как я пытаюсь привести друга в чувства.

- Я тебе всё расскажу. – пытаюсь пробить нерушимую бронь бывшего мужа взглядом. – Расскажу, обещаю. Если оставишь его в живых.

Дамир думает. Переводит взгляд с меня на Фархата. Потом обратно. Медленно, не спеша. Будто на кону не стоит человеческая судьба.

- Пожалуйста. – роняю последнее слово и поднимаюсь с земли.

Мы смотрим друг другу в глаза не меньше минуты. Весь мир расплылся, потерял фокус. В сознании, в разуме и в рассудке осталось только одно лицо. Лицо бывшего мужа. Красивое, мужественное, знакомое и родное. Но будто бездушное.

- Хорошо. – достает из кармана дорогих строгих брюк телефон. – Через пять минут его заберут.

Я чувствую, как огромный груз напряжения свалился с души. Позволяю себе облегченно вздохнуть.

- Садись в машину.

Мешкаю, вновь уцепляясь взглядом за избитого друга.

- Давай дождемся, пока его увезут. Прошу.

- Садись в машину. – уже резче повторяет Дамир, и не дожидаясь меня, следует в автомобиль.

Не остаётся ничего, кроме как идти следом.

Я забираюсь на переднее сиденье рядом с водительским и бросаю осторожный взгляд на мужчину. Он напряжен. Вцепился руками в руль, но авто заводить не торопится. Смотрит прямо перед собой в темноту ночной трассы.

- Говори.

Делаю вдох.

- Прямо здесь? Сейчас? Давай доедем до дома? – мне не требуется ни в особняк, ни в какое-либо другое место. Просто даю себе время что-то придумать.

- Мы не поедем домой. – Дамир резко поворачивает голову и прожигает меня огненным взглядом. В его бледной синеве глаз из-под черных ресниц сейчас кипят миллионы эмоций. Всегда холодные и расчётливые, сейчас они будто вобрали в себя все чувства мира. И главное из них – боль.

Я как завороженная наблюдаю за ним. Я видела ярость и злость в этой бездонной глубине его взгляда. Страсть, похоть, когда-то даже любовь. Но боль – нет.

- Я не спала с ним. – говорю так тихо, что сама еле слышу слова. – Но… Ты и Райхан… - первое, что приходит на ум тут же срывается с губ. – Мне ведь больно от этого, знаешь? А Фархат… Он меня поддерживал. Всегда. Другом был. И понимал, как ты меня обижаешь…

- Обижаю? – тянет в ответ Дамир. Будто пробует это слово на вкус. На его губах замирает ухмылка.

- Да. – уже четче вторю я ему в тон. – Обижаешь. Райхан твоего ребенка под сердцем носит. А ты, непонятно зачем, мне голову морочишь своими нелепыми сделками.

- Так Фархат не мог поддержать тебя в доме? Вам обязательно было нужно приехать сюда? – он насмехается. Я это чувствую. Не верит ни единому слову.

Решаюсь на отчаянный шаг, сама отвергая то, что готова произнести.

- Я хотела тебе отомстить. Переспать с ним. Хотела, чтобы мне больше не было так больно. Но он ничего не знал. Я просто уговорила его вывезти меня сегодня из дома. Мне плохо в этой каменной клетке. Я сказала, что хочу хоть на час подышать свежим воздухом. Как ты можешь меня хоть в чем-то упрекать, пока сам без зрения совести спишь с другой женщиной?!

- Чтоб ты знала! – прошипел Дамир и наклонился ко мне слишком близко. – С тех пор, как я снова увидел тебя, ко мне не притронулась ни одна баба.

Он со злостью запустил руку мне в волосы и оттянул их на затылке, заставляя выдержать этот взгляд.

- Но я тебе покажу, что значит по-настоящему больно.

Резко отпускает меня и тут же заводит авто. Я сглатываю вязкую слюну, прилипаю взглядом к окну.

Мы трогаемся с места прежде, чем я замечаю еще одну большую тонированную машину. Она тормозит. Двери открываются и оттуда выходят ребята. Церберы бывшего мужа.

Они тут же направляются к обездвиженному телу Фархата. За минуту грузят его в машину и уезжают. А мне остается только надеяться, что Дамир поверил в тот бред, что я несла. И что Фархату не позволят потерять самое ценное - жизнь.

Глава 15

- Ночной клуб? Серьезно, Дамир? – я оборачиваюсь и осуждающе смотрю на него. Но в ответ получаю лишь каменную стену из непроницаемого лица и молчания.

Мужчина не грубо, но довольно настойчиво проталкивает меня ко входу, положив большую ладонь на спину. Даже сквозь плотную ткань черного трикотажного свитера, кожу печет от его руки.

Бросаю скептический взгляд на свои ноги в кроссовках и джинсах. А затем поднимаю его на неоновую светящуюся вывеску «Shame».*

Даже представить страшно, что ждет меня в клубе с таким названием. Наверняка масса полуголых девиц, и пускающих слюни мужчин. Я, в своей неприметной одежде, точно буду самой приметной.

Где-то на краю мыслей проносится, что возможно, у Дамира в этом клубе неотложное, важное дело. Иначе зачем бы он потащил меня в это место после всего, что случилось?

Но всё оказалось совсем по-другому…

Массивные парни – охранники вежливо поздоровались, и, сделав вид, что я подхожу по дресс-коду, пропустили нас внутрь. Дресс-код здесь оказался самым простым: чем меньше одежды – тем лучше.

Маленький душный зал переполнен толпой, львиную долю из которой составляли внушительные формы, облаченные в бикини - шнурки.

Но мы обошли территорию и поднялись в пристройку на втором этаже. Металлическая стильная лестница привела к четко зонированному помещению, состоящему из своеобразных шатров. Внутри стояли мягкие кресла с диванами и небольшие столики для напитков. А над головой и по бокам тебя надежно укрывала воздушная ткань шифона, пропускающая розовый неоновый свет, но не позволяющая проникнуть внутрь любопытному взгляду.

- Что мы здесь делаем? – не теряла надежды утолить любопытство. Мне уже хотелось уйти, поэтому нужно было как можно скорее выяснить планы этого странного вечера.

- Отдыхаем. – надменно отозвался Дамир и взглядом пригвоздил меня к полу.

Пришлось сесть на диван напротив него. Неспешная эротичная музыка приказывала расслабиться, но мне было не до этого. Всего через пару мгновений перед нами поставили два напитка – бокал с пузыристым шампанским и тяжелый стакан янтарного виски.

Полуголая официантка выпорхнула из шатра так же быстро, как появилась. В любой другой ситуации я бы и взглядом не удостоила ее крепкие загорелые ягодицы. Предназначенная для прикрытия юбка заканчивалась где-то там, на спине. Но сейчас Дамир так пристально прожигал меня взглядом, что я истошно искала спасение в любом движущемся объекте.

- Посмотри на меня. – его голос вновь стал мелодичным и требовательным. Злость, которая там роилась еще менее часа назад, испарилась.

Я не хотела смотреть на него. Не хотела сидеть на удобном диване. Слушать мелодичную музыку. Разглядывать переполненный модным веянием интерьер.

Я хотела знать, что Фархат жив. Потому что жить, зная, что по твоей вине погиб человек – это страшно. И даже тот бродяга, что пытался меня изнасиловать в затхлой подворотне на окраине города, до сих пор снится мне в страшных снах.

Нет ни одного человека на этой планете, что был бы наделен правом лишать жизни другого. Это наше самое главное отличие от зверей.

- Элина. – припечатал Дамир стальным тоном, и мне все-таки пришлось поднять взгляд.

Сначала я скользнула глазами по его черным брюкам. Немного застыла на, обтянутом тканью темного поло, прессе. Рукава были задраны до локтя. Поэтому, впервые за долгое время, мне удалось лучше разглядеть темно-синие рисунки татуировок. «Да» - в который раз убедилась я. – «Помню их наизусть».

И наконец, взгляд коснулся его лица. Обманчивого. Слишком спокойного для сложившейся ситуации. И уставшего.

Всегда собранный, и прекрасно выглядящий, одержимо заботящийся о внешнем виде Дамир, сейчас напоминал лишь свою блеклую копию.

На скулах щетина. Под глазами темные мешковатые очертания. Взгляд потускнел. Покрылся непроницаемой пленкой безразличия к внешнему миру.

Мужчина резко сжал в пальцах стакан и осушил его одним махом, чуть-чуть запрокинув голову.