Даша Коэн – Пора взрослеть, девочка (страница 15)
— Если я в течении пары часов ее не получу, то можешь сушить весла! — предупреждающе процедила я, дрожа от ярости, обиды и разочарования к самой себе. Хотя, чего это? Ведь именно Хан был виноват в том, что сейчас происходило в моей жизни. Вот пусть и разгребает!
Не сдала, да, черт побери!
Но ведь и не сдалась, а снизошла!
— Где ты?
— В институте.
— Буду через пятнадцать минут, — на заднем фоне я услышала, как Хан снял с сигнализации свою тачку. Этот персонаж сразу знал, что я пришла с протянутой рукой и не терял времени даром.
Ай, как же бесит!
Ну ничего, я еще оторвусь. Обещаю!— Время пошло… — прошипела я змеей и повесила трубку.
Глава 9
Сестра
Даша
Я металась по коридору между аудиториями, словно загнанный зверь, у которого на уме было только одно — выследить своего обидчика, а потом со всей дури вонзить зубы ему в шею. Никогда! Слышите? Никогда в жизни у меня не было еще такой жажды человеческой крови, как после встречи с этим самовлюбленным проходимцем Максом Ханом.
Кстати, а где он?
Четырнадцать минут уже были и прошли. И если Хан не появится сейчас же, то ему придется раньше времени бронировать для себя место на кладбище.
А-а-а!
И вот начался обратный отсчет. Часики тикали неумолимо, пока вплотную не подобрались к той отметке, когда будет уже слишком поздно что-либо менять, ибо из аудитории Козы вышли почти все студенты, что добрались до последней пересдачи.
Остался только один, а потом эта проклятая женщина просто встанет и уйдет, до самой осени закрывая для меня возможность сдать чертову историю. Но я бьюсь об заклад, она и тогда найдет способ, чтобы сполна напиться моей крови.
А потому, Хан, черт тебя дери, где же ты?
Пятнадцать минут истекло. Последний студент покинул аудиторию Казариной, весело обмахиваясь зачеткой, в которой красовался вожделенный тройбан. А я так и осталась растерянно стоять посреди коридора, непонимающе хлопая глазами.
Какого художника вообще?
Но только я уж было собралась звонить отцу, чтобы согласиться на его гениальное предложение нанять киллера для Людоедовной, как по лестнице вдруг послышались торопливые шаги. А всего через пару секунд я напоролась взглядом на наглые и наполненные торжеством победителя глаза Хана.
В этот момент я ненавидела его как никогда! Тогда как сам он продолжал подливать керосин в пылающий пожар моей к нему неприязни. Просто шок-контент какой-то! Как можно быть таким привлекательным внешне и таким отталкивающим внутри?
— Дашенька! — пропел парень елейно и подвалил ко мне, едва сдерживая ликующую улыбку, заправив руки в карманы джинсов и облизываясь, словно котяра, вышедший на охоту.
— В жопу иди со своими любезностями, — оскалилась я.
— Хорош рычать, я приехал вовремя, но охранники никак не хотели пускать меня к тебе. Пришлось договариваться.
— Балабол! — выплюнула я с максимальным ядом, а через секунду задохнулась, так как Макс неожиданно быстро, почти молниеносно приблизился ко мне и обнял, прижимая к груди и нежно поглаживая по голове.
— Не дергайся, — не очень-то дружелюбно скомандовал он, стоило мне только попытаться выпутаться из этой максимально неприятной для меня хватки.
— Еще чего!
— Ты пятерку хочешь или нет?
— Хочу, но…
— Вот и я тебя хочу, Даша, — хриплым, наполненным урчанием шепотом неожиданно прошептал мне прямо в губы Хан так, что я в моменте растеряла весь пыл и совершенно выпала из обоймы.
Какого черта он творит? Мы здесь вообще зачем собрались, на минуточку?
И почему у меня от его бессовестных, лишенных смысла слов, вдруг за ребрами вспыхнул сноп искр, осев в низ живота ощутимым жаром? Что еще за глупые фокусы? Эй, тело, а ну-ка, соберись!
— Не смей со мной так разговаривать! Я тебе не какая-нибудь там…
— Кто?
— Ну эта…
— Не понимаю, о чем ты, Дашенька!
— Я тебе не Коза! Так что делай мне быстро пятерку, веди на свое чёрствое свидание и расходимся! — настоящей коброй шипела я ему прямо в лицо, не замечая, что он все это время буквально пожирал меня взглядом и наглаживал по голове, то и дело заправляя выбившиеся прядки за ухо.
— Все сказала? — его большой палец мазанул по моей нижней губе, чуть оттянул ее вниз. Хан немного прикрыл глаза и медленно сглотнул, смотря на меня из-под опущенных ресниц, но все также пристально и пробирающе.
— Нет…
— Я очень этому рад, но пока помолчи, а иначе тебе не видать своей вожделенной пятерки, а мне не видать вожделенной тебя.
— Губу закатай!
— Цыц!
И снова уткнул меня лицом в свою грудь, заставляя возмущенно сопеть, но в то же время вдыхать просто невообразимо приятный мужской запах. Специально надухарился, собака сутулая! А мне теперь стой и мучайся.
Ох, ну как же вкусно все-таки, а…
Темный шоколад, кофе, немного карамели и как будто капелька рома, сладкой вишенкой завершая аромат, которым словно в кокон насильно завернул меня Хан. Я сглотнула и тихо выдохнула, прикрывая веки.
Чума, не иначе!
— Даша, руки!
— Ась?
— Обнимать меня сейчас не нужно. Просто стой и жди!
— Да я…
— Молча!
Вот же хтонь серогорбая! Раскомандовался он тут…
Ну, ничего, я еще с ним поквитаюсь, чай не последний день живем. Вот прямо сейчас буду стоять тут и размышлять, как я этой наглой заднице отомщу по полной программе. Будет знать, как милых Дашенек обижать! Но руки пришлось опустить. Нет, ну правда, они как-то сами вверх взмыли и обвились вокруг узкой мужской талии. Я тут совершенно ни при чем!
— Даш?
— М-м?
— А всплакнуть можешь?
— Зачем? — удивленно подняла я на него глаза.
— Надо.
— Ладно, — кивнула я и тут же скуксилась, вспоминая свой хорошо отточенный навык давления на любимого папу, когда мне было что-то позарез нужно, а он почему-то твердил мне «нет». Я уже давно этим фокусом не пользовалась, но, как говорится, опыт с годами не пропьешь.
Вот и сейчас слезы, как по заказу, навернулись на глаза, а затем сорвались с ресниц.
— Готовность пять секунд.
— Ну же!
— Напомни-ка, как зовут эту твою училку? — прошептал Хан, пока я поражалась тому, что у человека напрочь отсутствует совесть. Трахнул и даже имени не помнил, бесстыжий!
— Полина Леонидовна, — выдала я все же ответ, а за моей спиной послышался бодрый и бесяво довольный голос Казариной, которая с кем-то активно болтала по телефону. Последние ее фразы больно ужалили меня и почти взвинтили мою к ней неприязнь до небес, подтверждая тот факт, что Людоедовна специально валила меня на экзамене.
— Конечно, не сдала и не сдаст! Ей теперь только комиссия на осень светит, но я и там найду как сбить эту блондинистую дуру с дистанции. Пф-ф-ф, все этим папиным дочкам к ногам падает. Терпеть их не могу!