Даша Коэн – Любовница. По осколкам чувств (страница 72)

— Ну что же, Лера, котейка почти здоров, только голоден и немного обезвожен. Прививки пока ставить ему рано в силу возраста.

— А сколько ему?

— Месяц максимум.

— Ой, — заломила я руки и с жалостью посмотрела на найдёныша.

— Да, совсем малыш. Видимо, от матери отбился. Самое интересно — кот породистый. Самка тут, как мне видится, стопроцентная турецкая ангора. Скорее всего, просто сбежала из дома от нерадивых хозяев в период течки и нагуляла приплод. Отец мог быть и другого окраса, но доминирующий ген кошки сделал своё дело. Гетерохромия глаз — тоже типичный признак абсолютно белых котов. Думаю, что именно из-за этого фактора малыш и отбился от своей мамы.

— Что это значит?

— У него тугоухость со стороны голубого глаза. Пока полной потери слуха нет, но с возрастом она, вероятнее всего, может случиться.

— О, господи! — поднесла я ладони к щекам и тяжело выдохнула, с сочувствием разглядывая разноцветные глазки малыша.

— Ты можешь отказаться от котёнка, Лера. Мы найдём ему хозяина. Это не проблема.

— Да вы что? Он мой! Он сам меня нашёл, — сделала я шаг ближе и погладила животинку по белой шёрстке.

— Тогда тебе фортануло, Лера, — тепло улыбнулся мне Женя.

— Почему?

— Говорят, что повезёт, если белый кот дорогу перейдёт, — чуть нараспев ответил мне мужчина, а затем добавил, — считается, что с таким питомцем в дом приходит удача в делах и процветание, а также счастье в личной жизни. Особенно если котейка с одним голубым глазом. Бинго!

— Я бы его и без всей этой суеверной романтики приютила, — пытаюсь взять белый комочек в руки, но Женя тут же меня останавливает.

— Лер, давай оставим малого у меня в клинике до завтра, а лучше даже до послезавтра. Он пока одиноко шатался по улице, нахватал паразитов и, как я уже говорил, сильно проголодался. Мы его максимально бережно причешем, откормим и дадим выспаться, а позже ты его уже заберёшь со всеми рекомендациями по уходу в его новый дом.

— Ладно. Как скажете.

— И ещё.

— Да?

— Перестань мне выкать, — и Женя зачем-то стиснул мою ладонь в своей руке, заставляя меня покрываться румянцем абсолютного стеснения, а ещё краснеть, не зная, куда деть свои глаза.

Мне этот флирт был совершенно мимо кассы.

— Хорошо, — кивнула я и, напряжённо улыбнувшись, потянула ладонь из его хватки. Отпустил, конечно же. А затем подмигнул и пригласил меня на чашку кофе.

Я отказалась, только уточнила, сколько буду должна за его услуги ветеринара, но получила одно, да потому — свидание. Пообещав подумать, хотела было уехать домой на метро, но мужчина был слишком настойчив и буквально взял меня измором, заставив согласиться на то, чтобы довезти меня до дома. Что, собственно, и случилось.

На следующий день для встречи с Женей пришлось снова сбежать от Леонида. На этот раз я придумала, что мне срочно нужно в торговый центр, а там уж я легко затерялась в разношёрстной толпе, сиганула через другой выход и вдарила по газам в сторону метро, где с ужасом поняла, что мой телефон пропал.

— Вот тебе удача в делах и процветание, — с грустью заметила я, но от цели своей поездки не отказалась.

Встретилась с новым знакомым в стенах всё той же ветеринарной клиники, узнала о состоянии своего питомца, порадовалась, что у малыша дела идут хорошо. А после огорчилась, так как поняла, что забрать котейку домой я смогу лишь завтра. Вот только Женя мне долго грустить не позволил, снова пригласив на чашечку кофе, и в этот раз я ему не отказала в походе в небольшое кафе, где мы вместе с ним пили преступно вкусный латте и говорили о всяких глупостях. Я же пыталась себя убедить, что мне нравится его компания. И это было бы правдой, если бы мои мозги не были отравлены зашкаливающим обаянием Шахова.

Мысли о Даниле — это давно уже заезженная пластинка, но я по собственной воле кручу её без остановки и не знаю, как остановиться. И вместо того, чтобы радоваться прекрасному солнечному весеннему дню, я от чего-то всё переживала, что прошляпила телефон, а бывший любовник может позвонить мне, но остаться ни с чем.

Сердце пропустило болезненную стрелу и жалобно заныло.

От страха, что этот неугомонный бабник снова может что-то отчебучить, особенно если узнает, с кем именно я встречаюсь уже второй день к ряду.

С мужчиной.

После похода в кафе мы тепло расстались с Женей, но прежде он попросил разрешения писать мне и может быть даже звонить. Я ничего ему не ответила, только улыбнулась криво, погруженная в свои невесёлые мысли и попрощалась, ещё глубже ныряя в зыбучие пески смутной тревоги.

И только дома я облегчённо выдохнула, увидев, что телефон мой спокойно лежит на кухонном столе. Оставила и забыла, значит? Странно, особенно учитывая то, что мне казалось, что я всё-таки брала с собой трубку прежде, чем выйти из дома. Но, очевидно, так была поглощена побегом от Леонида, что это мне просто показалось.

Вот только схватив мобильный трясущимися руками, я в вдруг осела прямо на пол, смотря на совершенно пустой от уведомлений экран.

Данил снова не написал мне. И не позвонил.

И мне бы радоваться, да. Но получается только кусать губы почти до крови и потирать ладонью грудь с левой стороны. Потому что там, за рёбрами, ныла моя обезумевшая мышца, отказываясь качать кровь и биться в нормальном темпе. Она объявила мне настоящий бойкот, то прикидываясь мёртвой, то наоборот со всей яростью мечась туда-сюда-обратно, пытаясь разбиться в лепёшку. К вечеру у неё и вовсе случилась истерика.

Входящее сообщение. Но не от Данилы, а от Жени. И так стало гадко от своего иррационального ожидания, что захотелось тут же надавать себе по лицу за эту убогую слабость.

И на следующий день, когда я кралась огородами на новую встречу с ветеринаром, я ещё не понимала, что мной движет тупая, но такая очевидная обида. Я забрала в этот день своего котёнка из клиники, получив рекомендации по уходу и кормлению, а потом впала в настоящий, стопроцентный маразм. Просто потому, что Женя писал мне после нашей дневной встречи весь вечер, а Данил нет, хотя расшаркивался в заверениях, что я так нужна ему, что он почти развёлся, что хочет меня и дальше по списку.

А по факту что? С субботы тишина…

И снова я зачем-то полезла на просторы интернета, чтобы ещё раз взглянуть на фотографии Айзы Шаховой. На них-то я в который раз и подорвалась, разлетаясь кровавыми ошмётками во все стороны.

И, очевидно, именно поэтому в тот день, раскрученная на эмоциональных качелях, я дала согласие Жене, что всё-таки пойду с ним на первое настоящее свидание. А дальше я, словно пробуждающийся вулкан, с каждым днём всё больше раскалялась и бурлила, готовая вот-вот взорваться от внутренних противоречий и первых мыслей о том, что может мой бывший любовник и вовсе потерял ко мне всякий интерес.

Остепенился.

Вернулся к жене.

Решил начать с ней всё сначала, а меня просто списал в утиль, загоняя в такой понятный теперь игнор. К чему расшаркиваться в объяснениях перед какой-то там мной. У него сейчас проблемы на работе и, возможно, что поддержка супруги в это непростое для него время пришлась как нельзя кстати, вот Данил и выпал с небосвода моей жизни так внезапно и так насовсем.

Лучше и не придумаешь, а то, что внутри от этого понимания всё рыдает — так плевать. От разочарования ещё никто не умирал, вот и я не собираюсь, даже несмотря на то, что Шахов по-прежнему крепко держал меня за мои эмоциональные жабры.

Именно в тот момент я и поняла для себя, что хватит предаваться самоедству.

Но, положа руку на сердце, я бы не решилась на очередное безумное безумство, если бы меня не поддержали мои подружки-старушки. Я позвонила по видеосвязи, чтобы узнать, как там им отдыхается в санатории-профилактории уже вторую неделю к ряду, а потом, получив заверения, что всё прекрасно, плавно перешла на свои насущные проблемы, клюнув на их вопрос про Шахова, как голодная рыбина на полудохлого червяка.

— Ну и как там твой владелец заводов, газет, пароходов?

— Без понятия, — фыркнула я, зажмурилась от фантомной боли во всём теле и закусила подушечку указательного пальца.

— Отбилась, что ли?

— Ага, с субботы не отсвечивает.

— Х-м, странно, — потянули бабульки, но я только пожала плечами, разглядывая их зернистое изображение на экране телефона. Связь ни к чёрту.

— Ничего странного. Наверное, к жене вернулся. Да и у меня всё прекрасно. Я с мужчиной познакомилась. Солидный такой, брутал с бородой, ветеринар по профессии.

— Симпатичный? — нахмурилась Ангелина Марковна.

— Ну, да, — улыбнулась я криво, искренне считая симпатичным только Данила Шахова (идиотка, знаю, но что с меня взять?), — высокий, темноволосый, подтянутый. И глаза добрые.

— Значит надо брать! — подытожила старушка.

— Вот только мне не в чём с ним на свидание идти. Женя меня на выставку пригласил, а у меня все платья практичные, а не праздничные. Но я подумала, что может быть…

И дальше Остапа было не остановить. Мария Марковна, слушая мою идею потратить деньги бывшего любовника для встречи с потенциально новым, смотрела на меня как на умалишённую, а вот её сестра наоборот — хлопала в ладоши, смеялась и активно кивала головой.

— Жги, Лерочка!

Ну вот я и отожгла. Прямо на максимум.

Я пошла и потратила с подарочной карты Шахова неприлично много денег, состряпав себе удобоваримое оправдание — в качестве компенсации за поруганную честь и достоинство. Купила на свидание с другим мужчиной платье за счёт Данила, а ещё пальто, туфли, сумочку и даже новое нижнее бельё. Выбрала непременно кружевное и с поясом, чтобы эффектные ажурные резинки чулок завершали соблазнительный образ.