Даша Черничная – Развод. Я ухожу из твоей жизни (страница 7)

— Скажи еще, что я все придумала. Что мне показалось, а? Как тебе?

Знаю, что переиначиваю слова, но этот яд, он так и лезет изо всех щелей.

— Я предлагаю тебе выдохнуть, успокоиться, выздороветь, в конце концов! — повышает голос. — Ни о каком расставании и речи быть не может. Ничего страшного не произошло, переживешь.

Гриша быстро дышит, как и я. Эмоции у нас накалены. В таком состоянии ни о каком диалоге и речи быть не может. Сейчас мы снова наговорим друг другу разного. Чувства на пределе, мне еще очень больно, так что, наверное, все впустую.

Гриша выдыхает, делает шаг ко мне, но, видя, что я не настроена на телесный контакт, останавливается.

— Настя, послушай. Я все понимаю. Те поцелуи — мой косяк. Секса с Авророй я бы не допустил, даже не думай. Минутная слабость, я не знаю, потеря рассудка, сложно сказать, что это было. В голове муть какая-то. Если бы ты не напоминала мне об этом каждый день, я бы и забыл уже давно. А тебе еще раз говорю: надо успокоиться и поговорить позже.

Вроде как здравая мысль, но эмоции кипят. Я не смогу успокоиться и продолжать жить как ни в чем не бывало.

— Сколько раз ты с ней сосался? — голос дрожит на этом вопросе.

Гриша запускает руку в волосы, сжимает их с силой.

— Два!

— Было что-то кроме поцелуев? Секс? Петтинг? Минет? Эротические фотки?

— Нет! — выпаливает и тут же рычит, снова хватается за волосы. — Блять… Да! Аврора сиськи свои присылала.

— А ты? — голос дрожит.

— Удалил тут же, — подается вперед, хватает меня за руку: — Насть, у нас не было с ней никаких секс-переписок. Она вернулась из Канады и с какого-то хера решила, что меня нужно вернуть. Фотки она прислала, да. Я их удалял тут же. Мне нахер не нужны ее буфера.

Гриша гладит меня по руке, медленно приближается и говорит уже тише:

— Мне не нужна она, все это полнейшая хрень. Насть, только ты одна нужна. Ты моя семья. Мы с Сеней семья. Я бы никогда не изменил тебе, поверь.

Закусываю губу от боли. Как же это тяжело слушать, словно в рану кто-то тычет раскаленной кочергой.

— Гриш, в глубине души я честно хочу тебе поверить, забыть то, что видела. Но это сложно, понимаешь? Даже невозможно. А если бы я вот так же, как и ты… Представь, ты приезжаешь в наш офис, а там я… — перебираю в голове общих знакомых мужчин, — с Митей. На столе. Целуемся. Он засовывает мне в рот язык и орудует там. Запускает руки мне под кофту, трогает грудь, соски. — Рука Гриши на моей сжимается сильнее, уже причиняя боль. — И тут заходишь ты. Измены же не было, да? Ну не было же? Простишь меня? Забудешь?

— Замолчи! — рявкает, и я, ахнув, вырываю руку, потому что терпеть боль попросту невыносимо.

С открытым от шока ртом смотрю на свою руку. На кисти красное пятно. Потом будет синяк, сто процентов. У меня нежная кожа, малейший удар оставляет на коже синяки.

— У вас что-то было? — взгляд Гриши становится незнакомым.

Темным, каким-то безумным, чужим. Я не узнаю собственного мужа, передо мной будто его обозленный двойник.

— Ты с ума сошел, Гриш? — спрашиваю тихо. — У меня с ним никогда ничего не было. Даже ни намека.

— А сейчас ты все очень натурально мне изобразила, — кривит губы.

Я пячусь, мне становится страшно находиться так близко к мужу.

— Не перекладывай свою вину на меня. Я перед тобой чиста, — говорю тихо, но твердо. — Знаешь, я, наверное, пойду спать. У нас с тобой в очередной раз не клеится.

— Пап, — в дверях появляется заспанный Арсений, наверняка мы разбудили его ссорой. — Вы ругаетесь? Не надо, пожалуйста.

Эта по-детски наивная фраза что-то перещелкивает в Грише, и он возвращается в свою привычную оболочку.

— Разбудили, Сень? Прости. Мы с Настей… решали проблему, — переводит взгляд на меня. — Настя, давай завтра поговорим? Не предпринимай, пожалуйста, никаких шагов.

— Насть? — Сеня смотрит испуганно.

— Сень, все хорошо, — улыбаюсь ему и перевожу взгляд на Гришу. — Ты прав, я пойду спать.

— Настя, ты же не уйдешь? — в панике выкрикивает Арсений.

— Нет, Сень, — улыбаюсь ему и разворачиваюсь, направляясь к себе. — По крайней мере, не сегодня.

Глава 8

Настя

— Я не прощу тебе этого, понял!

— Тебя не касаются наши отношения, Арсений!

— Если она уйдет, я тоже сбегу!

— Я тебе сбегу! Ты совсем обалдел, Сень?

— Ты слышал, папа!

Лежу в кровати и слушаю утреннюю перепалку Арсения и Гриши. Из спальни не выхожу, не хочу встревать в их разговор. Пусть Гриша сам разбирается, в конце концов, он это устроил.

— Она мне как мама! Я не хочу жить без Насти.

— Ты не будешь жить без нее, я все решу! — слова Гриши звучат уверенно.

Отец с сыном уходят, пререкаясь друг с другом. Сеньке надо в школу, Грише на работу.

И снова меня никто не разбудил. После того как входная дверь захлопывается, я поднимаюсь с постели и иду по квартире, осматриваюсь, будто впервые тут оказалась.

Это квартира Гриши. У меня в городе есть однушка, но ею много лет не занимались, она требует ремонта и обновления мебели.

Под полотенцем, на тарелке, лежат ароматные румяные сырники. Идеальные, ровные полуфабрикаты, которыми у нас забит холодильник.

У меня частенько бывает так, что я срываюсь на поиски неожиданно и могу отсутствовать дома по несколько дней, особенно если поиск идет в другом регионе. Полуфабрикаты в качестве подстраховки всегда лежат в морозилке.

Завтракаю, закидываюсь таблетками, а потом переодеваюсь и еду в офис нашей поисковой группы.

Офис это, конечно, сильно сказано. У нас никто не ходит в костюмах и белых рубашках, разве что юрист Сергей Александрович.

Наша группа занимает пять комнат, четыре из которых отданы под инвентарь, еще там сидят наши технари. Последнюю комнату мы делим с Митей. У каждого свой стол, на котором стоит ноут. В кабинете куча стеллажей с документацией, сейфы, папки и прочее тому подобное.

У нас нет четкого графика, потому что рабочий день ненормированный, мы можем подорваться на выезд посреди ночи.

Я прохожу по пустому коридору, захожу в кабинет.

Тут бардак. Я честно несколько раз пыталась его разобрать, но чистоты хватает ненадолго — кто-нибудь приносит очередную коробку от спонсоров, ее начинают разбирать, и… все, конец чистоте.

Я снимаю куртку, вешаю ее на вешалку и сажусь за стол. Пока грузится ноутбук, делаю себе огромную кружку чая.

— О, Настюха, привет! — заходит Митя.

Митя — двухметровый бородатый медведь. Верхняя одежда делает его еще больше, поэтому ощущение такое, будто он занимает все пространство.

— Привет, Мить.

— Ты как? Получше сегодня? — спрашивает он и снимает с себя куртку.

— Да, температуры нет. Но на поиски не поеду.

Митя отмахивается:

— Да я уж понял. Будем надеяться, что сегодня все потенциальные потеряшки останутся дома. — Садится за свой стол и ковыряется в документах, найдя нужный, поднимает его и протягивает мне. — Вот! У нас новый спонсор.

— Круто.

Перегибаюсь через стол и забираю лист, на котором значится имя спонсора: Собольская Аврора.

— Что? — вскрикиваю возмущенно, читая имя первой жены Гриши.