Даша Черничная – Развод. Тот, кто меня предал (страница 31)

У мужчины ходят скулы, он двигает головой, разминая плечи, будто хищник, готовящийся к прыжку.

Клянусь, от страха у меня трясутся ноги, а зубы выдают дрожь.

Толика узнавания приходит вспышкой в сумраке вечера.

— Это наш мэр? — шепчу я ошарашенно.

Будто услышав мой шепот, мужчина двигает головой, медленно оборачиваясь на место, где стоим мы с Аленой, но подруга резко хватает меня за руку и утягивает в темный переулок. Я настолько шокирована, что поддаюсь, быстро перебираю ногами и молчу.

Алена поражает по всем фронтам: толкает меня к стене и жестами показывает сесть на корточки за мусорные баки, сама садится рядом со мной.

Подруга быстро дышит и постоянно нервно выглядывает из-за баков, а я, как дура, сижу молча, абсолютно ничего не понимая, и слежу за ней.

После повторяю ее движения и медленно высовываю голову. Как раз в это время по дороге проносятся три огромных черных внедорожника, и Аленка шумно выдыхает, привалившись к стене.

— Так и что это было? — непонимающе спрашиваю я.

Подруга качает головой, поднимается и протягивает мне руку, которую я принимаю.

Встаю на ноги и отряхиваю пальто от возможной грязи.

— Прости, Гош, — виновато произносит Аленка и дергано поправляет распавшуюся прическу. — Я вошла в галерею и увидела его. Обдумать свои действия у меня не было времени, поэтому я просто сбежала.

— Откуда ты знаешь нашего мэра? — спрашиваю, хотя догадываюсь, кем он может приходиться Алене.

Подруга смотрит на меня растерянно, поджимает губы, а потом начинает нервно кусать внутреннюю часть щеки.

— Только не говори, что он отец Тима! — догадываюсь я.

На самом деле, об отце Тимофея я не знала ничего, тема была табу для подруги. Именно это всегда наводило меня на мысль о том, что Аленин мужчина не так прост. Вероятно, женат, а может быть, занимает какую-то высокую должность.

— Да, — отвечает устало Алена. — Только прошу, не спрашивай о нем больше ничего.

— Хорошо, о нем не буду. Спрошу другое: почему ты сбежала при виде него? Он что, может обидеть тебя? — в моем голосе слышна тревога и я ничего не могу с этим поделать.

Умом я понимаю, что такие люди, как этот человек, непросты и могут создать проблем.

Подруга приваливается к стене и натягивает ворот пальто повыше, кутаясь в него, словно защищаясь:

— Все так сложно, Гош. Но нам с ним лучше не пересекаться. Никогда. Так что я поеду домой, а ты иди внутрь, хорошо проведи этот вечер за нас двоих.

— Может, все таки пойдешь со мной? — с недоверием спрашиваю я.

— Нет, — уверенно качает головой подруга. — Во-первых, у меня бардак на голове, во-вторых, я буду постоянно озираться по сторонам в ожидании того, что он снова вынырнет как черт из табакерки.

Киваю Аленке, а после беру ее ледяную руку в свою:

— Ален, поезжай домой, отдохни. Но ты же понимаешь, что теперь так просто не отделаешься от меня?

— Рит, я правда не могу рассказать тебе всего, — отрицательно качает головой.

— Скажи хоть - он знает о Тиме?

— Нет…, - шепчет едва слышно и закрывает ладонями глаза.

Я обнимаю подругу и глажу по спине:

— Обещай, что расскажешь мне то, что посчитаешь безопасным?

— Хорошо, — нерешительно говорит подруга и уходит.

А я все-таки решаюсь войти внутрь.

Оставляю верхнюю одежду, принимаю бокал с соком у официанта и медленно продвигаюсь вперед. Вокруг много народу, звучит приятная ненавязчивая мелодия, но ее со всех сторон перебивают разговоры. Кто-то обсуждает картины, кто-то радуется встрече со старым знакомым.

Я далека от мира искусства, но подхожу к первой картине и с интересом смотрю на нее. Какие-то абстрактные линии, непонятный хаос, и чем больше я разглядываю это буйство красок, тем сильнее поднимается мой уровень тревожности. Так, эта мимо, идем дальше.

Я настолько увлекаюсь рассмотрением работ, что немного выпадаю из пространства, передвигаясь от одной картины к другой.

Задержавшись на изображении женского тела, переплетенного с мужским, не замечаю, как за спиной вырастает мужская тень.

— Здравствуй, Рита, — говорит знакомый голос позади меня.

Я оборачиваюсь и, шокированная, смотрю на мужской профиль.

 

Глава 32. Олег

— Рад видеть тебя, Рита, — Олег делает ударение на мое имя, а я удивленно моргаю.

Я совершенно позабыла об этом мужчине. За пеленой боли и страданий его образ вымылся из моей памяти, хотя, как я поняла, Олег помог мне, а я даже не поблагодарила.

Память сразу подкидывает его образ — окровавленная рубашка и испуганное выражение лица.

Сейчас мужчина одет в темно-синий деловой костюм, белую рубашку, вокруг шеи змеей опутан галстук. Выглядит спокойным, уверенным в себе. Светлые волосы уложены, лицо гладко выбрито, от него благоухает парфюмом со свежими нотками.

Олег кажется довольно худым, но не тощим. Скорее поджарый, хотя кто знает, что там скрывается под одеждой.

Привлекательный, даже, можно сказать, красивый.

Невольно сравниваю его с Мироном. Эти мужчины — полная противоположность друг другу. Мирон темный. Олег светлый. Телосложение Мирона совсем иное: у него широкая спина, крепкие сильные руки. Черные глаза, прижимающие одним взглядом к стене. У Олега спокойный взгляд, не предвещающий никакой бури.

Яркими голубыми глазами он разглядывает меня с интересом, не менее сильным, чем я его.

Понимая, что пауза затянулась, я, спохватившись, отвечаю:

— Добрый вечер, Олег. Прошу прощения, я немного растерялась, — и виновато улыбаюсь.

Олег кивает, мягкая улыбка доходит до его глаз, и они начинают светиться:

— Рита, я рад видеть тебя. Прекрасно выглядишь. Не против, что я сразу на «ты»?

— Нет-нет, все в порядке, — спешно машу рукой. — Благодарю за комплимент.

— Прости, что не навещал в больнице, — виновато улыбается он. — Твой муж запретил мне видеться с тобой, поэтому я решил, что лишние тревоги тебе ни к чему.

— Мирон — не мой муж, — говорю я и выдавливаю усмешку.

— Странно. Вел он себя так уверенно, будто ты его собственность. Как ты себя сейчас чувствуешь? — с участием спрашивает он.

— Все в порядке, — лаконично отвечаю. — Олег, я даже не поблагодарила тебя. Я не помню ничего, но мне кажется, что я задолжала тебе слова благодарности.

— Нет, — спешит заверить меня мужчина, — ты не мне ничего не должна, Рита. Я не мог пройти мимо, это был мой долг.

Мы замолкаем, и я оглядываюсь по сторонам. Нас окружают люди, но никому нет до нас дела.

— Тебе нравится живопись? — неожиданно спрашивает он.

— Я мало что понимаю в искусстве, Олег, — развожу руками. — Но некоторые картины произвели на меня впечатление. А тебе нравится?

Олег мягко смеется, обнажая белоснежные зубы:

— Я тоже далек от этого мира. Я здесь, потому что меня к этому обязывает моя работа, — и тут же поясняет: — Один из моих партнеров по бизнесу организовывает подобные мероприятия, поэтому я должен хоть иногда тут появляться.

Мы снова замолкаем, и я вижу, что Олег хочет что-то сказать, но подбирает слова:

— Рита, давай прогуляемся?