Даша Черничная – Измена. Ты меня никогда не любил (страница 6)

Деля стонет, воет, по шее течет пот, и я слизываю его. Пошло, грязно, развязно. Идеально. Она идеальная. Меня накрывает, с хрипом кончаю, не потрудившись выйти из нее. Знаю, что она принимает таблетки, и не вижу смысла прерывать кайф.

Держу ее крепко. Деля роняет голову мне в изгиб шеи. Дышим, как загнанные звери. Даю нам минуту, а после переступаю через сброшенную впопыхах и разорванную одежду. Поднимаю Аделию на руки и уношу вглубь квартиры. Сил хватает только на то, чтобы завалиться на диван.

Помешательство.

Из последних сил в полумраке комнаты глажу ее лицо.

— Какая же ты красавица, — шепчу ей и зацеловываю глаза, скулы, наглаживаю, наглаживаю.

Не могу насытится ею. Вырубает меня неожиданно. Я просто проваливаюсь в черноту, как в омут. Пробуждение приходит тяжело, еле размыкаю глаза.

Хмурясь, окидываю взглядом квартиру, но бессмысленно — я знаю, что ее нет. Ушла. Поднимаюсь и прохожусь по комнатам. Так и есть. Нет ни ее, ни вещей. Лишь горстка моей одежды одиноко валяется в коридоре.

Башка гудящая, пустая.

Оглядываюсь, чувствуя какую-то фантомную, режущую боль.

Ощущение, будто только что я потерял если не самого себя, то что-то важное, жизненно необходимое. Встаю под ледяные струи душа. В грудине ноет, и я тру ее, напрасно надеясь, что это сможет как-то мне помочь…

‍

Глава 7. Сотрудничество

Аделия

Все выходные я играю в игру «притворись, будто ничего не было». Притворяться получается плохо. Краска заливает лицо, стоит только вспомнить, что мы с Ромой вытворяли в чужой квартире.

А так как я не перестаю об этом думать, то просыпаюсь и засыпаю с пунцовыми щеками.

В душе полный раздрай и растерянность. Боже, как мне было хорошо. Между нами впервые все было так по-настоящему, откровенно и грязно.

Раньше наш секс был жутко заурядным — с выключенным светом, только на кровати, после обязательного приема душа. Чик-чирик, и готово. Рома не особо-то и старался, будто реально исполнял супружеский долг. С таким лицом, словно, если не сделает этого, начнут капать проценты или придут коллекторы.

Не могу сказать, что это не било по моему женскому самолюбию, но то, что выбора не оставляло, — факт. Не сказать, что у меня до Ромы была богатая сексуальная жизнь, вовсе нет. Всего лишь один-единственный ухажер, вот и все мои похождения.

Чтобы вот так, у стены, в чужом доме, развязно и постыдно — так было только в моих потаенных мечтах. И я бы подумала, что мне все это приснилось, если бы не ноющее который день тело, которое распробовало, что такое настоящий секс.

Одергиваю себя. Нет — значит нет. Назовем это прощанием. Теперь у Ромы своя жизнь, а у меня своя, и, пожалуй, на этом стоит закрыть тему, как бы больно мне ни было.

Я даже сбежала от Ромы, чтобы не слышать его намеков, что мне пора домой, и не чувствовать попытки избавиться от меня. Я не хотела неловкости, я не хотела, чтобы мне было больнее, чем сейчас.

Какого хрена тогда сейчас все внутри в ошметках?

Занимаю себя домашними делами, купаю Базилио, играюсь с ним. Малыш чувствует себя свободнее и без опаски передвигается по квартире.

В понедельник утром ловлю мандраж.

Что ж, это было ожидаемо.

Завтракаю, делаю легкий макияж и собираю волосы. Начитавшись в интернете разных советов, готовлю мини-набор на случай ЧП: аптечка, запасные чулки, сменная обувь — классические лодочки на среднем каблуке — и все в этом роде.

Чмокаю котенка, насыпаю ему полную миску еды и доливаю воды. Сегодня у него тоже важный и ответственный день –- остаться в одиночестве дома и не разнести мне квартиру.

Намеренно выхожу раньше, чем нужно. Я не хочу опоздать.

Ох, ну какая же врунишка, Аделия! Ты просто не хочешь пересекаться со своим будущим начальником, чтобы снова не краснеть, вот и все!

Еду в общественном транспорте. На работе ждет сюрприз — меня встречают, поэтому я отдаю нужные документы и оформляюсь. Мысленно поздравляю себя с первой официальной работой.

— Аделия? –- ко мне подходит девушка.

На лице у нее приветливая улыбка.

— Да, это я.

— Меня зовут Нина, я помощник главного юриста. Меня приставили к тебе в качестве наставника. Так сказать, буду помогать тебе с вводом в должность.

— Здорово, — удивленно вскидываю брови. — Спасибо.

— Ты закончила тут? — указывает подбородком на кабинет отдела кадров. — Можем начинать?

— Конечно, — вежливо киваю.

Нина рассказывает мне про компанию, где и что находится, чей кабинет на каком этаже.

— Наш генеральный, Дмитрий Артурович, сидит на пятьдесят восьмом этаже. Ты будешь работать на пятьдесят пятом.

Что ж, и на этом спасибо. Так хоть немного сокращается вероятность встречи. Я не глупая, понимаю, что мне рано или поздно придется рассказать все другу, но, пока он в отпуске, у меня есть время расслабиться и уделить больше внимания новой работе.

— Твой босс Никита Александрович — душка. Несмотря на то, что он красавчик — Фадеев никогда не переходит ни с кем черту. Всегда вежлив, общается с уважением, сомнительных романов с подчиненными не заводит. Раньше наша женская часть коллектива сходила с ума по генеральному, но тот женился, и все сразу взгрустнули. Зато потом появился Фадеев, и наши курочки нашли новый объект обожания, так что береги своего босса и берегись сама, — подмигивает мне.

— А что, могут подставить? — на ум приходит все самое плохое.

— Что ты! — округляет глаза. — Нет! Но кости помоют –- дай боже. Ты еще не появилась в офисе, а уже прошел слух, что вы спите.

— Что-о-о? — ахаю.

— Забей, завтра найдут новый повод для сплетен, — отмахивается добродушно.

Проходим в один из кабинетов.

— Это приемная Никиты Александровича, его аналитики сидят на этом же этаже, очень удобно.

Нина все рассказывает и рассказывает, а я жалею, что не взяла с собой диктофон. Когда в кабинет заходит Фадеев, я уже сижу в приемной одна и изучаю документацию на компьютере.

— Доброе утро, Аделия, — улыбаясь широко, проходит к кабинету.

Подскакиваю с места:

— Доброе утро, Никита Александрович.

— Я принес вам кофе, Аделия, — ставит на мой стол бумажный стакан из кофейни. — И еще вот.

Кладет рядом коробочку с пирожными — корзинки, я их обожаю. Поднимаю глаза. Встречаю внимательный и теплый взгляд, который словно излучает свет.

— Поздравляю вас с первым рабочим днем. — А улыбка у него… мамочка!

— Спасибо, — киваю, стараясь держать себя в руках.

Как я с ним работать собралась?!

— Что ж, Аделия, начнем сотрудничество?

Начнем, Никита… Начнем…

Глава 8. Она — моя

Рома

— Ты меня вообще слушаешь? Ром? — фоном.

Перед глазами Аделия, распластанная на стене. Она кусает губы, стонет, и все это отдается во мне. С того дня прошел месяц; я ожидал, что уляжется буря, успокоится, но куда там.

Становится только хуже. Башка идет кругом от воспоминаний, от желаний. Я даже пытался выбить клин клином. Целуя накачанные губы, не мог отделаться от мысли, что у моей бывшей жены губы гораздо мягче, потому что без грамма химии. И грудь, хоть и небольшая, но чертовски аппетитная, настоящая. А кожа какая… шелк…

Не смог с другой.

Свалил из чужой квартиры, даже не попытавшись объясниться. А что объяснять-то? Когда сам не понимаешь, что происходит. Когда слышишь постоянный монолог сердца, но затыкаешь его, глушишь слова. Потому что все они — сплошная тарабарщина, которую хрен разберешь.