Даша Черничная – Измена. Не прощай меня (страница 53)

Я трижды проходил через ад с потерей ребенка, поэтому пусть меня только попробуют обвинить в том, что я слишком привязан к четвертому ребенку. К моей дочери, которая для меня все.

Свет, мир, солнце, воздух.

Мне плевать на мнение других, пусть думают что хотят. Никто не знает, что в сердце у меня. И никогда не узнает, потому что такое не дано понять, как ни рассказывай эту историю.

Те дети всегда будут в моем сердце, они никуда не исчезнут.

Все три года после нашего воссоединения мысли о еще одном ребенке меня не покидали. Получил одного, а мне хотелось еще и еще.

Но я прекрасно понимал, что Тая молода. У нее планы закончить институт и реализовать себя. Я с пониманием отнесся к ее желаниям, поэтому не трогал ее.

Тая пила противозачаточные, и каждый гребаный раз, когда я видел эти таблетки, мне хотелось их выкинуть, чего, естественно, я не делал. Я не мог рисковать тем доверием, которое возникло между нами.

И поэтому сейчас, когда Тая страдает, изогнувшись над унитазом в семь утра, мысли мои об одном.

— Ты как, Таюш? — протягиваю ей полотенце, и она роняет в него мокрое лицо, которое до того усердно поливала водой.

— Мне очень плохо, — бормочет через полотенце.

— Съела вчера что-то не то? — спрашиваю аккуратно.

Скажи нет. Пожалуйста, просто скажи нет. Дай мне надежду. Крохотную, секундную.

Тая поднимает бледное лицо и улыбается вымученно.

— Я уже три месяца не пью таблетки.

Сердце ухает, фейерверк внутри меня стреляет так горячо, что аж вдохнуть сложно.

— И мне не сказала…

— Не хотела, чтобы ты ждал. Мало ли, вдруг бы не получилось, — поджимает виновато губы.

Я же стискиваю ее в объятиях со всей дури. Даже здесь она переживала за меня.

— Давай я сделаю тест, чтобы точно убедиться?

Тая выгоняет меня из ванной, а сама проводит там манипуляции, потом зовет меня. Вместе ждем отмеренные пять минут.

— Две, — шепчет дрожащими губами и поднимает на меня мокрые от слез глаза. — Две, Батыр.

— У нас будет малыш, — произношу счастливо.

— У нас будет малыш, — подтверждает Тая и целует меня.

— Я так люблю тебя, Тая.. Аллах, не знаю за что, за какие дела ты мне, грешнику послал эту женщину!

Через восемь месяцев я взял на руки своего сына.

Осознавал ли я, какое счастье досталось мне в, по сути, навязанном браке?

Нет.

Но я бы отдал все, что у меня есть, чтобы Тая снова стала моей.