Даша Черничная – Бывшие. Я до сих пор люблю тебя (страница 27)
— Осталось только где-то откопать любовь к нему, — бормочу себе под нос.
Вздыхаем напару, как кумушки на лавочке.
— Что ж сука ты такая, жизнь, — качает головой Вера. — Кого любишь, любить нельзя, а кого нужно — не хочется.
— Может быть, когда-нибудь…
— Может…
— Но вряд ли.
— Вряд ли.
Глава 25. Обрели счастье
Тамила
Восемь лет назад
Я просто отмороженная идиотка.
Потому что вместо того, чтобы заниматься своими делами и готовиться к выставке, я еду на работу к Герману.
Хочу подойти к нему в упор и спросить обо всем, что у меня накопилось. Вывалить на него целый ворох вопросов, что так терзают и не дают по ночам спать.
Почему именно на работу? А вот черт его знает почему!
Отчего-то мне кажется, что если я приеду к нему в офис, то он никуда не сбежит, ответит честно и правдиво. Это такой идиотизм, честное слово.
Прямо в раздвижных дверях сталкиваюсь с Игнатом Климовичем, отцом Германа.
— Тамила, дочка, здравствуй!
— Здравствуйте, Игнат Климович. Как ваши дела?
— Да как могут быть дела у старика? То там кольнет, то тут стрельнет.
— Что вы такое говорите? Вы замечательно выглядите, ни за что не поверю ни в «кольнет», ни в «стрельнет».
— Лучше расскажи, как ты? Давно не виделись с тобой.
— Все прекрасно. Вы еще не получили пригласительный? Скоро будет новая выставка.
— Да, что-то припоминаю. Обязательно будем с Ирмой. Ты только больше не наливай ей столько.
— Недоглядела, каюсь, — опускаю голову.
— Да брось, а то я свою жену не знаю, — по-свойски обхватывает меня за плечи и тянет внутрь офиса. — Лучше скажи, чтобы Эмка приезжала в гости. Мы по ней жуть как соскучились, а встретиться все не выходит.
— Школа началась, Игнат Климович, — развожу руками. — А у вас сезон.
— Это да. Но для внучки у меня всегда есть время. Я ей позвоню сегодня, позову к нам в гости с ночевкой, — подмигивает мне. — А ты пока отдохнешь, может, на свидание с кем сходишь.
— У меня же Владимир есть, помните? Я знакомила вас как-то.
— Да? Возможно. Тамилочка, я ж говорю: рассыпаюсь. Память ни к черту.
Заливает как дышит. Титов-старший совершенно точно в здравом уме и твердой памяти. О наличии у меня молодого человека забыть никак не мог. А свидание — тонкий намек на своего сына.
То-о-онкий. Тоньше просто, блин, некуда!
— Ты же в гости к Гере приехала? — спрашивает, ведя меня за собой меня по коридору.
— Да, мне нужно… кое-что обсудить с ним.
— Понимаю. Да, конечно. Обсудить — это хорошо. Обсудить — это правильно.
Радуюсь, что он не спрашивает, что именно нужно обсудить, иначе я понятия не имею, что врать отцу Германа.
Перед входом в приемную, где сидит секретарь Германа, Игнат Климович останавливается, поднимает на меня уже серьезный взгляд.