Даша Черничная – Бывшие. Ты так ничего и не понял (страница 36)
Снимаю с огня банку и ставлю перед Мариной:
— Держи. Приятного аппетита.
Ставлю греться свою порцию, а Марина принимается есть.
После ужина кипячу воду, разливаю чай в железные кружки, выделенные нам Федором Ефимычем.
— Тут где-то были сухари, — достаю пакет, раскрываю.
Разговариваем с Мариной. В основном о горах. Она устала, это видно по ней. Сейчас едва ли восемь вечера, а ее уже рубит.
— Давай спать, Мариш.
Фыркает, зараза.
— Как ляжем? — спрашивает она.
Окидываю ее взглядом.
Совесть не позволит мне отобрать у нее спальник или заставить поделиться. Маринка ж миниатюрная совсем, мерзнет быстро, согревается долго.
— Ты ложишься в спальнике, а я рядом.
Марина хмурится:
— Холодно, Денис.
— Мне Ефимыч дал куртку и еще теплого по мелочи. Тебе не стоит переживать за меня. Лягу рядом с тобой, с одной стороны будет твой спальник, с другой куртка.
Лицо бывшей жены сразу же становится хмурым.
— Денис, послушай. Ты в горах человек новый и, наверное, не понимаешь… — облизывает губы, и я подвисаю, глядя на нее. — Тут ночью температура может до минуса упасть.
Я понимаю, что такое вполне вероятно, но не вижу в этом ничего критичного. Использовать спальник как плед можно, только вот маловероятно, что его хватит его на двоих.
И если для меня замерзнуть не страшно, то для женского здоровья это не очень хорошо.
— Мариш, это не обсуждается.
Открывает рот, чтобы начать сопротивление.
Подаюсь вперед и кладу руку ей на губы, не давая заговорить.
Кожи руки касаются горячие от обжигающего чая губы. По телу моментально прокатывается волна. Глаза Марины распахиваются, делаются темнее. Черные ресницы нервно вздрагивают, а у меня обрывается дыхание.
Руки становятся тяжелыми. Они так и норовят коснуться ее, занять свое место на талии, притянуть ближе к себе.
Распахивается дверь, с порывом ветра запуская во времянку поток холодного воздуха, а следом из темноты входит мужчина в камуфляже:
— Вот это удачно я забрел на огонек.
Глава 36
Марина
Ощущение такие, будто стены начинают давить на голову.
Денис рядом. Непозволительно близко. Более того — он касается меня. Нежно, практически невесомо. Глупое доверчивое сердце радуется этому вниманию. Я годами добивалась его, сердце привыкло: выдрессировано, обучено командам.
Он хочет меня поцеловать?
Я ни за что не дамся! Но тело мое каменное, чужое и будто совсем неподвижное.
Я теряюсь… я не была готова, я… я… я…
Не успеваю додумать, потому что дверь открывается и в наш домик проходит мужская фигура.
Денис моментально задвигает меня себе за спину, откуда я и выглядываю, но выходить не спешу. Инстинкт самосохранения работает исправно.
Гость делает шаг из тени и входит в круг света, который подсвечивает его лицо. Я прищуриваюсь.
Мужчина оценивающе окидывает нас взглядом.
Дом этот не принадлежит никому и в то же время принадлежит всем. Таковы законы этих мест.
— Неместные, — констатирует мужчина, и я сильнее ежусь, узнавая голос.
— Это имеет значение? — голос Дениса спокоен, но тверд.
— Возможно, — звучит насторожено. — Заблудились?
— Нет, — скупо и сухо.
И это правильно.
— Кто там у тебя? — мужчина сдвигается вбок. — Чего прячешь свою красавицу?
— Вот именно что мою, — Денис выделяет последнее слово и снова задвигает меня себе за спину.
Я никак не комментирую слова Дениса, то, что он говорит, все-таки дает защиту.
— Что-то больно мне знакома дама, — хмыкает гость.
Узнал.
Вскидываю подбородок, складываю руки на груди и становлюсь рядом с Денисом, который предостерегающе выгибает бровь.
— Здравствуй, Тигран.
— И тебе привет, Марина, — кивает и улыбается недобро. — Как отец?
— Хорошо, — бросаю взгляд на Дениса.
Тот снова закрывает меня собой:
— Бери что надо и уходи.
Тот усмехается, но подходит к углу, где стоят коробки, достает оттуда короб, на котором висит крупный амбарный замок, отпирает его и принимается доставать банки.
Только вместо консервов там внутри патроны. Много патронов.
Закончив, Тигран выпрямляется и делает шаг к нам. Денис тоже подается вперед.
Тигран поправляет на плече ружье, Денис отодвигает край куртки, из-под нее торчит красная рукоять.
— Ракетницей меня пугнуть решил? — усмехается Тигран.
— Ракетница тебе полрожи снесет, — хладнокровно произносит Денис. — Хочешь, продемонстрирую?
И сжимает рукоять.
Тигран умный мужик. Сволочь, конечно, но умный. Отступает, криво скалится и говорит:
— Передавай привет отцу, Марина.
Ни я, ни Денис не двигаемся. Когда за гостем закрывается дверь и слышится ржание лошади, мы отмираем.
— Убрался, — констатирует бывший муж, а я судорожно выдыхаю. — Кто это был?