Дарья Зубкова – Наследие Судьбы. Книга вторая (страница 21)
— Что? Сейчас самое время ответить! Девушка сойдет с ума после такого. Она потеряла всех, кто был ей дорог: ни семьи, ни любимого человека рядом. У неё никого не осталось. И как, по-вашему, она должна жить дальше? — я не смог сдержать нахлынувших эмоций и впервые в жизни позволил себе повысить голос в присутствии Творца всего сущего.
— Научи её справляться с душевной болью. В своё время ты смог преодолеть все эти человеческие чувства и подавить их. Научи Валерию управлять своими эмоциями и контролировать их. Ты же её наставник и должен защищать её до момента посвящения. Исполни свой долг и помоги своей подопечной.
— Но Лера совсем не такая, как я. Она не сможет так просто отказаться от своих чувств. Для нее очень важно сохранять в себе все человеческие эмоции и быть обычным человеком во всех отношениях. Я не хочу лишать её и этого.
— Другого совета я дать не могу. Спаси Василису, и это поможет восстановить баланс в душе Валерии.
— Как вы помните, Лера отвернулась от вас и отрицает любые контакты с вами. Я сомневаюсь, что после новости о смерти ее родных она захочет использовать свои силы и обращаться к вам.
— Если ты хочешь спасти жизнь Василисе и помочь восстановить баланс в мире, то Владимир и Валерия должны будут принять меня и тем самым получить часть сил от моего сознания. Иначе у вас ничего не получится, и это приведёт к непоправимым последствиям.
— Становится все веселее и веселее, — слова Судьбы и ее наказ не могли не вызвать обреченного вздоха с моей стороны. — И как я могу это сделать? Владимир отдалился от всех и ни с кем не хочет общаться. Что я могу предпринять в этой ситуации? Я ведь не могу заставить дядю вернуться к прежней жизни.
— Расскажи Владимиру всю правду. Скажи ему всё как есть. Решение, принимать меня или нет, останется только за Владимиром и Валерией. Жизнь Василисы зависит от вас всех, — Судьба вновь одарила меня пристальным взглядом. — В том числе и от тебя.
— И ещё кое-что, — я прищурил глаза, глядя с недоверием в радужные глаза Судьбы. — Вы сказали, что этой авиакатастрофы не должно было быть. Почему же она всё-таки произошла? И почему вы не предупредили меня о возможной трагедии, чтобы мы могли предотвратить катастрофу до ее наступления?
— Человечество не пострадало от этого события, и баланс мироздания не был нарушен. Я не заметила лишних вибраций в общем потоке энергии. Это значит, что кто-то тщательно скрыл своё вмешательство.
— Вы хотите сказать, что это событие было подстроено? Но кем?
— Я могу предположить, что это был один из посланников Тьмы. Однако я не вижу его следа и не понимаю, какая сущность вмешалась в жизнь этих смертных людей.
— Это мог быть кто-то из посланников Тьмы, служивших Альве?
— Всё возможно. Ты должен попытаться разобраться в этом вопросе и найти того, кто это сделал. Он оборвал жизни людей так, чтобы я не вмешалась в это событие и не заметила его. Этот посланник Тьмы силён и меняет реальность так, что даже я не могу почувствовать его силу и изменения в мире.
— Но Славик остановил Альву! После её исчезновения высших темных не должно было остаться! Ни у кого из тёмных посланников не хватило бы сил на подобные манипуляции.
— Ты ошибаешься. Тьма всегда найдёт путь в разум, особенно в нынешней реальности, где людские пороки так распространены.
— Я вас понял. Сделаю всё возможное, чтобы разобраться в этом деле.
— Теперь отправляйся к Владимиру и спаси Василису. Я дам вам всё необходимое для этого. Мне не нужно, чтобы она погибла. Василиса должна выжить, чего бы это ни стоило.
— Я сделаю всё возможное и приложу все усилия, чтобы исполнить вашу волю.
— Владислав, — когда Судьба обращалась ко мне по имени, я чувствовал себя неловко и мне становилось не по себе. Несмотря на это, я выдержал тяжёлый взгляд Творца на себе с достоинством. — Охраняй Валерию и будь рядом с ней. Тьма собирается вокруг неё, и девушку ждут новые испытания.
— Это значит, что смерть Славика была напрасной?
— Вячеслав выполнил свой долг перед всем мирозданием. Но Валерия всё ещё очень важна для всей Вселенной, и её нужно оберегать.
— Я не оставлю Леру и буду с ней рядом. Даю вам свое нерушимое слово.
— Владислав, я надеюсь на тебя. А теперь возвращайся. Тебе пора действовать.
Я увидел яркую вспышку, которая на мгновение ослепила меня, и я погрузился в темноту. Когда я снова пришёл в себя, то начал внимательно осматривать салон своего автомобиля. Из динамиков продолжала играть музыка, составляющая знакомый мне плейлист. Слова песни вызвали у меня желание остановить поток слов и всеми силами заглушить чувства, которые сдавливали мою душу невыносимой и щемящей болью.
Злость затмила разум. Я выключил музыку и посмотрел назад. Лера всё так же лежала на заднем сиденье, её лицо было бледным и худым. Её покрасневшие щеки и дрожащие ресницы тронули меня за живое. Эта эмоциональная и трудная на характер девчонка стала мне очень дорога, и я позволил себе привязаться к ней, несмотря на все наши различия.
Прогнав все лишние мысли в сторону, я набрал номер дяди. Весь прошедший год я редко контактировал с Владимиром. Его поступок и излишняя эмоциональность выводили меня из себя. В разуме возникали образы непоколебимого и жестокого Владимира, который с ранних лет учил меня при любых обстоятельствах сохранять хладнокровие. Но теперь он сам поддался эмоциям и позволил себе столь недопустимые действия. После непродолжительного ожидания я наконец-то расслышал статный голос дяди в динамике.
— Влад, почему ты не приехал? Насколько я помню, мы планировали вместе поужинать у Василисы и её племянницы. Я не стал уезжать без тебя и до сих пор жду твоего приезда.
— Планы изменились. Это долгая история, и она не для телефонного разговора.
— Что случилось?
— Ты видел последние выпуски новостей?
— Что? Какие еще новости? Ты же знаешь, я никогда не смотрю телевизор.
— Тогда ты не в курсе произошедшего. Сегодня вечером разбился самолёт, на котором летели Сергей и Василиса. Все пассажиры и экипаж погибли.
— О, Судьба, только не это… — я слышал, как голос дяди дрогнул. — Как это произошло?
— Кажется, произошел несчастный случай. Но я только что имел честь разговаривать с самой Судьбой. Она сообщила, что этой катастрофы не должно было быть, а смерть этих людей была преждевременной. Кто-то вмешался в ход событий, и сделал это так, чтобы никто из нас не почувствовал опасности и не смог предотвратить эту катастрофу.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я думаю, что тёмные вернулись. Убийство родных Леры, возможно, было направлено на то, чтобы запугать её и окончательно вывести из равновесия. Они хотят подорвать её веру в Судьбу и во всё сущее.
В трубке послышались громкие ругательства, чего дядя позволял себе раз пятый за все свои многочисленные года. Слышать грубую ругань со стороны Владимира было неприятно, но я прекрасно понимал причины его дурной реакции, и не осуждал его действия. После окончания своего монолога Владимир собрался с мыслями и грозно прорычал:
— Чтоб через десять минут был у меня вместе с Лерой. Я жду.
Владимир говорил со мной приказным тоном, как в детстве. Это вселило в меня надежду, что дядя сможет взять себя в руки и стать прежним. Я завёл мотор и до упора выжал педаль газа. Автомобиль сорвался с места, унося меня навстречу неизвестности.
Когда я подъехал к воротам дома, то сразу заехал во двор и припарковался поближе к дому. У массивной двери поместья стоял Владимир. Впервые за год он был похож на самого себя: глаза полны решимости, морщинистый лоб разгладился, как и часть морщин на лице, волосы стали заметно темнее, а плечи были расправлены в стороны.
— Доехал за восемь минут, — я кинул беглый взгляд на наручные часы. — Правда, мне пришлось нарушить работу нескольких светофоров. Но, думаю, мне можно простить столь яростное вмешательство в материю.
— Нет времени паясничать. Где Лера? — по грубому голосу Владимира я окончательно смог убедиться, что дядя пришел в себя.
— Она лежит без сознания на заднем сидении. После того как я сообщил ей о случившемся, Леру накрыла неконтролируемая истерика. Чтобы помочь ей справиться с накрывшим её безумием, я на время отключил ее разум и погрузил девчонку в сон.
Владимир глубоко вздохнул и помассировал виски. Этот жест не предвещал ничего хорошего, и я это хорошо помнил ещё с детства.
— Отнеси Леру в гостиную. Будем приводить ее в чувство.
Владимир развернулся и ушёл обратно в дом. Я осторожно взял Леру на руки и понёс её следом за дядей.
Положив Леру на диван, я сел рядом с ней и устало вздохнул. Мне нужно было как можно скорее привести её в чувство, но при этом не дать Василисе погибнуть, что значительно усложнило задачу.
— Сильно ты её, — произнёс Владимир, заходя в комнату со льняным полотном в руках. — Мог бы быть аккуратнее в действиях.
— Я растерялся. Ты бы видел ее реакцию. Такого я раньше не видел и не знал, что делать.
— А чего ты ожидал? Чтобы девушка сидела спокойной и вела себя как ни в чём не бывало? — раздраженно прошипел Владимир. — За свои неполные девятнадцать лет она потеряла всех, кого могла. Родителей, любимого человека, а теперь еще и дядя с тетей! О, Судьба, Василиса…