Дарья Закревская – Мой Проклятый Север (страница 38)

— Не переживай, Одаренная. Уверен, Тарий вернется уже ночью.

После разговора с Киром, все еще взбешенная, я быстро перекусила, забежала в пункт связи, где мне вручили письмо от Элиры, и направилась во Дворец. Во второй аудитории стояла тишина, прерываемая лишь шуршанием бумаг и скрипом ручек — Проклятые писали отчеты.

Йис, увидев меня, удивленно сказал «О-о», но тут же оправился, придал лицу нейтральное выражение и показал на кучку документов.

— Это — твои, разбирайся.

С документами не заладилось. Несмотря на уверения Кира, что Тарий — опытный боец, сильный маг, и никто из Убежища ему не страшен, меня разрывало беспокойство.

Внутри сжимался, затягивался плотный узел из тревоги, напряжения и ужаса. Пятый раз читая одну и ту же строчку, да еще и написанную военным канцелярским языком, я признала неуспешность данной затеи.

Извинившись перед Йисом и остальными Проклятыми, я пошла к себе. Комната пустовала; я вздохнула с облегчением, что никому не надо объяснять, почему время от времени у меня хлюпает нос и краснеют глаза. По диагонали прочитала сухое письмо от сестры — «погода теплая», «родители хорошо», «командировка в столицу», решив написать ответ чуть позже.

Помылась (в купальни идти не хотелось, поэтому обошлась душем), переоделась в теплый домашний костюм и залезла под одеяло, захватив со стола какой-то небольшой томик, который вечерами читала Лейра.

Минут через десять осознала, что так и не перелистнула ни одной страницы. Со вздохом захлопнув книгу, слезла с кровати и, плюнув на все, отправилась к Тарию. Приложила ухо к двери — гнат его знает, вдруг Тиала снова сидит у него? — но, ничего подозрительного не услышав, осторожно взломала замок. Второй раз за день.

Волнение не отпускало.

Я подошла к книжному шкафу, вспомнив про старую книгу, найденную у Тария. Может, сказания о древних временах меня отвлекут? Там еще была часть про забытые заклинания — а вдруг найду что-то полезное, вдруг первые маги умели магически связываться друг с другом?

Но и тут ждало разочарование. Книжицу я нашла, но, увы — кроме тех легенд, которые я уже прочитала в прошлый раз, ничего не было. Кто-то аккуратно выдрал часть страниц, на которых, судя по короткому оглавлению, и описывались принципы древней магии.

Промаявшись еще какое-то время, я поняла, что в одиночестве моя тревожность только растет, и отправилась к друзьям.

Воняло у Киша с Эйджелом ужасно; зато мои слегка заплаканные глаза легко можно было списать на реакцию на запах. Староста отсутствовал, а Киш собирался на очередную свиданку. Кто бы мог подумать, что рыжий шутник будет так популярен среди населения лагеря! В Академии роль разбивателя сердец отводилась Нэйру, вокруг которого вечно сновали влюбленные студентки.

— Что случилось, Альяр? Ты чего такая беспокойная? — заметил неладное Киш.

После моего сбивчивого рассказа он присел рядом.

— Так, я сейчас сбегаю, предупрежу, что ночная прогулка отменяется, и мигом вернусь.

— Нет-нет, — запротестовала я, — чего я, больная, чтобы сидеть со мной? Иди давай. Я к себе пойду, у вас в комнате невозможно находиться!

— Пахнет? — удивился он. — Не чувствую… Эйджел мне в нос какой-то дряни накапал, как раз для этого, наверное. Ой, гнатушка! Так вот почему все мои поклонницы сбегают так быстро… Ну, староста! Придушу очкарика, — пригрозил он отсутствующему Эйджелу.

Наша с Лейрой комната вновь встретила тишиной — подружка все еще где-то гуляла. Полночи я крутилась, полночи смотрела в окно, бросив попытки заснуть.

А в пять утра, уже одетая и собранная, вышла на улицу и бодро зашагала к полигону. На утреннюю практику. За час до начала. Если сегодня у нас опять ведет Проклятая, ей не в чем будет меня упрекнуть.

Несмотря на раннее время, многие маги уже тренировались. Кто-то бегал, кто-то разминался; на нескольких площадках проходили спарринги. Невдалеке мелькнула тощая фигура Кириса. Увидев меня, он подошел и остановился рядом, избегая смотреть в глаза.

— Не вернулся? — сорвавшимся голосом произнесла я.

— Нет.

— Одаренная, мы не знаем, сколько времени ему понадобится там, — поспешил добавить Кирис. — Дай ему еще день.

Но и к вечеру Тарий продолжал отсутствовать. На тренировках я отвлекалась, пропускала атаки и косилась в сторону главной аллеи — не виднеется ли там знакомая фигура куратора, вышагивающая быстрым уверенным шагом?

А в перерывах пыталась отыскать Кириса, и каждый раз, едва заметив меня, тот мотал головой. «Не вернулся».

— Такое поведение непозволительно, Райас, — сухим голосом ругал меня Дейрен после вечерней практики. — Ты расфокусирована и невнимательна, и тормозишь команду.

— Так выгоните меня, — устало предложила я, думая лишь о том, что пора что-то делать. Пора спасать Тария.

— О. Это было бы слишком легко, — холодно улыбнулся он. — У меня разработана прекрасная система штрафов. И не таких перевоспитывал.

— Я могу идти? — перебила я его, увидев вдалеке Седых и Шарима.

Дождавшись кивка, бросилась догонять Проклятых.

— Ворон! — крикнула я, подбежав к ним. Тот, остановившись, обернулся. — Я знаю, куда отправился куратор Ош.

Остальные, услышав это, резко замерли и окружили меня.

Седая смерила недоверчивым взглядом, Шарим вскинул брови. Кирис, тоже оказавшийся здесь, мигал мне обоими глазами и гримасничал.

Да, я понимала, что среди них есть предатель. Но предателями ведь не могут быть все, верно?

Коротко, не вдаваясь в подробности, я ввела Проклятых в курс дела. Рассказала про Убежище, про их планы и про Арруха, мечтающего получить Тария.

— Райас, ты совсем поехала? — не выдержала Тиала. — Чего ты мелешь, что за ерунда? Другие Проклятые, тайный заговор…

Ворон молчал, но смотрел с нескрываемым сомнением. Профессор Джирут слегка приподнял уголки губ.

— Понимаю, как это звучит, — спокойно произнесла я, внутренне вскипев. Интересно, это качество Проклятых — считать, что Одаренные вечно пытаются их обмануть, или такие проблемы у них только со мной?! — Но зачем мне выдумывать? Куратор в опасности. Кирис может подтвердить!

Все тут же повернулись к мужчине.

А Кирис… повел себя как Кирис. Как будто не было последних дней и нашего неустойчивого, но мира. Передо мной вновь стоял тот самый мерзкий Проклятый, встреченный в первый вечер в лагере. Презрительно скривив лицо, он послюнявил палец и слегка пригладил тонкий ус, а затем встряхнул жидкими волосами и резко ответил:

— Гнатова девка, совсем ошалела?

— Кирис, не выражайся! — одернул его Ворон.

— Как не ругаться, когда приплетают гнат знает к чему! — Проклятый возмущался очень искренне. Не знай я, что он лжет, в его спектакле даже не усомнилась бы. — Не буду спрашивать, Одаренная, с чего тебе взбрело в голову, что я могу подтвердить твое вранье, но давай обозначим: я понятия не имею, что ты несешь.

— Шарим? Твои мысли? — сощурил глаза Ворон.

— Это не первый раз, когда я слышу про чужих, — он выделил последнее слово, — в Пустоши.

На лицах проступило недоверие, смешанное с растерянностью. Мое сердце заколотилось в надежде. Профессор Джирут продолжил:

— Видите ли, в ту ночь, когда случился большой прорыв, и оказалось, что несколько Одаренных, включая Райас, пропали, мы с Тарием отправились к границе. Нашли Ларейна. Тот, в свою очередь, рассказал, что Альяра кинулась в Пустошь, так как увидела людей. Правда, сам Ларейн подтвердить это не мог. Тарий бросился в Пустошь на поиски Одаренной, а я повел практикантов к Целителям.

Шарим замолчал. Молчали и остальные. Я слегка воспряла духом. Хотелось обнять вечно ворчливого преподавателя.

— Но это еще не конец истории, — разорвал тишину он. — На следующий день я поймал Тария и спросил, что же увидела практикантка, действительно ли людей? Очень любопытно мне было и одновременно тревожно. Чужие маги — это не шутки. Но командир рассмеялся и ответил, что Райас призналась в том, что все выдумала.

Щекам стало горячо, так горячо, что казалось, они сейчас вспыхнут. Взгляды, направленные на меня, пестрили презрением (Тиала), укоризной (Ворон), сочувствием (Шарим) и сожалением (Кирис).

Самое смешное — мне не в чем было обвинить преподавателя. Тарий, не желая, пока он не разберется до конца, сообщать кому-либо про Проклятый клан, наверняка на вопрос Шарима ответил первое, что пришло в голову. Или то, во что легко поверить. «Она придумала».

И теперь такая излишняя скрытность сыграла со мной злую шутку. Никто не воспринимал мою историю всерьез. А после рассказа Шарима шансы на это и вовсе упали до отрицательных значений.

Пробормотав что-то нечленораздельное, я попятилась, а затем припустила по аллее к корпусу.

От Проклятых помощи не дождешься. Пришло время отряда Одаренных!

Глава 17

Разговор с друзьями получился сложным и долгим — в который раз! Ведь мне пришлось дополнять уже рассказанные прежде события новыми подробностями и признаваться, что часть информации я утаила.

— Знаешь, Альяра, раньше ты столько секретов не хранила. И так не скрытничала! Проклятые плохо на тебя влияют, — хмыкнул Киш и добавил: — Без обид.

Сидящие на другой кровати Гиил и братья Ариджи широко ухмыльнулись, показывая, что все в порядке.

Проклятых привела Лейра, сказав, что не собирается держать в тайне от Гиила происходящее в лагере.

— В паре должно быть доверие, — произнесла она с интонациями Эйджела, похихикала и умчалась за Проклятым.