Дарья Ямнова – Комплексное ЗЛО. Шкафы и Шпионки (страница 4)

Мне же представилась возможность следить за целью, не вызывая никаких подозрений. Я сидела в коридоре на лавочке и ждала завхоза, чей кабинет находился в этом же коридоре. В конце концов, по официальной версии мне через одиннадцать дней сдавать свою комнату, нужно узнать, какие требования к этому процессу. Правда, госпожа заведующая Маленья Фрасгон не явится раньше четырех часов – у нее в это время променад по торговой улице.

Поэтому я со спокойной душой листала еженедельный журнальчик с вакансиями и периодически поглядывала за объектом слежки. Мужчина стоял ко мне спиной, в своем ужасно дорогом костюме и излучал власть. Правда, кому предназначалась вся эта давящая энергия, не понятно. Но в случае с дуболомами всегда так, не важно на кого производить впечатление – если в комнате нет людей, влияй на стены. Доминируй! Будь мужиком! Заставь эту стену просить о пощаде!

В очередной раз презрительно фыркнула. В пустом коридоре звук получался ну очень прочувствованный. Хорошо хоть в классе по позиционированию стояла звукоизоляция, и меня никто не пытается пришибить взглядом за проявленное неуважение.

Резкое движение чудом заметила каким-то периферическим зрением и, подняв голову, поняла – вот он, идеальный момент! То, что это был идеальный момент пустить свою жизнь под откос, я узнала немного позже. Но сейчас Табурет вылетел через террасу и побежал к полигону, оставив свой стакан с кофе левитировать в кабинете!

Никого в коридоре.

Никого в кабинете.

Идеально.

Судя по тому, как стремительно ректор ускакал в указанном направлении, строители что-то натворили, и он пошел спасать ситуацию. А я, проскользнув тенью в класс, прокралась к стаканчику и вылила туда приготовленное зелье. Его мне пришлось замаскировать под кофе в первый же день слежки, поняв очевидное – шансов с чаем просто нет. Ну и таскать приходилось везде с собой, ожидая как раз-таки подобного момента.

Удалялась я стремительно, про себя вознося молитву Опу – богу всего сущего, чтобы капитан допил свой кофе. Посетить завхоза тоже решила в другой день, сидеть в коридоре и, не дай Бог, попасться на глаза табурету было неблагоразумно. Проследить и убедиться в успехе миссии конечно хотелось, но я сочла разумным не рисковать.

Если через пару дней, пробежав всех целителей, капитан-полено не явится сам за помощью, то, может, просто не судьба и не стоит доводить дело до конца?

Глава 2. Секретный табурет

Вот уже третий день я откровенно предавалась унынию, рассматривая вестники с отказами. Магические силовые ведомства по-прежнему предпочитали мужчин, а теперь, видимо, еще и строка опыта работы преподавателем зельеварения, куда больше веселила вояк. А с момента моего увольнения прошла уже неделя, и никаких перспектив так и не появилось.

Даже уже решила, что и кофе новый ректор допивать не стал. Даже теперь считала, что это к лучшему. И моя идея изначально была отчаянной и бесперспективной, продиктованной эмоциями и обидой. Едва ли мужчина, который держал вверенный ему ВУЗ стальной рукой в ежовых рукавицах, проникся бы моим злым гением. Скорее бы замотал по стражам порядка, пытаясь добиться от меня признания.

А капитан, четко контролирующий стройку, адептов и уже даже обновивший педагогический состав, заставил с собой считаться. И чем больше я наблюдала за его деятельностью, тем больше мне становилось не по себе. Да и справедливости ради – уволил он не только меня, но и еще несколько сотрудников. Остальным грозился аккредитацией после первого полугодия.

Но две недели потребовала только я и теперь старалась как можно меньше попадаться на глаза новому ректору. Потому что смотрел он на меня с каждым днем все более мрачно.

И уж тем более я никак не ожидала, рассматривая очередной отказ, подпрыгнуть от ужасного грохота в дверь и требовательного:

– ГОСПОЖА САТОР! ОТКРЫВАЙТЕ! – раненным зверем ревели из коридора.

Не совсем осознавая, что привело несостоявшегося начальника в такое бешенство, я стремительно ринулась выполнять требование. Испугалась, что ректор придумал, как выселить меня досрочно.

– Я… – и в страшном сне не могла представить, что произойдет дальше.

Только и успела щелкнуть замком, как дверь яростно снесли, а на меня набросился разъяренный дарх. А это был определенно представитель малочисленной, весьма закрытой расы с лицом нового ректора. Глаза у мужчины были абсолютно черными, передние клыки заметно удлинились, а ногти явно трансформировались в когтища. Которыми этот дуб и схватил меня за шею, царапая нежную кожу. Приложил об стену и вздернул повыше, заставляя медленно задыхаться. Вцепившись в лапу урода, отчаянно пыталась сделать вдох и беспомощно трепыхалась.

– ТЫ ХОЧЕШЬ УБИТЬ МЕНЯ? – проревело чудовище мне прямо в лицо.

Чистым импульсом магии ударила скорее на уровне рефлексов, привитых в Спецтьме. Связно думать в такой ситуации не представлялось возможным. Благо на плохо поддающихся магическому воздействию дархов этот прием действовал также, как и на остальных. Мужчина дернулся, как от удара молнией и разжал руку. Я кулем рухнула к его ногам, судорожно глотая воздух, но тут же, не теряя времени, вскочила и увеличила расстояние, насколько позволяла комната. Схватила с табуретки подсвечник с кристаллом связи и выставив перед собой, как оружие, произнесла короткое заклинание “Этуорс! Служба охраны порядка!”. Капитан лишь мрачно сверлил меня своими полностью черными глазами. Молча.

– Охрана порядка, что у вас произошло? – буркнул кристалл.

– Нападение с применением физической силы третьего порядка! – четко произнесла я, продолжая смотреть глаза в глаза дарху, готовясь при малейшем изменении поведения мужчины обороняться.

– Высылаю спецотряд, не гасите кристалл, – свечение кристалла сменилось с голубого, на более спокойный белый, давая понять, что маячок работает, а связь уже нет.

Было странно видеть, что на все мои манипуляции капитан вообще никак не отреагировал. Даже на указанную квалификацию преступления ни одной мышцей не повел. А я четко указала, что нападение было совершенно с применением оборотничества. Это весьма серьезное обвинение. Раздумывая о причинах такого спокойствия, пояснила:

– Второй кристалл в подсвечнике записывающий. Вы ответите за это! – ткнула пальцем в продолжающую гореть кожу. Там явно проступали синяки, да и порезы от когтей неприятно щипали.

Вояка мгновенно успокоился. Хотя правильнее будет сказать, сменил ипостась. Втянул клыки, когти. Вернул себе карию радужку и зрачок. Размял кулаки, нормализуя кровообращение после оборота и сухо спросил:

– Кто тебя нанял, и почему они хотят меня убить?

Если бы этот здоровый мужик пару минут назад не тряс мной, как тряпичной куклой в воздухе, я бы уселась на кровать и долго продолжительно хохотала. Однако, такого извращенного хода мыслей даже предположить не могла. Именно этот шок помог вспомнить основную стратегию. И, кажется, сейчас придерживаться ее жизненно важно.

– Понятия не имею, что вы несете, – злобное шипение, – но это Вы! Вы только что пытались меня убить!

– Чем вы меня отравили, госпожа Сатор? – полностью вернув себе контроль, ректор перешел на деловой тон, – чистосердечное признание облегчает совесть и время пыток. Кажется так учат в академии Спецтьмы?

Типичная стратегия допроса преступников пошла в ход. Намекнул, что уже все обо мне выяснил. Только вот в "альма-матер" учили совсем по-другому: время пыток оттягивает время смерти. А я была лучшей не за красивые глаза.

– Вас отравили? – самое искреннее и душевное удивление. – Чем?

Во вранье главное святая вера в то, что говоришь правду. Вот и я честно не понимала о каком яде речь? Слабительное ни разу не отрава – оно вообще чистит организм и дает оздоровительный эффект. Несколько очень долгих мгновений меня сверлили взглядом, в котором непоколебимая уверенность все больше обрастала долей сомнения. Придя к какому-то выводу, дарх, не произнося ни слова, развернулся и вышел из комнаты.

А я устало опустилась на кровать, продолжая держать подсвечник. Кажется, у меня теперь очень большие проблемы. И покалеченная шея самая маленькая из них.

Пульсаром мне по голове, что здесь забыл дарх на службе у нашего королевства?! Они вообще из своих медвежьих углов стараются не выбираться. Откуда среди этих нелюдимых товарищей выискался такой карьерист? Может, полукровка? Конечно, в нашем обществе не принято было говорить о расовой принадлежности, потому что все давно перемешались, а порой и вовсе утрачивали основные признаки. Но ректор точно принадлежал к тем, кто парился о чистоте крови и сохранении своего вида.

В открытую дверь для проформы постучали.

– Старший страж Охаро. Дольгорская охрана порядка, – представился вошедший худой мужчина в форменном бордовом одеянии.

Следом за ним двигался еще один страж: пониже ростом и явно с оборотнями в роду. Блохастых всегда было проще вычислить среди людей, чем многие другие расы. Вот и этот представитель любвеобильного народа страдал повышенной растительностью на теле и нелепой манерой двигаться. Полный оборот для них был не только весьма болезненным процессом, но и накладывал на человеческую ипостась рефлексы животного тела. В котором с более длинным руками и ногами двигаться приходилось по-особенному: делая шаг, они сначала ступали на мысок, при этом высоко поднимая колени и плечи. Складывалось впечатление, что парень слегка подпрыгивает во время ходьбы.