Дарья Ву – Ведьма для императора (страница 36)

— Могу я обратиться к вам как к старшей? — с доброжелательной улыбкой начала она. — Вы знакомы с императорской семьёй и уже бывали здесь раньше, а мне бы понадобился ваш совет.

— Не её? — вздохнула Райя в мою сторону, под смешок своей спутницы. — Конечно, Дзюн, я о вас позабочусь, как того просила ваша матушка. Запоминайте: если кого-то под свою опеку взял мужчина, приближённый к императору, это ещё не значит, что она достойна вашей дружбы.

Не справившись, я выпустила огонь. Короткий всполох окутал мои руки до локтей. Борясь со злостью, я с трудом старалась затушить красные всполохи.

Дзюн встрепенулась. Райя лишь хмыкнула, не придав вспышке значения.

— Вот видите. Она даже не способна себя сдержать. Сразу видно простолюдинку.

— Прошу простить, — сквозь сжатые зубы процедила я. — Людям сон необходим чаще, чем тенери. Должно быть, я устала.

Склонив голову и присев, я не сразу обратила внимания на перемену вокруг. И лишь когда выпрямилась, заметила, что девы, включая Хасели, смотрели на моё запястье. Рукав обгорел, продемонстрировав помолвочную печать и им.

Райя среагировала первой. Издав не то рык, не то крик, она развернулась и стрелой покинула комнату. Девушка, которая весь день провела возле неё, извинившись, помчалась следом. Дева, которая сопровождала Дзюн, лишь тихонько охнула, упомянув богов. Обсидиановые глаза Дзюн загорелись детским восторгом.

— Это же символ правящей семьи! — повернулась она к своей личной деве. — Это он, верно?

— Да, моя госпожа, — тихонько просипела она.

— Так вы не фаворитка Сагамии, — развернулась Дзюн ко мне.

— Вообще-то, — всё ещё тихо продолжила дева, указывая пухлым пальчиком в сторону моего запястья. — Символ семьи Сагамия там тоже присутствует.

— Ну, да, — нехотя призналась я и ощутила, как жар расползается по щекам и шее. — Только давайте мы обсудим это завтра. Мне и правда надо бы прилечь.

Я вылетела из комнаты ни на миг не менее стремительно, чем Райя. Вот только сбежала не к себе, а в сад. В беседку, потому что других мест во дворце не знала.

Уселась в уголке так, чтобы снаружи остаться незаметной. Подобрала ноги и обняла руками, а лицо спрятала в коленях. Не хотелось ни двигаться, ни существовать вовсе. Ну разве плохо мне жилось в нашей деревне? С утра до ночи занятая ходила. И никогда не приходилось думать о том, что будет завтра? Мне всегда говорили, что и как делать. Да, ругали, бранили. Да, отгородились от меня, как от прокажённой, но как же там было тихо и спокойно.

Слёзы текли по моим щекам, а с ними уходили как горечь, так и оставшиеся силы. Когда мне на плечи лёг плед, я находилась на грани сна и яви, и не понимала, кто подхватил меня на руки и куда понёс.

Глава 66

Проснулась я в просторных и светлых покоях. Над широкой, мягкой постелью стелился полупрозрачный балдахин. Потянувшись, я почти позабыла о том, что произошло за вчера. В комнате пахло благовониями, терпкими, но приятными. Лёгкий ветерок скользил по тканям, внося свежий воздух. Я ощущала себя невероятно выспавшейся и бодрой. Давно такого не бывало. С довольной улыбкой я перекатилась с боку на бок и замерла.

С улыбкой за мной наблюдал император, который, как оказалось, тоже лежал со мной в этой уютной постели.

— Доброе утро, ведьма.

Шурша тканью, я натянула одеяло до подбородка.

— Что заставило тебя заснуть в беседке? Ждала меня?

Невнятно промычав в ответ, я подтянула одеяло повыше.

— Ты вольна приходить ко мне и сюда. Ни к чему делать вид, что наши встречи случайны. Сегодня я объявлю о нашей помолвке. Так что не беспокойся о своём статусе в моём доме.

— И не думала, — шепнула в ответ я и закусила губу.

— Я опробовал твою силу. Её так много, что удивительно. Ты знала, что, обычно, вее нужно дня два на восстановление после? Ты же на ногах всего спустя ночь, — Муроми задумчиво глядел на меня. — Вместе мы смогли бы обладать такой силой, о которой другие и мечтать не смеют. Ты помогла бы мне укрепить власть.

— Кто может сомневаться в вашей власти? — с сомнением спросила я. Не думаю, что я подхожу вам. Понимаете?

— Мы слишком разные, в этом вся прелесть, — голос императора звучал убедительно, а синие глаза сверкали решимостью. — Именно поэтому наши энергии прекрасно дополнят друг друга.

Он коснулся моего лба. С нежностью и деликатностью сместил волосы с моих глаз. Придвинулся, нависая надо мной, и коснулся моего лба своим.

— Летта, — моё имя, прозвучавшее из его уст, наполнилось удивительной нежностью, — Ты— уникальная и могущественная ведьма. Драгоценный камень, которому не хватает всего-то огранки. Вместе мы достигнем небывалых высот.

Казалось, Муроми говорил лишь о власти, но в его словах проскальзывало нечто большее. Я смотрела в его удивительные по своей яркости узковатые синие глаза, и мне чудилось в них что-то глубокое и тёплое. Мне захотелось придвинуться ближе. Сбросить одеяло, чтобы высвободить руки и обнять мужчину.

Да, он меня не любил. Я это понимала. Да, говорил обо мне, как любой тенери, как о способе подпитки. Однако я чувствовала, что о таком источнике император готов заботиться со всей щедростью и нежностью, на которую он только способен. И ещё мне показалось, что он просто не встречал любви. Не знал этого чувства. Уж не знаю, какой смелостью я наполнилась рядом с ним, но так об этом и спросила. В лоб.

Глаза Муроми на миг расширились. На лице его отразилась растерянность, которая, правда, вскоре сменилась привычным спокойствием.

— Мои родители женились по любви, но их любовь жила недолго. Я слышал, как часто они ругались, пусть перед подданными всегда вели себя подобно возлюбленным. Матушка обвиняла отца во многом, но никогда в связях с другими женщинами. Только этот разговор вряд ли понравится тебе.

— Мне интересно, очень, — подбодрила я, обращаясь вслух.

Улыбнувшись Муроми продолжил. Он рассказал, что, пусть его отец всегда был верен его матушке, пусть привёз её из дальних земель и по любви сделал своей женой, их чувства угасли слишком быстро. Его мать находила отраду в заботе о своих сыновьях и Коэне, которого они приняли в дом на воспитание ещё до их рождения. Муроми отзывался о своих родителях с теплотой. Вспоминал, как любил проводить время с ними, как Рёмине в детстве закатил истерику, когда назвал Коэна братом, а его за это отругали и разъяснили, что Коэн жил с ними лишь для того, чтобы Сагамия оставались верны императорской семье. Лишь раз в рассказе Муроми проскользнула горечь. Тогда он подходил к самому концу своего повествования.

— Когда мы думали, что любовь между матушкой и отцом возродилась, когда матушка огорошила нас о том, что вскоре у нас появится ещё один брат или сестра, они уехали в северные земли. Там зимы суровые, а города и сёла вырастают в тени высоких гор, и дороги, порой, пролегают на невероятной высоте между снежными пиками. С такого моста и сорвался их экипаж. Отца и матушку отыскали лишь спустя две недели после схода лавины и разрушения моста. Матушка была обычным человеком, без капли магии. Отец собрал все тени, которыми только был способен управлять, но спасти не сумел ни себя, ни её.

Я не знала, что сказать в ответ. Муроми потерял родителей, едва войдя в брачный возраст. Хлюпнув, я попыталась не расплакаться. Тонкий, изящный палец смахнул слезу с моей щеки.

— Не стоит печалиться, ведьма.

Отчаянно закивав, я лишь повеселила мужчину. Он придвинулся ко мне. Обнял и потянулся к моим губам, когда послышался стук. Сев так, словно кого-то ожидал, император повелел:

— Войдите.

— Ваше Величество, — на пороге показался слуга с низко склонённой головой. — Пришла весть от гарпий. К вечеру посол прибудет в столицу.

Глава 67

Муроми

К вечеру — слишком рано. Я ожидал гарпий дня через два. Не пользовались же послы амулетами?

Конечно! Крылатые твари сократили свой путь полётом. Зачем обходить горные цепи и искать мосты через реки, если можно перелететь в любом желанном месте.

Кивнув слуге, я велел слуге подготовить дворец к встрече важных гостей. Ведьма смущённо потрескивала прорывающимся огнём на моей постели.

— Не спали, но можешь остаться отдохнуть, если желаешь.

Я оставил девушку одну, а сам занялся делами. Хотелось расправиться с обыденным скорее, чтобы успеть передохнуть перед встречей с гарпиями.

К их приезду послов в тронном зале собрались многие из тех, кого я надеялся увидеть подле себя, и те, кого слишком поздно было куда-то уводить. Так, я видел, как в дальнем уголке собралась маленькая стайка дев во главе с юной Хасели. Должно быть, она надеялась встретить Рёмине, не зная, что он уехал ещё ночью. Коэн о чём-то тихо беседовал с ведьмой. Она слушала внимательно, пугливо озираясь по сторонам. Во дворце в этот день присутствовал и Мэйру, которого прислал Рёмине. Изначально его верный пёс не планировал оставаться, но услышав про гарпий, решил задержаться. Не понимаю, что интересного в крылатых тварях? Или он надеялся, что я буду отстаивать права Саада на Серые скалы?

Солнце успело закатиться, когда объявили о прибытии гарпий. Лишь магические фонари освещали тронный зал, отбрасывая достаточно длинные тени по полу, чтобы любой наш житель сумел подтянуть их в случае необходимости. Я даже подивился, что гарпии не пожелали прийти в олее светлое время суток, посчитав, что мы могли оказаться слабее при более ярком свете.