Дарья Ву – Спасти демона (страница 27)

– Нет, – голос подвёл, и я скорее прохрипела, чем ответила.

– Молодец, – Тадеус погладил меня по волосам. – Не убивай просто так. Никогда. Это всё?

– Да. Я скоро ещё раз приду. Есть предпочтения к еде?

– Ты.

Я даже икнула от удивления. Тадеус смерил меня любопытным взглядом, но без улыбки.

– Шутишь?

– Я похож на шутника?

– Тогда, что это значит?

– После того, как Костроун вытянул часть моих сил, обычная еда восстановиться не поможет. Я тебя не убью, алхимик. Не бойся. Когда мы заключили сделку, ты уже давала мне часть своих сил.

Я непонимающе посмотрела на демона. Он положил подушечки пальцев на мои губы, но быстро отнял их.

– Очень надо? – еле слышно спросила я.

– Чем скорее, тем лучше.

Я сглотнула и переплела пальцы рук. Тадеус сидел очень близко, но не торопился подпитаться. Он терпеливо ждал разрешения, либо отказа. Я никак не могла решиться. Белый демон потянулся ко мне и остановился в паре сантиметров от моего лица. В те же секунды сердце отбило чечётку, и я захотела рискнуть.

– Хорошо, – хотела сказать Тадеусу, но голос совсем сел.

В итоге я лишь беззвучно пошевелила губами, но этого оказалось достаточно. Тадеус прильнул к моему рту, жадно как в прошлый раз. Он целовал и покусывал. Я попыталась отстраниться, но горячая ладонь легла на затылок и не позволяла сдвинуться. Тадеус вбирал мою силу, а тело всё сильнее покалывало. Мурашки разбегались по рукам и ногам, а шея нагревалась под бархаткой Звезды Тера. Язык скользнул по сомкнутым зубам. Тонкие пальцы резко потянули меня за собранные волосы. Я пискнула, но Тадеус вобрал и этот звук, проникая и изучая мой рот настойчивым языком. Руки отяжелели, по ногам прошлась судорога. Голова гудела, а шея и горло были готовы вот-вот загореть.

– С тебя хватит, – выдохнул демон у моих припухших и раскрасневшихся губ.

Я бы совсем легла на пол, но демон упрямо держал меня за волосы и (чего я не заметила раньше) поддерживал под спину. Он смотрел с нежностью и благодарностью, а я с удивлением. Синяки под белесыми глазами прошли. Его дыхание, слегка прерывистое, в тоже время звучало чисто и без хрипов (что, увы, нельзя сказать о моём). Белый демон выглядел отдохнувшим, впервые за все наши встречи. Это успокоило меня и позволило улыбнуться. Тадеус отпустил, а я повалилась на него. Теперь поесть необходимо мне. И срочно!

– Сумеешь подняться? – спросил Тадеус над ухом.

Я пыталась кивнуть, но отяжелевшая голова не шелохнулась. Хотела сказать, но лишь промычала в ответ. Так и сидели. Не то чтобы долго, но странно. В терпеливости вспыльчивому демону порой не откажешь! Он даже вовсе не посмеялся надо мной, когда на карачках поползла к лестнице из подвала и, обеими руками ухватившись за поручень, невероятно медленно волочила ногами. Очутившись на кухне, я кинулась к остывшему пирогу и, сграбастав аппетитный кусок, уселась на пол. Спустившийся на кухню Жан ошеломлённо оглядел меня и поджал пухлые губы, но спрашивать ничего не стал и отрезал ещё один кусочек. Он опустился на пол возле меня и прислонился спиной к кухонной тумбе.

– Выглядишь неважно, – всё же сказал друг.

– Так надо, – осипшим голосом ответила я.

Новый школьный день не привнёс никаких новшеств, разве что Тиббольт влепил всему классу по двойке, а мне, как единственной представительнице женской части всего класса, вырисовал в журнале жирный кол. Затем на физкультуре наш класс поставили против класса Аргуса, натянули сетку и заставили перебрасываться мячом. Несколько раз я получила по голове, а один – в живот. Воздух вмиг покинул тело, а оставшиеся уроки я пролежала на пропахшей лекарственными травами кушетке в медицинском кабинете школы. Мою кушетку задёрнули белой шторкой, чтобы не мешать. Я разглядывала облупившийся потолок и ненароком подслушала обрывок разговора, заглянувшего за чем-то Тиббольта с ещё одним преподавателем.

– Да, завтра. Наконец-то, – зло прокряхтел Тиббольт.

– Да плюнь ты, Тиб. В городской библиотеке наверняка ещё одна найдётся.

– Плюнуть? На воровство? Я этого мелким засранцам так не прощу!

– Хорошо, я знаю, что сделаем…

Продолжения я уже не слышала, но ясно поняла – разговор о стащенной мною книге. Не перепрятать ли?

Для приличия я полежала на кушетке ещё немного, прежде чем подняться в башню и там споткнуться о голема, так неудачно вставшего под дверью прямо перед моими ногами. День определённо не мой!

– Альва, привет, – голем приветливо махнул мне своей ручищей.

Похоже малыш даже не заметил моего пинка. Я улыбнулась в ответ и погладила шероховатую глиняную голову.

– Где все?

– Голем не знает. Всех много. Рой приближается.

– М-м-м, – протянула я, всё ещё стоя возле двери.

Дверь резко раскрылась (на моё счастье делает она это наружу, а не внутрь), а в проёме показался глава клуба. Он довольно грубо приказал голему вернуться на место и внёс запылённый мешок. Я помогала Рою вытряхнуть пересохшую глину в специальный таз с водой, а потом он вручил мне вращающийся круг и помогал вылепить вазочку. Голем при этом выбрался из своего укрытия и пристально за нами наблюдал, словно и сам хотел поучаствовать.

Наверное, наш клуб самый странный в школе. Во всех остальных есть точное расписание дней, когда клуб открыт. На керамику же мы ходим, когда сами того захотим. Рой приходит каждый учебный день, остальные два-три раза в неделю. Мы оговариваем с Роем дни прихода на неделю вперёд, чтобы глава не ждал просто так.

– Альва, смотри за вазой! – крикнул Рой, отвернувшийся от меня всего на пару секунд.

Погрузившись в размышления, я не заметила, как съехала рука, повалив стенку. Вазочка не разрушилась, но приобрела весьма изогнутые линии, подобно змее.

– Я и слежу, – насупилась, не признавая промах. – Оригинально получается?

– Весьма. Только в твою вазу ни один цветок не войдёт.

– И не надо.

– Надо, – спокойно сказал Рой. – Остановись.

Я послушно остановила крутящуюся подставку и отпустила вазочку. Рой взял широкий стек и вставил его в горлышко, крутанул и вытащил вместе с лишней глиной. Затем повторил, выравнивая стенки изнутри и готовя вазочку к несуществующему цветку. Я на пару с големом внимательно наблюдали за главой клуба. Глазки голема ярко светились, а ушки заинтересованно приподнялись. Я вновь отвлеклась от вазочки и рассматривала маленькое существо. Когда Аргус собрал Дункана, то вставил в него жучков. И вставил так, чтобы всегда можно было заменить. Голем с головы до ног из глины, и не видно никаких съёмных либо открываемых частей.

– Рой, а чем ты подпитываешь голема?

– Амблигонитом, – без запинки сказал глава.

– Амбрига… Что?

– Амблигонит – камень, передающий природные Силы. Он вместо сердца у голема. И, конечно же, печати. Я использовал три.

– Здорово! Ты уже умеешь накладывать печати. Напомни, на каком курсе учишься?

– На втором, но, Альва, меня отец с детства обучал свойствам камней и печатей. Не всё, что я знаю, нам уже преподают. И не всё преподавать будут.

Я огорчённо вздохнула. Печати – это то, что мне знать жизненно необходимо, а как иначе спасти Тадеуса? Я встряхнула головой, вспомнив ещё один с ним поцелуй. По телу прошлась волна жара, а Звезда Тера коротко блеснула в ответ.

Голем весело прыгал с ножки на ножку и всматривался в тяжёлую печь для глины. Наверняка он и сам когда-то побывал в ней. Я смотрела за Роем, перебирающим размякшую в тазе глину от ненужных камушков, а на языке вертелась просьба научить меня всяческим печатям. Предпочтительно: печатям подчинения и с обязательными разъяснениями того, как от этих печатей избавиться. Видать, смотрела я излишне пристально, потому что Рой смутился и сделался каким-то неловким. Да и голем его поинтересовался, не желаю ли я покинуть клуб и пойти домой. И так, мол, засиделась. Захотелось пнуть создание, но сдержалась. Я попрощалась и с големом, и с его создателем, напомнив, что завтра обязательно приду на керамику. А для себя подумала, что тогда и попрошу Роя позаниматься со мной изучением печатей, раз он так хорошо их знает! Заодно придумаю, как подать просьбу. У выхода из школы я заметила Моргана. Влажные пепельные волосы обрамляли усталое лицо старшекурсника. Я затормозила и шмыгнула за колонну-подставку с папоротником. Но, как говорится: что работает однажды – не всегда помогает дважды! Келли меня заметил, и пришлось оправдываться:

– Кольцо укатилось, – жалобно пискнула я.

– Помочь? Как выглядит?

– Не надо, – я выставила перед собой руки. – Уже нашла.

– Тогда, как насчёт похода в «Бурёнку»? Или ты опять занята?

– Свободна.

Моргану не пришлось дважды повторять приглашение в трактир. Я с радостью взялась за предложенную руку и направилась со старшекурсником. Морган весь путь не отводил от меня фиалковых глаз, а я мило улыбалась, пока скулы не заныли. Если Жан прав, то Морган ведёт со мной игру, причём нечестную! И потому я решила, что если уж провалила школьное состязание, то сейчас победа будет за мной. Только как вытянуть из старшекурсника правду?

В «Бурёнке» доверилась вкусу Моргана и оставила его в очереди, а сама спустилась в подвальный зал. Заняла дальний от лестницы круглый столик и в ожидании разглядывала помещение. Наверняка, широкие балки, подпирающие потолок и стены, круглые столики и чёрно-белые стульчики с круглыми спинками, а также картины на стенах должны добавлять уюта. Тусклое жёлтое освещение в маленьких, подвешенных на медных цепочках, светильниках задумано так, чтобы привносить романтичный настрой в мысли и сердца посетителей. Лишь некоторые столики заняты и почти не слышно голосов. Я вспомнила первое задание школьного состязания, скорее всего, и здесь звуки заглушают каким-то магическим способом. Иначе объяснить отсутствие вечного гомона, стоящего возле касс и лент с едой, невозможно.