Дарья Ву – Пешка. История Дафны (страница 36)

– Иман вернулся,– тихо поделилась подруга. – Думаю, он приходил ко мне, но вспомнил, что теперь здесь ещë и ты.

Янина покивала своим мыслям и устроилась рядом со мной.

– Он заходил к тебе раньше?

– Вообще-то нет, – тихонько поделилась Янина. – Но я точно знаю, что нравлюсь ему больше этой крашеной дуры.

Я вздохнула. Янина обиженно хлопнула меня ладонью по макушке.

– Я знаю. Не дура, – пробурчала она. – Но согласись, у меня куда больше шансов, чем у тебя с тем парнем.

– О чëм ты? – спросила я, готовясь услышать что-нибудь неприятное.

– Иман всегда поддерживал меня и никогда не строил из себя того, кем не является. А тот студентик-страж? Он мне сразу не понравился. Такой нахохленный, общался со мной, словно я из грязи. А ведь мы, Дафна, из одного приюта!

– Ты его не поняла, – попыталась я вступиться за Каиля.

– Да? Ну, может он с тобой и мутил в той академии, но явно играл. Иначе бы не отступился, а пошëл за тобой. Говорил, что мечтает стать воином, а сам предпочëл остаться за учебными стенами, когда ты пошла к настоящим воякам. Настоящий парень никогда бы так не сделал. Он бы обязательно вëл себя одинаково. Ну! – Янина пощëлкала пальцами, подбирая слова. – Сказав, что хочет стать воином, он бы пошëл за тобой. Ведь это двойная удача. И любимая под боком, и слава воинская! Что скажешь?

– Спать пора, – буркнула я, прячась с головой под одеялом.

Янина говорила что-то ещë, но я не прислушивалась. Пускай подруга во многом ошиблась, но кое в чëм оказалась права. Когда мы с Каилем общались с ней в Ардоре, он всячески выказывал интерес ко мне, а стоило вернуться в академию – отгораживался. Он со мной играл, а я позволила ему слишком много.

Вскоре Янина заснула. Я вылезла из-под одеяла и уселась под приоткрытое окно. По щекам текли слëзы. Я безуспешно стирала их рукавами и тихонько всхлипывала, надеясь остаться наедине со своими эмоциями. Память подкидывала яркие воспоминания. Она смешала воедино его слова о невесте и пылкие признания в любви, произнесëнные столь тихо, что почти и неслышно. Отстранëнность в учебных коридорах с ощущениями поцелуев на щеках, ключице и рëбрах. Разговор его матери и сестры о той девушке и приглушëнный стон Каиля. Его уверенные движения и слова. Я кусала губы и с нарастающей обидой думала о том, что не первая купилась на приглашающую улыбку.

Дверь открылась. В тëмном коридоре стоял Иман. Он оглядел спящую Янину, перевëл взгляд на меня, поспешно стëршую слëзы с лица.

– Иди за мной, Дафна, – спокойно проговорил мужчина и пошëл к балкону.

Я заметила, что он сгорблен. Левое плечо ниже правого, а низ рубахи мокрый. Пропустив меня перед собой, он закрыл дверь. Подошëл к перилам и опëрся о них. Я боялась заговорить первой, а потому просто стояла рядом с Иманом и ждала, что же будет дальше. Ночь оказалась ясной. Тонкий серп растущей луны окружали яркие точки звëзд. Деревья шелестели листвой, а из недр дома доносился чей-то храп. Наконец Иман выпрямился и повернулся ко мне. Он расстегнул рубашку и показал мне рваную рану на левом боку. Как от когтей. И спросил, что я могу с этим сделать. Я шумно втянула воздух и закусила щеку. Подошла к нему молча. Осмотрела рану и принялась за лечение. При других обстоятельствах я бы попросила стакан воды, чтобы вытянуть его с природной силой, но боялась показаться неопытной, неспособной. И потому притягивала силу из влаги в воздухе. Еë хватало с трудом, но у меня получалось. Рана постепенно затягивалась, а мужчина с интересом наблюдал за мной.

Убедившись, что рана закрылась коркой, а грязь из неë вытянута, я отступила на шаг и посмотрела в его лицо. Мне показалось, что глаза мужчины слегка отличаются. Будто один чуть светлее другого. Я моргнула и смущëнно отвернулась. Такого просто не могло быть, ведь все Пешки люди. Если бы Иман был стражем, Калеб обязательно рассказал мне.

Глава 22

Весь день Янина находилась в приподнятом настроении. Под вечер она поделилась со мной своей радостью. Иман дал добро на мой поход с ней на арену. Он впервые разрешил мне покинуть дом. Я шла с Яниной, Фадеем и Лией как их лекарь. Это также была очередная проверка для Фадея. Будучи Пешкой он выходил на арену во второй раз. Я сильно сомневалась, что помимо нас там Пешек не будет, но ничего не сказала. Пришлось согласиться, что это здорово. Меня признали.

Мы вышли, едва солнце начало садиться. В зале место заняли тоже, на котором я заметила Яну, когда приходила туда с Каилем. Я невольно взглянула на столик, за которым мы тогда были. Его занимала шумная компания. Это радовало. Я надеялась, что это знак – Каиля или же его старшего брата сегодня не будет. Встречаться с кем-то из них не хотелось.

Лия отметила нас в списке бойцов. Фадей заказал еду и выпивку. И чай для меня. Красный.

Нам предложили подождать два боя. День оказался богат желающими выйти на арену. Прямо сейчас один боец избивал другого. Иначе я это назвать не могла. Поверженный лежал в луже собственной крови, а победитель не спешил остановиться. Он бил и бил. Кулаками в лицо. Янина наблюдала за каждым движением, а на ë губах расцветала хищная улыбка. Лия с отвращением сообщила, что проигравший это заслужил. Фадей молчал и пил пиво, но тоже наблюдал за издевательством. Я смотрела на Янину и не понимала еë восторга.

– Ты же понимаешь, что спускаться на арену опасно? – не выдержала я.

– Не опасней, чем драка в подворотне. И ты теперь с нами.

Наконец, с победным рыком боец на арене поднялся. Он поднял руки и оглядел зал под крики толпы. Второй не шелохнулся. И его выволокли за ноги.

Ведущий сообщил, что сегодня день необычный, потому что к ним пришëл Медведь, и указал на победителя, оставшегося на арене. Медведь хотел стать королëм арены. Он не собирался уходить, пока остаются противники. И я с ужасом поняла, что Пешкам придëтся сражаться с ним.

– Яна, я не уверена, что сегодня стоит выходить, – тихо шепнула я, чтобы кроме подруги меня никто не услышал.

– Ерунда, – также тихо ответила она и приблизила губы к моему уху. – Осторожнее со словами. Я предупреждала, у нас всë по-настоящему. Это не какая-то сраная академия.

Кивнув, я натянуто улыбнулась. Янина смотрела мне прямо в глаза. Губы напряжены, глаза слегка сужены.

– Хорошо, сдаюсь. Я сомневаюсь в себе, а не в вас, – попыталась я еë успокоить. – Раньше лечила только лëгкие ранения.

– А то я не знаю, – усмехнулась подруга, вроде бы расслабившись. – Какие могут быть серьëзности под вечным надзором?

– Никаких.

– Я первый, – уверенно сообщил Фадей, когда и следующий противник Медведя кое-как покинул арену.

Лия согласно кивнула, Янина хотела спорить, но пропустила парня вперëд себя. Я мысленно его благодарила, надеясь, что Яне так и не придëтся выходить на арену. Ведь если Фадей победит, то ей незачем с ним драться, верно? А у него шансы были. Я смотрела за Медведем. Мужчина запыхался. К тому же в перерыве между прошлыми боями он промочил горло вином. И пил вновь. На его груди и руках расцвели порезы. Тëмной кровью наливалась левая штанина. Я мысленно надеялась на победу Фадея, не представляя правда, на что способен юноша.

Он двигался как кот. Уверенно и ловко. Плясал вокруг уже менее поворотливого противника, напоминая мне хвастающего Каиля. Фадей вышел на арену без оружия. Он заявил, что с радостью одолжит его у Медведя. Кто-то рассмеялся подобной наглости. Лия и Яна никак не выдали беспокойства, если испытывали его. Похоже переживала за Пешку лишь я. И зря. В этом я убедилась скоро. Гибкий и проворный он без труда уворачивался от каждого выпада захмелевшего короля арены. Мгновенье назад парень защищался, а спустя миг нападал. И не с пустыми руками. Я удивлëнно и заинтересованно подалась вперëд. Лия довольно рассмеялась. Янина пробурчала, что больше не намерена никого пропускать вперëд. Следующей выйдет она. Я посмотрела на неë и закусила изнутри щеку, чтобы ничего не сказать. Мне не хотелось отпускать подругу. Но она ждала своего выхода с таким упоением, словно жила ради этого. Я смотрела в еë нетерпеливые глаза, на пересохшие губы и зарумянившиеся от духоты щëки.

Вдруг кто-то вскрикнул. На секунду повисла тишина, а после толпа возликовала. Янина жадно облизнула губы, не сводя взгляда с арены. Я тоже посмотрела вниз. Фадей, улыбаясь не добрее подруги, рассматривал окровавленное лезвие в своих руках. На его рубахе и шее блестели капли свежей крови. Медведь лежал лицом вниз, но даже так я не сомневалась, расползающаяся по полу лужа из его горла.

Арена и пространство вокруг закачалось и поплыло. Я закрыла глаза и опустила голову. Не хватало вырвать в присутствии Пешек. Словно сквозь воду до меня доносились звуки вокруг. Я слышала, как Фадею предложили остаться и попробовать свои силы повторно. Янина протиснулась мимо меня. Лия воодушевлëнно заявила, что такого она ещë не видела. И я рискнула открыть глаза, чтобы увидеть внизу Янину, готовую вступить в бой против Фадея.

Я не смотрела на бой. Соврала, что хочу в туалет и огляделась по сторонам.

– Придëтся выйти на улицу, – недовольно сказала Лия. – Только поторопись. Подлатать придëтся обоих.

– Само собой, – криво улыбнулась я.

В ушах гудело. Я шла против толпы, а она раскачивалась. Никогда ещë не замечала за собой морской болезни.