Дарья Волкова – Ты не опоздал (страница 14)

Сашка прав. Это форменное бесстыдство — покупать такие машины. Это ж не машина, это дом на колесах! Всем известный логотип одного их крупнейших автоконцернов, огромные колеса, блеск металла. Дорогая и статусная машина — это понимаю даже я, которая в машинах не понимает ничего от слова «совсем».

Так вот как выглядит «большая нефтехимия» в деле… Тогда, в нашей юности, Богдан был равным нам по достатку. Даже, наверное, наша семья была чуть выше. По крайней мере, Богдана регулярно подкармливали у нас дома, поскольку он жил в общежитии. А теперь…

Присвистывает Зизи.

— Пожалуй, я согласна. На шарики.

— Буду счастлив поработать свадебным шофером, — церемонно склоняет голову Богдан. Я по-прежнему не понимаю, что происходит между Богданом и Зизи. Точнее, я не узнаю Зизи! Где ее фирменная легкость в общении? Ладно, у нее-то я всегда смогу спросить, в чем дело. И что она думает по поводу Богдана Тамбовского. Но, конечно, это стоит делать не сейчас.

— Ариш, все забываю спросить — ты на свадьбу придешь одна или с Русланом?

Хлопаю от неожиданности глазами. Я вроде бы и не давала повода думать, что притащу Руслана с собой. То, что мы с ним время от времени дружим телами, еще не повод идти с ним на свадьбу к брату. Ну и что, что он Сашке и папе машины починил? Не бесплатно, между прочим. Правда, сделал Руслан вроде как на совесть, ну у него в целом руки золотые, автомеханик от бога. Но это не повод приходить с ним на свадьбу. Я, кажется, даже не говорила Руслану, что у меня брат женится. Или говорила, а он никак на это не отреагировал?

С запозданием понимаю, что на меня все смотрят. Приходится прокашляться.

— А… Ну… Нет, наверное, одна.

— Ну, если что — мы с Сашей будем рады видеть Руслана у себя на свадьбе, — отрезает Зизи. — Ну что, Саш, поехали? Нам еще Наташку забрать надо из художки. Арин, тебя подвезти?

— Я могу отвезти Арину.

Так. Что тут вообще происходит?! Но со словами у меня внезапно выходит не очень. А когда случается очень, то Сашка с Зизи уже прощаются со мной, садятся в свою машину и уезжают. А я остаюсь наедине с Богданом.

Приплыли.

Он открывает передо мной дверь.

— Прошу.

Кто бы мне сказал… Тогда… Что спустя десять лет я окажусь вот в этой вот точке?.. Не поверила бы.

Внутри бежевая кожа, дорого-богато. Неожиданно думаю о том, что сказал бы Руслан, если бы узнал, в какой я машине каталась? Он по дорогим тачкам кипятком писает.

Чувствую, что Богдан со своего места смотрит на меня. Мне приходится сделать над собой усилие, чтобы повернуться к нему.

Какой же он… другой. Ловлю себя на том, что тот парень, в которого я была влюблена — его больше нет. Это и к лучшему, наверное.

— Сильно изменился, да?

В этом новом Богдане мне ужасно нравится голос. Безоговорочно. Почему-то не могу вспомнить, какой у него был голос в двадцать. Была ли в нем эта почему-то волнующая меня хрипотца. Вместо ответа мотаю головой.

— Неужели не изменился? Не верю. Ты на меня смотришь практически с ужасом.

Тут я снимаюсь с тормоза немоты.

— Нет! Не с ужасом. Просто… Знаешь, почему-то не думала, что ты отпустишь бороду.

— Мне не идет?

— Идет. Просто неожиданно, — а еще мне неожиданно, что мы обсуждаем изменения во внешности Богдана. Не успеваю придумать, что еще сказать, как Богдан срабатывает на опережение.

— А я сказал правду. Ты настоящая красавица. Это и тогда была видно, но сейчас ты просто… — щелкает пальцами.

Кошмар. Я краснею. Я краснею! Я не считаю себя красавицей. Так, без больших косяков во внешности, и ладно. Меня все устраивает. А за свои глаза даже благодарна родителям — если верить статистике, то это самый редкий цвет. А у меня еще и оттенок красивый. Ну, мне нравится.

Но сейчас, когда Богдан, глядя мне в глаза, говорит, что я красавица, то я… Да я все сразу! Я краснею, реально чувствую, что щеки горят! А еще думаю о том, как была бы счастлива тогда, десять лет назад, если бы Богдан на меня так смотрел и такое говорил. А еще мне совершенно непоследовательно хочется спросить — а что ему во мне больше всего нравится. А этот вопрос — полная дичь!

— Спасибо, — у меня все-таки получается подобрать слова. — Но мне кажется, ты ко мне предвзят. В память о моих тортах.

Богдан смеется. У меня опять неправильные мурашки от его хрипловатого смеха.

— Твои торты забыть невозможно. Слушай, а кто такой Руслан?

Снова вопрос, который вгоняет меня в ступор. Да Руслан просто Руслан!

— Друг, — отвечаю коротко и отворачиваюсь.

— Ясно. Друг. Ну что, говори адрес, куда тебя везти.

Глава 5

— Помнишь, где живут мои родители?

— Помню.

— Примерно туда.

— А не примерно?

— Я потом подскажу.

Машина трогается с места. Мы молчим. Я почему-то не могу не думать о том, что в машине такого класса еду впервые. Руслан меняет машины как перчатки, иногда мне кажется, что ему машина становится неинтересной, как только перестает ломаться. Я уже сбилась со счету и не запоминаю, на чем он ездит. Что-то на колесах, в лучшем случае — помню цвет. Но ничего и близко такого, на чем я еду сейчас. Эта машина, наверное, стоит, как вся моя квартира. Или больше.

Богдан ведет этот дом на колесах уверенно. Как же он изменился… Дело не только в бороде.

— Богдан, а какое у тебя отчество?

— Не вздумай даже.

— Что именно?

— Называть меня по отчеству.

Я не могу сдержать улыбку. Но это и в самом деле звучит как-то так смешно. Как будто он всерьез этого боится. А я не знаю, зачем спросила. Просто чтобы не молчать, видимо.

Ладно, не хочет говорить — не надо. Это можно и другим способом выяснить.

— Слушай, мне показалось или… Ты куришь?

— Пахну табаком?

— Немного.

— Ну и курю я немного. Там, иногда трубкой балуюсь.

— Трубкой?!

Капец. Будто мало мне бороды. Он еще и трубку курит! Пытаюсь представить Богдана с трубкой. Получается какой-то комиссар Мегрэ!

— Сигареты — дрянь редкая. А трубку иногда, под настроение — вкусно.

Что-то странное делает с людьми вечная мерзлота. И большая нефтехимия.

— Все-таки скажи свое отчество.

— Повторяю — не вздумай.

И вот это тоже новое. Теперь в его голосе слышится спокойная властность. Это, наверное, следствие его работы. Если Богдан большой начальник там. Там, где его мало кто называет просто Богдан или даже Бо, как Сашка.

— Как скажешь.

Он бросает на меня косой короткий взгляд.

— Расскажи лучше, чем ты теперь занимаешься, Ариш.

Мне почему-то нравится, как он меня так называет. Меня так называют только дома.

— Все тем же.