Дарья Волкова – Раз, два, три – две полоски сотри (страница 35)

— Почему?! Ладно, черт с ней, со свадьбой, но хотя бы расписаться…

— Нам это не нужно.

— Это тебе Ю сказала?!

— Мама, это касается только нас!

— Ты хочешь сказать… что мой внук родится не в законном браке?!

— Ты еще скажи — бастард! — не выдержал и рявкнул Влад.

— Ты позоришь меня! — простонала мать.

— Угу. Тебя и твои несуществующие седины. Мама, я тебя очень прошу. Мы с Ю давно взрослые люди. Мы сами со всем разберемся. Если бы я знал, что все вот в это выльется… Не привезу больше Ю к вам!

— Наивный! — фыркнула мать. — У меня уже есть номер Ю, и на следующей неделе я иду к ней в клинику.

— Зачем?! — опешил Влад.

— Твоя… мать твоего ребенка, — голос Марии Владиславовны сочился целым спектром эмоцией, среди которых превалировало оно — его величество материнское недовольство. — В общем, Ю — женский врач. Если ты не в курсе.

— Ты пойдешь к Ю на прием?! — Влад даже закашлялся.

— Пока мы не настолько близки. Ю определила меня к своей коллеге, тоже очень квалифицированному доктору. Мне как раз надо… Не важно. Ладно, я поняла. С тобой разговаривать бесполезно.

— Вообще-то, я твой сын!

— Надеюсь, внук будет похож на мать.

Влад после окончания разговора еще какое-то время смотрел на телефон в своей руке. Если это не женский заговор — тогда он не знает, что это!

Жизнь как-то подозрительно быстро и гладко потекла по новому руслу. В котором Юся жила с Владом. Теперь по утрам он отвозил ее на работу — ведь ехать им практически в одно место. И после работы забирал. Машина Юси поселилась на парковке «Северной звезды». В этом новом русле жизни был совместный быт, который не раздражал. Влад даже не храпел! Правда, подсел на ее лимонный пай, и Юся дразнила его тем, что у него от регулярного употребления пая таки появится пузо. Для профилактики этого Влад ходил в тренажерный зал. А Юся в это же время раскатывала свой коврик для йоги. Пока матка не вышла за границы малого таза, никаких особых ограничений у Юси в занятиях не было, а потом она планировала ходить на специальные групповые занятия йогой для беременных. Когда Влад находился дома, йогой заниматься было решительно невозможно, потому что он садился на диван, смотрел, как Юся занимается и, по его собственному выражению, набирался идей для «Камасутры для индивидуального пользования».

В этой новой жизни была Мария Владиславовна, с которой у Юси с самого начала их знакомства сложились прекрасные отношения. Правда, в какой-то момент их общения Юсе показалась, что со стороны матери Влада появилось какое-то напряжение. Но потом, по нескольким фразам, Юся поняла, что это напряжение направлено не на нее, а на Влада.

Хоть плачь, хоть смейся. Мария Владиславовна была категорически недовольна тем, что Юся и Влад не женаты. Слава богу, что винила она в этом не Юсю, а сына. Юся деликатно отмалчивалась на подобные фразы, и вскоре эта тема исчезли из их общения. Ну а что, в самом деле, могла сделать сама Юся? Требовать? Умолять? Шантажировать? Хотя ей было совершенно очевидно, что им с Владом очень хорошо вдвоем. На бытовом уровне комфортно, в постели — по крайней мере, пока — все прекрасно, и в плане общения им интересно. Они, в самом деле, подходили друг другу для того, чтобы жить вдвоем. Но только одного этого, видимо, недостаточно. Нужно что-то еще. Секретный ингредиент. Любовь. И любви одной только Юси недостаточно.

Она не делала из этого трагедии. Наверное, потому что возраст уже не тот, чтобы убиваться от того, что не слышишь пылких признаний в любви и предложения руки и сердца. А, может, потому, что Влад и так сделал ей самый дорогой подарок, на который она уже и не рассчитывала. Надо быть благодарной жизни за то, что она тебе уже дала.

Юся протянула руку и потрогала фарфоровую фигурку. Есть какая-то расхожая фраза про то, что у любви должно быть два крыла. У них с Владом, получается, в наличии только одно крыло. Юся погладила пальцем фарфоровое крыло. В этом деле Балтазар ей не помощник, он и так сотворил невозможное. Значит, дальше придется как-то самой справляться.

Он как будто всегда так жил. Влад теперь почему-то никак не мог представить — как это раньше было по-другому. Как это — приходить домой, а там не пахнет свежеиспеченным лимонным паем? Что стояло на полочке в ванной, где сейчас разместилась батарея всевозможных баночек и бутылочек? Как он засыпал, если нельзя было уткнуться носом в шелковый женский затылок? Ему казалось, что так было всегда. Что так и должно быть.

Влад пытался быть объективным. Видеть в ситуации не только плюсы, но и минусы. Вот только минусов не находилось. Пожалуй, единственным минусом стало то, что с какого-то момента они перестали спать в обнимку — а Влад уже привык. Но у Ю уже образовался симпатичный животик, а весна вовсю вступила в свои права. Ю было постоянно жарко, и Владу пришлось смириться тем, что она спала теперь не под одеялом, а под тонким покрывалом и на противоположном краю кровати. Зато Ю наконец-то ушла в декретный отпуск. Ее работа была, пожалуй, единственным серьезным поводом для споров между ними — Влад считал, что Ю слишком много работает. Он несколько раз предлагал ей уволиться, но слышал спокойное и уверенное: «Никогда». Зато теперь за окном был май, Ю была дома, и если и уходила куда-то — то на прогулки или на свою специальную йогу для будущих мам.

А на прикроватной тумбочке поселился страшненький пучеглазый фарфоровый аист, которого Ю притащила с работы. Владу казалось, что этот аист — Балтазар, как сообщила Ю — мало способствует украшению их квартиры, но благоразумно молчал. От женатых друзей он знал, что беременные женщины чудят. Правда, пучеглазый аист был, пожалуй, единственным капризом Ю.

— Поехали завтра гулять в парк.

— Там жарко, — фыркнула Ю.

— В парке как раз не жарко. И я куплю тебе мороженое.

Ю рассмеялась.

— Мороженое — это аргумент.

— Все, лицо поплыло.

— Куда оно у тебя там поплыло без тебя?

Ю разглядывала себя в отогнутом солнцезащитном козырьке.

— Нос распух, глаза навыкате, губы увеличены и фирменный коровий взгляд беременных.

— Ты какое-то чудовище описываешь.

— Это объективные факты.

Влад фыркнул. Машина остановилась на светофоре, и он повернул лицо к Ю.

— Я не вижу ничего из того, что ты описываешь. Ты по-прежнему очень красивая. А, может, и еще красивее.

Теперь пришла очередь Ю едва слышно фыркнуть, но ее губы сложились в довольную улыбку. А ведь Влад сказал правду.

Большая часть его друзей были уже женатыми и семейными людьми. И с их слов Влад знал, что женщины во время беременности расплываются, становятся раздражительными и тупеют.

Но все это было не про его Ю. На ее интеллекте беременность никак не сказалась. Пожалуй, Ю только стала чуть менее ехидной. А что касается фигуры… Может быть, все дело в этой ее йоге, или просто у нее такой организм — но у Ю оформился небольшой и аккуратный животик, а со спины она вообще выглядела так, как и до беременности. Ю рассказывала, что к ней как-то со спины молодой мужчина подкатывал со словами: «Девушка, можно с вами познакомиться?». Ю со смехом описывала его лицо, когда она обернулась, и он увидел живот, а Владу вот было не до смеха. Кто бы смеялся в его положении — когда к твоей женщине подкатывают какие-то левые хмыри?!

То его непонимание того, как он жил раньше, трансформировалась в понимание, что теперь он будет так жить всегда. И Ю в его жизни навсегда. Вот эта женщина в легком просторном платье в мелкий синий цветочек — неотъемлемая часть его жизни.

Жизни, которая совершила радикальный и, одновременно, плавный поворот. И теперь в жизни Влада есть и будет Ю. И их ребенок.

Эти месяцы прошли как-то… как-то незаметно. День за днем. Влад для себя принял решение не дергаться на пустом месте и довериться Ю. Она врач. У нее все под контролем. Если она скажет, что есть какие-то риски или что-то идет не так — тогда он подключится. И сделает все, что в его силах.

Но Ю, умница, справилась. Даже с белым другом почти не обнималась. Единственное, сексуальный праздник на улице Влада продлился не очень долго, но он не мог про себя сказать, что был прямо сильно огорчен этим фактом. Интересы Ю и малыша как-то незаметно вышли на первый план.

Кстати, теперь Влад почему-то никак не мог вспомнить, что почувствовал, когда Ю сказала, что у них будет мальчик. То есть, он помнил, что удивился — потому что не думал даже, что это становится известно так рано, когда даже еще и намека на живот нет, как они там что-то умудрились рассмотреть?! Ю рассмеялась и рассказала ему про какой-то хитрый анализ, который по крови матери определяет, какого пола ребенок. До чего дошел прогресс, подумать только — ребенка еще даже снаружи не видно, живот у мамы не вырос, а про него уже известно, что он — пацан. Чтобы скрыть свою ошарашенность, Влад, дурачась, тогда спрашивал у Ю, что еще можно посмотреть по этому хитрому анализу — например, можно ли узнать цвет волос или цвет глаз. И совершенно утратил свою дурашливость, когда Ю объяснила, что этот анализ делается, чтобы на раннем сроке определить, нет ли у плода тяжелых патологий.

Влад никогда не считал себя впечатлительным человеком, но в тот день, уже в постели, уткнувшись носом в шелковый затылок, непонятно кому шептал «Спасибо». За то, что этот тест показал, что у них все в порядке. А мальчик там или девочка — вообще неважно.