Дарья Волкова – Леший для одинокой женщины (страница 5)

Так, ладно, отвлеклись.

Выпустить его гулять — тоже не вариант. А если на дорогу выбежит, а его машина собьет? А если на участок к Нине Ивановне забредет? Так она его тоже еще как «собьет»! Да и вообще — выпусти такого оболтуса, так он потеряется! А Алена уже привыкла — точнее смирилась с мыслью — что это ее собака. И ни в какие приюты она звонить не будет.

В общем, вариант оставался один. Запереть щенка в доме, оставив ему молока и воды. А назавтра она какого-нибудь щенячьего корма Лехе из города привезет.

На повестке дня остался один, самый последний и самый сложный вопрос. Кто починил крыльцо?

С ответами была полнейшая засада. Как Алена ни крутила, вариант был только один — сосед. В смысле, Иннокентий Григорьевич.

Да, на него это не похоже. Но о поливе теплиц же Алена его просила? Просила. И теплицы он полил. Правда, Алена не просила соседа чинить крыльцо. Но о том, что перила на крыльце сломались, он вполне мог сам понять — потому как свалилась Алена с эпичным грохотом и громкими матами. А крыльцо ее из соседнего участка прекрасно видно. Так что мог и услышать, и увидеть.

Но чинить-то зачем? Не, Иннокентий Григорьевич так-то мужик рукастый, мастерить любит, хотя его жене вечно что-то не так. Например, мама Алены несколько раз просила его кое-что сделать на участке в виду отсутствия у них собственных мужских рук. И Иннокентий Григорьевич с высочайшего соизволения жены делал, за что потом Нину Ивановну — почему-то именно ее! — надо было долго и многословно благодарить. Алена сама о помощи соседа пока ни разу не просила, ей вся эта ситуация казалась какой-то унизительной — и для нее, и для Григорьича.

А может, она была не права в оценке ситуации? Может, он с удовольствием помогал им? А сейчас… А сейчас вообще помогает Алене назло жене! Потому что скандалы у соседей вспыхивали в последнее время с завидной регулярностью. И в скандалах этих, которые волей-неволей приходилось слушать, нет-нет, да и всплывало Валеркино имя. Так может, все эти странные события — такой молчаливый протест со стороны тихого Иннокентия Григорьевича? Что Алена о нем, в конце концов, знает? Здрасьте-досвиданья, разговоры про погоду, воду, огурцы? А, может, он вот на такое способен?

Других-то версий все равно нет.

Ноги коснулось мохнатое тельце — это Леха пришел и лег Алене на ступни. Харитон снова недовольно зашипел.

— А ну хватит ссориться! Харитон, иди сюда.

Кот, обойдя по большой дуге, запрыгнул на соседний стул и милостиво дал себя погладить. Нет, избаловался котяра просто рекордными темпами. Или у Алены педагогический талант отсутствует?

— А может, Харитон, это ты крыльцо починил — как я тебя и просила? — Кот почти по-человечески вздохнул. Ну да, не смешно, согласна. — А, может, тебе еще поручений дать, а, Харитоша? Раз ты у меня такой исполнительный?

В ответ кот принялся за излюбленное после еды дело — вылизывать зад. В контексте и без оного это означало, что, по мнению Харитона, Алена несет какую-то абсолютную чушь. В данный момент Алена была с ним согласна.

Глава 8

На фоне размышлений о крыльце своем насущном Алена даже забыла, что лазила в мусорный контейнер. И что от нее исходит совершенно «изумительное» амбре. Ей об этом Харитон напомнил — когда начал Алену вдруг со всей тщательностью обнюхивать.

Ну, с точки зрения кота от Алены пахло, наверное, интересно. А ей самой необходимо вымыться! Из средств мытья на даче был только летний душ, вода в котором грелась естественным образом. То есть, посредством железного бака, выкрашенного черной краской. День сегодня жаркий, вода должна была нагреться.

Так и было. Алена с удовольствием вымылась, а после, вдохновленная, решила и Леху вымыть — он, в конце концов, с ней в одном мусорном контейнере тусовался.

Снова был задействован тот же красный пластмассовый таз. Леха купание перенес даже не стоически — со равнодушием флегматика. Похоже, спокойный песик будет. Харитон наблюдал за купанием с табуретки, и на его усатой морде читалось явное злорадство. А Алена намывала песика, приговаривая: «Вот теперь у нас Лешенька чистый вкусный мальчик, поэтому будет спать с мамочкой». Щенок отвечал на эти слова энергичным подтявкиванием — реагировал на ласковые интонации.

Так оно и вышло, в итоге. Спать они устроились втроем. Под одним боком тарахтел Харитон, почти по-мужски иногда всхрапывая, под другим боком периодически вздрагивал Леха, иногда даже поскуливая во сне — видимо, проживал громадные изменения в собственной жизни. А Алена, согреваемая двумя мохнатыми телами, вдруг осознала, какие и в ее жизни изменения. А еще — что все ведь происходит как она и просила не так давно. Хотела кого-то любить и о ком-то заботиться — на тебе! Облюбись и обзаботься!

Алена какое-то время смотрела в темноту потолка.

— Господи, я все поняла. Не брошу я этих хвостатых. Но можно мне тогда и мужика тоже? А? Пожалуйста!

«На кошках тренируйся», — всплыло в голове. Алена вздохнула. Глупости это все. Из ниоткуда мужики не берутся, так только бездомные коты и брошенные щенки появляются. Алена по привычке попыталась перевернуться, чтобы было удобнее пояснице. Харитон недовольно зашипел. Как же Алена спать, когда даже повернуться нельзя! Харитон превентивно выпустил когти ей в поясницу — не больно, почти иглорефлексотерапия. Снова пискнул что-то во сне Леха, прикатившись ей под живот. Как тут уснуть, если в поясницу когтит и тарахтит кот, а в живот пригрелся щенок?

Мгновенно. И поясница вообще не болит.

Утро раскрасило жизнь Алены яркими и неожиданными красками. Потому что началась с пронзительного звука автомобильного клаксона. И почти тут же к нему присоединился голос Нины Ивановны. Пока Алена вылезала из кровати под писк и мяуканье своего зоопарка, эти два звука соревновались между собой.

Да что там происходит⁈

А там Алексей Митрофанович приехал. На допотопном мотоцикле с коляской, которая вся была полна бутылками и банками с чем-то белым — видимо, тем, что козы производят. Именно этот мотоцикл и издавал пронзительные звуки. А подвывала ему Нина Ивановна. А Алексей Митрофанович довольно успешно прикидывался глухим. Увидел Алену, заулыбался.

— Что ж ты мне номер-то свой не написала! Пришлось так искать, — Алене вручили банку молока. — Пустую давай.

Алена спросонья не нашлась, что сказать. Вернулась в дом, поставила банку на стол, достала из старенького холодильника вчерашнюю, вылила остатки в кружку. Харитон тут же запрыгнул на стул, заинтересованно поводя носом.

— Вот и молодец. Завтра привезу свежего, — Алексей Митрофанович забрал у нее пустую банку.

— Да не нужно, — Алена постепенно просыпалась. — Мы вчерашнее-то не допили. Куда нам столько!

— Значит, через день буду привозить, — невозмутимо отозвал Митрофаныч. — Слушай, Аленка, я вот чего подумал. Живность-то нашу надо бы доктору показать.

— Какому? — опешила Алена. — Они же это… не болеют вроде.

— Ветеринару. Прививки поставить. Им полагается. Ну и так. Для общего понимания.

Алена вздохнула, окончательно просыпаясь.

Глава 9

Так, что у нас сегодня? Сегодня суббота. Вот и придется ее потратить на поездку к ветеринару. Так а в будний день и никогда, неудобно.

— Сегодня поедем?

— Поедем! — радостно согласился Алексей Митрофанович. — Сейчас молочко развезу, и через час можно ехать.

— Давайте через два, — предложила Алена. Ей бы умыться, позавтракать, зоопарк покормить. Да просто потупить качественно с первой кружкой кофе!

— Давай. На тебе ж поедем?

Алена оглядела транспортное средство Митрфаныча, представила их всех — два человека, два щенка и кот — на этом мотоцикле. Цирк, да и только.

— На мне. Через два часа заеду к вам, хорошо?

— Договорились!

— И чтобы не гудел тут больше! — в их диалоге появился третий. Судя по всему, Нина Ивановна со своей стороны забора встала на что-то, чтобы яснее донести свою позицию. — А то ишь ты, всех переполошил!

— Хочешь козьего молочка, красавица?

Нина Ивановна явно не ожидала обращения «красавица» в свой адрес, даже не сразу нашлась с ответом.

— Иди ты, старый, со своим молоком!

— И то верно, — усмехнулся в седую бороду Митрофаныч. — Зачем чужая коза, когда есть своя.

Нина Ивановна только сплюнула, а потом спрыгнула — суда по звуку, с перевернутого ведра. На том и разошлись.

К кофе внезапно захотелось чего-то прямо вот с грядки! Выбор пока небольшой, но… Но вот салат листовой уже должен быть! А что, к кофе листовой салат — самое то.

Дверь в теплицу внезапно издала душераздирающий скрежет — и осталась у Алены в руках. Да что ж все не слава богу! У ног заинтересованно засуетил Харитон — его еще не кормили.

— Ну что смотришь? Снова тебе работа, — проворочала Алена, прислоняя дверь к теплице. Зелени резко расхотелось. — Ладно, пошли завтракать.

Поездка к ветеринару поучилась выдающейся. Во всех смыслах. Щенки, как бывалые, сидели тихо. А вот Харитон поездку на машине воспринял как посягательство на неприкосновенность собственной жизни. И орал всю дорогу.

У ветеринара он за жизнь сражался уже не только звуками, но и всеми четырьмя лапами и одной пастью. Алена с непривычки краснела, Алексей Митрофаныч пытался кота усовестить, щенки смотрели на все события в две пары блестящих любопытных глаз. И только женщина-ветеринар воспринимала происходящее как нечто само собой разумеющееся. С помощью ассистента провела все необходимые манипуляции, выдала Алене список рекомендаций.