Дарья Волкова – 3+1=... - Дарья Волкова (страница 36)

— Прошу.

Никогда не было в ее жизни такого дня рождения.

Первое сентября в этом году радовало теплой ясной погодой. И вот Марина сидит на пледе посреди просторного участка, пьет ароматный чай вприкуску с бутербродами. А вокруг тишина.

— Хочешь, покажу, какой будет дом?

— Хочу.

Андрей достал из кармана куртки ручку, листок бумаги. И вот уже Марине демонстрируют набросок дома — в одной проекции, в другой. Оказывается, Андрей прекрасно рисует.

— Я не рисую, я черчу, — поправил ее он и продолжил.

И продолжил. Марина смотрела на линии, появляющиеся на листе бумаги, на крупную мужскую руку, уверенно держащую авторучку — никогда бы не подумала, что мужские пальцы, держащие авторучку — это так красиво! Слушала рассказ Андрея — а он увлекся, и теперь в его голосе совсем не было привычной снисходительной иронии, зато было очень много эмоций. Живых. Настоящих. Он уже видел этот дом, хотя вокруг было пустое поле и березняк неподалеку.

Две мысли овладели Мариной. Первая — что Андрей прирожденный строитель. Не по образованию, не волею обстоятельств, а именно по природе своей. А вторая — ей очень хочется увидеть этот дом. Но для этого нет никаких гарантий — ведь это случится года через два, не раньше. И где будет сама Марина через два года? Рядом с Андреем? Нет? Она не знает. Зато она может спасти, а потом и увидеть тот дом, который Андрей строит сейчас. Это перестало быть просто интересным и сложным контрактом. Эта история стала вдруг личной.

Марина вздрогнула, когда Андрей вдруг обнял ее за плечи и прижал.

— Дрожишь? Замерзла? — он притиснул ее к себе еще крепче.

Дрожу, но не поэтому, Андрей, совсем не поэтому. Но он уже поднимал ее за плечи с пледа, паковал быстро обратно вещи. На участок земли наползали серые сентябрьские сумерки. Холодало. Ее день рождения заканчивался.

— Не сюда.

Марина обернулась. Она собиралась сесть на переднее пассажирское сиденье. А Андрей, облокотившись, стоял у задней двери джипа.

— В смысле — не сюда?

— Пойдем на заднее.

— Зачем?

Андрей лишь выразительно выгнул бровь. И тут до Марины дошло.

Да ну… Да ну что за глупости! Здесь? На заднем сиденье машины?! Когда дома есть прекрасная широкая кровать и ванная?!

— Ты занималась сексом на заднем сиденье машины?

Ах вот как вопрос ставится… прямо? Да что это за вопрос вообще?!

— Конечно, нет. А ты?

— Конечно, да.

И перед Мариной гостеприимно распахнули заднюю дверь джипа. И, пока она подбирала слова для достойного отчета, Андрей шагнул к ней и обнял.

— Секс в машине — это дрянь редкая. Неудобно. Вообще кошмар. Но это обязательно надо попробовать.

— Андрей…

— Это надо обязательно сделать… с… с особым человеком.

Особый человек? Я для тебя особый человек, Андрей? Что это значит?!

Марина еще осмысливала это, когда каким-то непонятным образом оказалась на заднем сиденье большого брутального джипа.

Это, и в самом деле, жутко неудобно. Места мало. Непонятно, как раздеваться. И вообще, надо ли раздеваться. И, вместе с тем…

И вместе с тем необходимо. Именно с ней. Именно здесь. И именно сейчас.

Андрей так и не понял, как это все у них получилось. Он начал целовать Марину — и пропал. И все, что дальше происходило — происходило по каким-то другим законам, мимо реальности. Как они разделись — непонятно. Но вдруг оказались без одежды. Даже его джинсы куда-то делись — просто Брюс всемогущий! И Маришкины трикотажные штаны тоже как-то с нее исчезли. На ней вообще остались только носки. Белые. Один.

И поза была какая-то… Не поза, а котопес! Камасутре и не снилось! Ну не трахались в Древней Индии на задних сиденьях в джипах. Приходилось что-то изобретать самим. Потому что остановиться было уже невозможно. Непонятно, где чьи руки, и где чьи ноги. Только одно имеет значение — их общая потребность друг в друге.

Оп. Получилось.

Черт! Гондоны так и остались лежать в бардачке.

— Мариша… — слова едва продирались через спекшееся комком горло.

— Пожалуйста… — чуть слышно прошелестел ее голос. Потом всхлип. — Пожалуйста, не покидай меня…

В нокдаун его послала этими словами. Что-то полетело по краям сознания: наверное, спираль… или таблетки… да сам выйду в конце… Но это все краем. А отчетливо только одно — и в самом деле не смогу. Не смогу покинуть.

Необходима. Здесь. Сейчас. Точка.

Какая-то из подружек скидывала ему картинки про то, что каждому человечку есть своя половинка. Там еще были смешные фигурки, у которых вместо головы — половинка типа монеты. С разными вырезами. И вот есть второй такой же, который встанет в этот вырез. В общем, обычная хрень, которые девки себе в социальных сетях постят или в личку присылают.

Но сейчас Андрей чувствовал отчетливо, что здесь и сейчас, на заднем сиденье джипа, когда непонятно уже, где чьи руки и ноги, у него с Мариной именно так. Совпали. Так совпали, что нигде нет никакого лишнего зазора или пустого пространства. Совпали. Совпали так, что превратились в одно целое.

Где тут место гондону?! Нету!

Но в самом финале Андрей все же вспомнил. Дернулся. Толку-то? И дергаться некуда, и вспомнил поздно. Только спермой сиденье уляпал, кажется.

Это стало маленькой каплей горечи в этом сладком горячем безумии.

Потом они неловко вытирались и неловко одевались. И в голове свербела мысль о собственной оплошности. Это косяк Андрея, но замалчивать его нельзя. А если будут последствия? Андрею двух детей вот за глаза. Как говорится, спасибо, вкусно, но больше не надо. Ему бы это вывезти.

А Марина? Ему впервые пришла мысль о том, а что Марина думает по этому поводу? У нее нет детей. Это ее осознанный выбор? Или не сложилось? Пока не сложилось? Че-е-е-ерт…

— Послушай, Мариш…

— Да? — она щелкнула ремнем безопасности.

Нет, это слишком серьезно, чтобы замалчивать. Такие вещи надо проговаривать четко. А еще лучше все-таки не терять голову! Два раза он уже на эти грабли наступал, а теперь… Выйдет, думал он. Ага, как же. Осел!

— Слушай, я… Я забыл про… презерватив. И… понимаешь, я…

Слова не шли. Этот разговор не бил с тем, что было только что на заднем сиденье. И Андрей таким идиотом себя давно не чувствовал.

— Последствий не будет.

Ему показалось, что ослышался.

— Что?

Марина достала из рюкзачка зеркальце и принялась пудрить нос.

— Никаких последствий не будет. Если только ты ничем не болеешь.

— Нет. Не болею.

— Я тоже. Значит, все в порядке.

Какое четкое подведение итогов. Значит, все-таки спираль. Или таблетки какие-то. Марина — девушка серьезная, и если она сказала, что последствий никаких не будет — значит, так оно и есть. Хотелось бы побольше деталей, конечно. Но не сегодня. Не сегодня. И он тронул машину с места.

Глава 11

— А, это ты…

Андрей охренел. Он уже привык, оказывается, к тому, с какой радостью его встречает Марина. И тут это равнодушное «А, это ты…».

— Так, — он шагнул за порог, закрыл за собой дверь. — Что случилось?

— Ничего, — таким же равнодушным, даже заторможенным голосом отозвалась Марина. — Просто сегодня такой день… Андрей, может, ты пойдешь к себе?

Охренеть заявка.