Дарья Верескова – Подарок для рыцаря смерти (страница 2)
«Королевский подарок»?
Он не просил об этом подарке и не хотел привыкать к дополнительному вливанию силы, потому что его могли отобрать буквально в любой момент. Он предоставил им запад Альмерэ на блюдечке, но это был просто вопрос времени, прежде чем голод потребует от Фердинанда Второго новых завоеваний.
— Каэри, — рыкнул он и раздражённо развернулся.
Она стояла у самых дверей в тронный зал, сжав руками свои плечи, прикрывая грудь, покрытую страшными, уродливыми ожогами, и переступая обнажёнными ступнями по холодному каменному полу.
Была ли это очередная издёвка его брата?
Король приказал подобрать ему каэри, эти девы славились красотой на весь мир… кроме той, что ему подобрали.
Хотя пропорции у нее были безупречны, как и у остальных, и если не всматриваться, ее крепкие широкие бедра, ровные ноги и треугольник кудрявых каштановых волос между ног казались идеальными…
Если не смотреть выше. Пока взгляд не натыкался на жуткие, болезненные шрамы.
Нетерпеливо выдохнув, Гектор в два шага оказался рядом и резко схватил девушку за запястье, выдёргивая из её жалкой защитной позы, в которой она застыла. Он потащил её за собой, не сбавляя шага. У него нет на это времени, и всё это он представлял себе далеко не так.
Тело за его спиной почти ничего не весило, по крайней мере, ему так казалось, пока он преодолевал несколько пролётов, изредка встречая слуг и обитателей крепости. Мало того, девушка словно не издавала и единого звука. Даже шагов её обнажённых ступней не было слышно.
Только громкий неровный выдох — сразу же, как только он закрыл дверь в спальню. А после она вжалась всей спиной в дверь, выдернув у него руку.
Как напуганное животное.
Будто ему хотелось это делать так.
Чем быстрее она привыкнет к новой реальности, тем лучше. Он не знал, где она росла, и ему это было не особенно интересно. Точно так же его не волновали её глупые и наивные переживания.
Гектор начал раздеваться сам - стянул перчатки, быстро расстегнул пуговицы, снял с себя жилет, рубашку, штаны, даже не смотря на каэри.
«Убедись, что ты полностью заряжен. Нам не нужны проблемы с наёмниками. И территории к северу от Гратана не принадлежали развитым государствам уже более трёхсот лет. Кто знает, что мы там найдём?» — говорил ему король, довольно улыбаясь.
Фердинанд Второй считал, что теперь, когда у его рыцаря есть личная каэри, их возможности вырастут в сотни раз.
Его первый рыцарь был не просто отменным воином. В нём жила чудовищная магия страха и давления — сила, которая заставляла противников сдаваться почти без боя.
Девушка за его спиной издала невнятный звук, увидев его почти обнажённым, и мужчина поморщился от того, что она всё так же стояла там, глядя на него огромными светло-карими глазами, боясь сделать даже шаг вперёд.
Она была некрасива, хотя отдельные черты её лица могли бы показаться приятными. Но только у ненормального... только у сумасшедшего мог бы встать на такую, как она. И девушка, без сомнения, заметила отсутствие его интереса, даже несмотря на то, что он оставил на себе трусы.
Было ли ей обидно?
Неважно.
— Отправляйся в постель, — приказал он, не желая воевать с ней и тратить на это время.
— У меня никогда… Я никогда… — начала она, решительно сжав кулаки, не отходя от двери.
— Я уже понял, и мне плевать, — бросил он.
Какой у неё, в сущности, был выбор? Наверняка её храму или родителям хорошо заплатили, она находилась очень далеко от своего дома. Она может, конечно, попытаться убежать, но её тут же отловят, и она окажется в куда худших обстоятельствах, где её время начнут продавать за звонкую монету.
Может, даже наденут на верхнюю половину тела мешок…
Каэри мелко дрожала, но подходить не собиралась, и Гектор грязно выругался.
А потом без слов подошёл, резко выдёрнул её с места за запястья — и остро зашипел, когда их обнажённая кожа соприкоснулась.
Её грудь — неожиданно мягкая и полная для столь хрупкого тела, с напряжёнными от холода сосками — прижалась к его почти безволосой. Её тёплый живот — к его напряжённому.
Гектор слышал, как её сердце бешено колотится, совсем рядом, но не мог её сейчас успокоить. Потому что в его тело вливалась безумная энергия. Она ударяла в голову, мутила сознание, он едва мог вдохнуть.
Вот значит, как это бывает.
Будто самая сладкая хмель ударила в голову вместе с эйфорией первой победы и долгожданным «да» от девушки, в которую был безответно влюблён много лет.
Рыкнув, он дёрнул каэри на себя, и они оба упали на кровать. Гектор жадно подтянул девушку ближе, навалившись на неё всем весом, стремясь соприкоснуться с ней каждым клочком кожи, чувствуя себя так, будто умирал от жажды и внезапно оказался в пресном, кристально чистом, вкусном озере.
Кончики пальцев покалывало, но он не отпускал, вжимаясь сильнее в её плечо, не слыша ни невнятного мычания, ни жалобного писка, которые она издавала, буквально погребённая под ним.
Глава 3. Крепость Гратан и ее обитатели
Я пришла в себя через сутки, вся вспотевшая, и резко вскочила, чувствуя, как бешено бьётся моё сердце.
За окном было светло, ставни оказались открыты и пропускали холодный осенний ветер, остужающий мою разгорячённую кожу.
Происходящее было нормальным для каэри — они часто отдавали всю энергию и потом спали, иногда по несколько суток. Хотя даже в такое время к ним могли прийти хозяева и забрать ту энергию, что они успели восстановить, не спрашивая разрешения девушек. В Альмере никто не защитит ту каэри, что решит сказать «нет», никто не встанет на её сторону.
Хотя большинство лордов всё же старались быть нежными со своими каэри — всё-таки те считались их любовницами.
Он не тронул меня…
Точнее, между нами не было близости. Более того, складывалось впечатление, что он вовсе не интересовался мной в таком ключе. Эта мысль неожиданно оказалась унизительной, и я почти сразу мысленно врезала себе.
Разве я не этого хотела? Вчера?
Я дёргалась, отчаянно пыталась вырваться в первые секунды, уверенная, что сейчас он возьмёт меня. Вздрагивала от прикосновения обнажённого мужского тела, но Гектор не отпускал — сжимал плечо так сильно, что руку свело, а один из старых шрамов под мышкой тянул и болезненно отзывался при каждом движении. Надеюсь, я не разрыдалась, не показала ему свою слабость… Я уже и не помнила.
Слава Кроффу, моя иллюзия держалась даже во сне — во многом потому, что я сама уже много лет не видела себя иначе.
Теперь все мои волнения можно было оставить позади — по крайней мере на время. Судя по его виду, он не собирался менять своего решения.
Поэтому я быстро поднялась, понимая, что это мой шанс узнать, какой станет моя жизнь теперь, когда моя энергия больше мне не принадлежит.
Неожиданная тяжесть на шее смутила меня. Я машинально прикоснулась к ней рукой — и резко вздрогнула, вцепившись в обнаруженный предмет обеими ладонями.
Не может быть!
Пальцы ощупывали тяжёлое широкое украшение, на котором, без сомнения, была резьба и, возможно, даже какие-то драгоценные камни, но это никак меня не утешало. Не выдержав, я попыталась его оттянуть, только потом поняв, что оно закрыто на тяжёлый крепкий механизм под моими волосами.
Ошейник, на меня нацепили ошейник! От осознания этого хотелось взвыть. К этой традиции уже почти не прибегали — её считали слишком дикой, устаревшей. К каэри обычно относились хорошо в новых домах, иногда даже позволяли получить образование. Порой, отдав свой долг, они выходили замуж и заводили семью. Но удавалось это немногим.
Мало кто из мужчин хотел брать в жёны женщину, которая прилюдно была любовницей лорда, — и об этом знали все. К тому же редкий лорд отпускал каэри даже к сорока годам, что уж говорить о более раннем возрасте, подходящем для семьи.
Поднявшись с кровати, я осмотрела комнату — всё ещё не до конца уверенная, что она моя. У меня никогда не было собственной комнаты, и это помещение казалось настоящими хоромами, пусть из мебели здесь были лишь кровать, стол, стул и большой, основательный сундук.
В нём я и нашла единственный наряд — то самое платье, в котором приехала, и матушкину шаль. Точно лучше, чем ходить голой.
Дверь из моей спальни выходила в небольшую квадратную комнату с окном. В ней стояли две скамейки, красивая ваза и крохотный столик. Эту комнату я узнавала, как и вторую дверь — она вела в покои Гектора.
Моего… хозяина.
Тяжело вздохнув, я подошла к двери, собираясь постучать. Мне отчаянно хотелось спросить, неужели в наше время ошейник действительно необходим, а ещё — убедить его, что мне просто некуда идти.
В моей деревне все знали, что я — каэри и была отдана роду Нокс. Беглых каэри почти сразу возвращали хозяевам, каждая из них находилась на королевском учёте, и прятать такую — преступление. Не говоря уже о том, что по всему королевству гуляют разбойники, и мало кто рискнет покинуть собственную деревню.
Но поговорить с ним мне не удалось — на двери висел большой железный замок.
— Вы видели… Гектора? — спросила я у первой попавшейся служанки.
Та посмотрела на меня, испуганно покачала головой и тут же убежала, даже ничего не сказав.
Пугливая какая, может, это у неё просто первый день?
Людей в крепости я встречала не так много — большая часть находилась на своих рабочих местах. Но, как и везде, здесь было одно место, где я почти наверняка могла найти сразу много народу, — кухня.