Дарья Верескова – Отбор. Помощница кронпринца (страница 42)

— Меня зовут леди Валаре, — напомнила я почти скучающим тоном. Что ещё за «милочка»?

Похоже, в общении со мной Гелена де Рокфельт позволяла себе всё больше с каждым разом. В этот момент Каэлис Арно наконец обратил на меня внимание, но беседу с одной из своих потенциальных невест прерывать не стал.

— Постарайтесь не беспокоить нашу семью, включая моего мужа, раз уж вы смогли, в свойственной и так хорошо знакомой вам манере, проложить себе путь на такую должность.

А вот это уже было откровенным оскорблением.

— Осторожнее, Ваше Сиятельство. Вы сейчас намекаете, что Его Высочество выбирает себе людей, основываясь на неких… манерах. Должна ли я спросить его об этом?

Не стоит строить из себя наивную — графиня открыто намекала что я получила эту роль через постель. И что для меня подобное свойственно.

Услышав мой ответ, графиня де Рокфельт немного побледнела, но фальшивая улыбка на искусно вылепленных губах никуда не исчезла.

— Я ничего не сказала, — еле заметно пожала она плечами, пригубляя из тонкого бокала. — Видимо, вы трактовали мои слова о манерах по-своему. Другой бы сказал, что я даже сделала вам комплимент, милочка.

— Меня зовут леди Валаре, — повторила я, наблюдая за кронпринцем, который оставил на ручке леди Монтрас долгий поцелуй — чуть дольше, чем это было принято, но недостаточно, чтобы жест можно было считать особым знаком ухаживания.

Теперь он приближался к нам и, вероятно, уже слышал наш разговор.

— Привычка, — графиня улыбнулась шире. — Всё же вы почти стали моей невесткой...

— Тогда я могу называть вас… мамá? По привычке? — я тоже улыбнулась, раз уж мы оказались в такой «приятной» компании.

Глаза графини вспыхнули ненавистью, а уголки её губ дёрнулись, будто она едва удерживалась, чтобы не зашипеть.

Как же она собирается терпеть любую жену Леонарда? Или так она относится только ко мне?

— Леди Валаре. Леди де Рокфельт. — Кронпринц подошёл к нам и окинул обеих строгим, ледяным взглядом. — Прошлое, включая тот злополучный скандал и несостоявшийся брак, больше не имеет значения. Забудьте о нём. Ничто не должно отвлекать моего личного ритуалиста от обязанностей.

Я едва сдержала улыбку, стараясь принять серьёзный вид, достойный положения личного ритуалиста. Настолько довольна я была его словами.

А вот принц довольным не выглядел.

— Вы позволите, леди де Рокфельт? — холодно, но вежливо обратился он к графине, с едва уловимым намёком. Та сначала замерла, будто не поверив, а затем, взяв себя в руки, широко улыбнулась, полная достоинства, и кивнула мне.

— Конечно, — сказала она так, будто давала мне разрешение остаться одной с принцем. — Всего Светлого, Ваше Высочество.

Мне очень хотелось добавить «Светлого дня, мамá», однако я удержалась, понимая, что принц не склонен шутить.

— Леди Валаре? — теперь намёк предназначался мне.

— Извините, Ваше Высочество, — я сразу собралась. — Мне передали, что я свободна до конца дня, и я не была уверена, могу ли покинуть дворец без вашего разрешения. Я бы также хотела узнать, к кому обращаться по таким вопросам, чтобы не тревожить вас.

Принц нахмурился и некоторое время молчал, пока я терпеливо ждала ответа, глядя снизу вверх.

— Нет, — наконец произнес он. — С такими вопросами обращайтесь только ко мне. В ближайшее время подобное будет случаться нечасто. И да, на сегодня вы свободны. Какие у вас планы?

Значит, обращаться только к нему?

Я не совсем понимала, с чем связан такой ответ. Возможно, принц просто ещё не знал, насколько я ему понадоблюсь.

— Увижусь с друзьями, займусь документами, приготовлюсь к приезду мамы, — уклончиво ответила я.

— Куда вы собираетесь идти? Где именно встретитесь с друзьями? — все тем же ледяным, почти равнодушным тоном уточнил кронпринц.

Сказать по правде, я не считала что должна отчитываться: свободное время вне дворца остаётся моим. Я даже могла пойти на свидание, будь у меня желание. Изначально вопрос показался мне проявлением вежливости, но теперь я так не думала. В контракте не значилось, что я обязана докладывать о каждом шаге — лишь не делать того, что может навредить королевской семье.

— Я ещё не решила, — спокойно ответила я, не отводя прямого взгляда. — Если я нужна вам здесь, я останусь, Ваше Высочество.

Тёмные, будто выточенные, брови почти сомкнулись на переносице, однако принц лишь буркнул:

— Нет. Вы свободны, леди Валаре. Покиньте нас.

Он развернулся и направился к Эларио де Рокфельту под напряжённым взором Коры Монстрас, которая, похоже, всё ещё надеялась, что он вернётся к беседе с ней.

Уходя, я думала что понимаю, почему она так себя чувствует. Судя по тому, что писали все издания, внимание принца невероятно важно при определении фавориток. Именно поэтому Барбара красовалась на обложках почти всех газет, в то время как Лианна Бэар, показавшая себя лучше всех на испытаниях, почти не упоминалась.

Невероятная несправедливость.

Именно поэтому мне казалось, что теперь девушки будут делать особый упор на то, чтобы привлечь внимание принца. А Барбаре стоит быть осторожнее.

***

— Мио! Дорогая, какие прекрасные покои! Не настолько хорошие, как у твоего отца в свое время, но достаточные для всех нас, — мама стояла у входа в мои покои, а за её спиной крутился Имир.

Понятно теперь, кто входил в это «все мы».

— Имир не будет жить в моих покоях, мама. Здесь только одна спальня — для женщины, и если тебя я могу разместить в гостиной, то для мужчины тут места нет.

Не говоря уже о том, что я волновалась что он своими идеями будет тревожить других высоких служащих дворца.

— Я же говорил тебе, — разведя руками недовольно выплюнул Имир, обращаясь к маме, а затем отвернулся и демонстративно ушёл.

Как его вообще пропустили в это крыло? Как пропустили матушку я могла понять — семьи действительно часто оставались со старшими служащими дворца, но под «семьями» подразумевались супруги и дети, а не взрослые братья и сёстры.

Матушка, заметив, что Имир ушёл, грустно покачала головой.

— Как же так, Мио… Вы не должны ругаться. Твой брат делает всё, чтобы вытащить нашу семью из той ситуации, в которой мы оказались, — она показала слугам, где положить чемодан, и устало откинулась на красивую кушетку, на которой я часто читала графики и пособия по ритуалам, что понадобятся мне в ближайшие дни.

Глупо, наверное, так думать, но я почувствовала, будто эти покои сразу перестали быть моими. Однако прогонять собственную мать было бы недостойно, да и наверняка она останавливалась в моих покоях чтобы сэкономить.

— Почему ты не отвечаешь? Ты не видишь, как он старается? Но при этом он не исчезает на месяцы, как ты, и находит для меня время. А ты даже на письма не отвечаешь. Неужели тебе так трудно поддержать главу нашего рода? Всего-то на время — разместить его рядом с аристократами, с которыми он собирается вести дела.

На что из этого мне отвечать?

И почему из нас двоих я всегда оказывалась плохим ребёнком? «Недостаточно отдаю». «Недостаточно часто общаюсь». «Слишком закрытая».

— А почему глава нашей семьи не заботится о том, чтобы моя карьера развивалась? Именно в тот момент мне был необходим резерв, именно в Порте Равинье решалась моя судьба. К тому же, насколько я знаю, Имир всё равно в итоге встретился с этим лордом...

— Лордом Роком, — мои упрёки мама, как всегда, пропустила мимо ушей. — Твоя работа тоже важна, но помни, что главное — это семья. Роль Имира — быть добытчиком, а ты должна думать, в первую очередь, о браке с достойным мужчиной.

Всё!

С мамой я могла общаться только в очень ограниченных дозах и часто не знала, что ещё сказать. Иногда казалось, будто она живёт в каком-то другом мире, где мужчина непременно всё решит, и тогда проблемы исчезнут сами собой.

— Ну всё, всё, не буду отвлекать тебя от дел, — увидев, как я насторожилась, она поспешно сменила тему. — Схожу к Тамилле и Камилле — девочки, наверняка, очень волнуются. Ни одна из них до сих пор не вошла в десятку.

— Со следующего испытания начнут объявлять пятнадцать имён — может, и попадут, — вяло отозвалась я. — А если нет, у них хороший шанс найти женихов на званом обеде в парке Трёх фонтанов.

После этого мы с мамой распрощались. Я волновалась, что, оставшись вдвоём, мы просто поругаемся. А мне сейчас необходимо сохранять холодную голову — ведь сегодня я впервые должна начать проводить личные ритуалы с Его Высочеством, пусть и под наблюдением Рона Моргрейва.

А перед самым торжественным обедом с конкурсантками мне придётся выполнить ритуал уже самостоятельно.

Глава 21. Торжественный обед с участницами отбора

Сердце тревожно билось.

Обнажённые руки Каэлиса Арно передо мной неожиданно смущали, словно он демонстрировал свою беззащитность. Эти руки оказались крупными, мускулистыми, того же чуть более смуглого, золотистого оттенка — будто он проводил много времени на солнце без рубашки. Хотя я никогда не видела Его Высочество без дорогого парадного камзола.

Рон Моргрейв не стоял рядом, не следил коршуном за каждым моим движением, и принц, вместо того чтобы говорить с ним или с Эларио де Рокфельтом, теперь смотрел прямо на меня. В комнате, кроме нас двоих, никого не было, пусть дверь и оставалась распахнутой, ведя прямо в парк Трёх Фонтанов, где, вероятно, уже собралась вся знать Левардии.