дождавшись попутного ветра.
А родные, узнав о её внезапной пропаже,
Сетовали на то, что хорошая «кухарка» пропала,
Они не искали её, не сходили в милицию, даже,
Для них, её просто больше, не стало…
«Тонкий дурман наших слов…»
Тонкий дурман наших слов,
Сладостный яд наших фраз,
Кто – то в игре победитель,
Кто – то один из нас.
Кто же сумел обмануть,
Позволил надежды вернуть,
Сердцем к себе привязать,
Что бы потом растоптать.
Ладошку прикрою, другой —
С осколком, что был мечтой,
Кто – то всегда разбивает,
Мечты, что о счастье бывают.
Вскользь безразличный взгляд,
Руки, опять дрожат,
Сладкий дурман чьих – то фраз…
Кто это? Кто из нас?
«Если видеть тебя возможно…»
Если видеть тебя возможно,
Лишь только сходя с ума —
Я согласна, мне это не сложно —
В моих мыслях и так зима.
Когда слышать твой голос можно,
Лишь за хаосом радиоволн,
Я открою дверь и осторожно,
Проскользну и с ума выйду вон.
Если быть с тобой рядом возможно,
Пребывая в мире теней,
Где Любовь обрести твою можно —
Я не медля, отправлюсь за ней.
Говорят, мне пора лечиться,
Что любить тех, кого просто нет —
Это повод в больницу ложиться,
И пытаться забыть этот бред.
Пусть твердят. За тобой я согласна,
На минуту сойти с ума,
Я безумию не подвластна,
И тебя заберу из сна.
«Когда Боги курят фимиам…»
Когда Боги курят фимиам,
Дым неспешно среди звёзд кружится,
Как туман, скользя по небесам,
Первым снегом на Землю ложится.
В мельтешении – обрывки ярких снов,
Что Богам «под фимиамом» снятся,
И снимая с тайных снов, покров,
Хочется, и плакать и смеяться.
Боги посылают нам Любовь,
Но и Ненависть с небес к нам тоже льётся,
Когда Боги, курят фимиам,
Нам живущим, сильно достаётся.
Их фантазии блуждают среди нас,
Разум наш, в тисках сжимая крепко,
Развлекается Божественный Парнас,
Хорошо, что курят Боги, редко.
«В ярком пурпуре небо, кайма облаков…»
В ярком пурпуре небо, кайма облаков,
Шелест трав ароматных и трель соловьиная,
Вечер нежный и шепот, чуть слышный ветров,
Песня дивная. 
