Дарья Странник – "Млечный Путь, XXI век", 1 (42), 2023 (страница 18)

- Нет, - ответил Шухарт.

Барбридж словно поперхнулся. От злости даже побелел. Мог бы, убил на месте. Только понимал, что без Рыжего ему не справиться. Старый уже, и внимание рассеянное из-за алкоголя проклятого. В Зоне без такого напарника делать нечего. Но запомнил и это "нет". Добавил в память еще один повод разделаться с проклятым Шухартом, когда подвернется удобный случай. Но, само собой, только после того, как раздобудут и принесут Мозесу самый дорогой хабар из Зоны.

- Не груби старшим, - сказал он твердо. - Никто не знает, какая судьба нас, сталкеров, ждет уже завтра. И не зарекайся. Ты мне поможешь, я тебе.

- Как ты помогаешь друзьям, все знают. Помнишь, как Очкарика в Зоне оставил? Обидел он тебя однажды, в покер обыграл. Вот ты ему и отомстил. Сгинул парень в Зоне. И концы в воду.

- Очкарик сам помер. Приковало его, - угрюмо возразил Барбридж. - Я тут ни при чем.

- Сволочь ты, - равнодушно сказал Шухарт, отворачиваясь. - Стервятник.

- А Суслика я вытащил! На горбе тащил с десятого этажа. Забыл? Спроси у него. Суслик в мясорубку попал, а я вытащил, жизнью своею рисковал. Спас напарника. Он у меня сейчас садовником работает. И жилье, и жратва, и шмотки - все у него есть. Поговори с Сусликом, он врать не будет!

- Не пойду с тобой, у меня другие планы, - сказал Шухарт и презрительно оскалился.

- Ну, смотри, не продешеви. Все равно ко мне придешь, потому что я места знаю, куда другим сталкерам дороги нет. Только мы с тобой пробраться туда сможем. Потому что я знаю пароль. Уж поверь, старику. Я в таких делах разбираюсь. Нас все равно не оставят в покое. Мы нужны хозяину и начальникам в Институте. Без нас, может быть, земной прогресс остановится. Хоть это ты понимаешь, своей упрямой рыжей башкой? Получается, что мы с тобой герои!

- Или поможем без лишних хлопот уничтожить несчастное человечество.

- А вот это не наше дело. Это как повезет, - жестко ответил Барбридж. - Кому надо - выживут. А слабаки и без Зоны помрут.

- А ты, значит, будешь решать, кто слабак, а кто будет тебе полезен. Это без меня.

- Может и меня спросят, кому разрешить жить.

Душевный Стервятник Барбридж

"Вот и поговорили. Нашел, называется, интересного собеседника. Как бы не стошнило", - подумал Шухарт раздраженно.

Когда он был ребенком, ему нравилось слушать частые рассуждения старших о неминуемом прогрессе, который сделает всех здоровыми, счастливыми и богатыми. Со временем магия слова "прогресс" несколько померкла. Отец объяснил ему, что здоровыми и счастливыми в будущем люди, конечно, станут, но не все. Только те, кто заслужит это. А еще те, кто готов заплатить за это большие деньги. У вторых шансов больше. Такие грустные откровения запомнить было очень легко, тем более, что убедительные доказательства их справедливости отыскать было не трудно.

Ричард Нунан однажды подробно объяснил Шухарту, в чем его главная ошибка. Все дело в том, что люди, не только он, Шухарт, но вообще все, по крайней мере, большинство людей, когда слышат про неминуемый прогресс, почему-то думают, что это как-то связано с качеством их личной жизни. Ну, что по мере прогресса цивилизации их жизнь чудесным образом изменится в лучшую сторону. И жить, лично им, станет легче и проще. В самом простом случае, сытнее. Бороться с этим бесполезно, потому что люди, как правило, эгоисты. Но взрослые люди должны бы знать, что прогресс - по природе своей, к людям безразличен. Если цивилизация нуждается в развитии промышленности, то прогресс - это рост производства стали и добычи нефти. Если вдруг цивилизация заинтересуется охраной природы, то прогресс - это сокращение производства стали и добычи нефти. Возможны и варианты: например, прогрессом могут назвать рост добычи нефти и сокращение производства стали или, наоборот, рост производства стали и сокращение добычи нефти. Разве нормальный человек будет себе забивать голову подобной ерундой и вдаваться в детали? И если Барбридж вдруг вспомнил о прогрессе - значит, он хочет обмануть какого-нибудь простака на четыре кулака. Шухарт попробовал понять, чего конкретно хотел от него Барбридж. Самое разумное объяснение: Стервятник возжелал отомстить ему по полной программе, заманить его в Зону, приковать как Очкарика, и бросить подыхать. Надо признать, остроумно придумано. Но рассчитано на дурачка.

Проникновение

Шухарт проследил за тем, как Стервятник Барбридж, шатаясь, продвигается к выходу из бара. Он задевал посетителей, словно на время потерял зрение. Ему кричали вслед проклятия, но он на них не реагировал, наверное, и со слухом у него что-то случилось.

"Расстроился старикан, с кем не бывает", - подумал Шухарт равнодушно. А потом немного пожалел о своей несдержанности. Наверное, нельзя было разговаривать грубо с таким известным сталкером. Кто знает, что ему прилетит в ответ от Стервятника, если тот посчитает его личным врагом. Но быстро успокоился, ответка прилетит в любом случае. Есть люди, от которых можно ждать только пакостей. Хорошо ли ты к ним относишься или плохо, выполняешь их просьбы или отказываешься, это не имеет значения. Такая у них жизненная позиция - быть гадом. Или Стервятником.

И тут на Шухарта накатило. Что-то подобное с ним случалось только в Зоне. Да и в Зоне прихватывало только три раза. Каждый раз ему стоило огромных трудов выжить. И вот впервые случилось в кабаке. Плохой сигнал, если подумать.

В голове что-то свистнуло. Громко. И весь принятый за вечер алкоголь немедленно выветрился. Все чувства обострились многократно. Шухарт словно попал в другой мир. Здесь все было по-другому. Он никогда прежде не обращал внимания на запахи. Даже на резкие и неприятные. Ну, пованивает, и ладно. И вдруг - на него внезапно обрушились миллионы запахов: приятные, отвратительные и непереносимые. К своему удивлению, он обнаружил, что они разные. И что он умеет различать их: резкие, сладкие, металлические, ласковые, опасные, тревожные, огромные как дома, крошечные как пылинки, грубые как булыжники, тонкие и сложные как часовые механизмы. Воздух сделался твердым, пространство вокруг него наполнилось множеством самых странных непонятных вещей, как лавка старьевщика, заставленная уродливой старинной мебелью. Он с трудом открыл глаза, сосредоточился на своем пустом стакане, и наваждение пропало. Вонять перестало. Он снова сидел за столиком в кабаке "Очарованный кварк".

Шухарт попытался понять, что с ним случилось. Вроде бы его сознание куда-то перенеслось. Куда, спрашивается? Сам разобраться со своим видением он не мог. И не было рядом человека, который бы объяснил, куда ему удалось заглянуть, что рассмотреть. Самое простое - признать, что он сошел с ума, потому что не выдержал постоянного нервного напряжения. Или вот еще есть подходящий ответ: Зона проклятая неумолимо переделывает своих подопечных в нелюдей.

"Нет моего согласия. Мне удается держаться подальше от самозваных хозяев и начальников. Справлюсь и с иноземной мразью", - подумал Шухарт с горечью и ожесточением.

Он торопливо поднял стакан и одним глотком допил остаток виски. Не помогло. Ему захотелось подставить лицо под сильную струю водопроводной воды, чтобы смыть любые воспоминания о жутком призраке чужого мира.

К сожалению, такое желанное сейчас опьянение не возвращалось. И это было тревожно и отвратительно, как будто он проигрывает в какой-то сложной и непонятной игре, от которой зависит не только его судьба, но и само существование земной цивилизации и пресловутого прогресса. Грязно выругавшись, он направился в туалет.

Добрался без проблем. Наверное, у него было такое выражение лица, что даже самые завзятые драчуны шарахались от него в ужасе. И это стало большим разочарованием, у Шухарта чесались кулаки, но не было возможности пустить их в ход.

Дверь он открыл удачным ударом ноги. Внезапно стало темно. В голове опять свистнуло, как только что в зале, когда его накрыло видением чужого мира. Свет вернулся. К ужасу своему Шухарт увидел, что находится не в туалете кабака "Очарованный кварк", а в знакомой лаборатории ? 1522 провалившегося здания Института. Он застыл, как привык это делать в Зоне, его организм сработал быстрее, чем его сознание. Надо было оценить положение, чтобы не попасть в одну из множества ловушек, которых на пятнадцатом этаже провалившегося здания было хоть отбавляй.

Шухарт обнаружил "комариную плешь", которая на этот раз сместилась к книжным полкам, и опасный вихрь "мясорубки", перекрывавший путь к двери. На знакомом столе, расположенном в центре лаборатории, лежали артефакты, словно специально разложенные кем-то к его приходу. Он разглядел две "пустышки", два неизвестных пока белых обруча, несколько браслетов, за которые на черном рынке давали большие деньги, поскольку доктор Джеймс Каттерфилд - главный и признанный специалист по инопланетным болезням и вообще по воздействию артефактов из Зоны на человеческие организмы объявил, что они крайне благотворно действуют на здоровье людей. Излечивают большинство болезней и чуть ли обеспечивают практическое бессмертие.

Шухарт действовал автоматически, подчинившись рефлексам. Левой рукой он подхватил белые обручи, а правой "пустышку". Только после этого стал думать, как бы ему выбраться из Зоны. "Мясорубка" по-прежнему перекрывала путь к двери. Но в этом не было ничего страшного. Нужно было успокоиться и подождать, когда опасное завихрение пропадет само собой. Он закрыл глаза и стал считать: "Раз, два, три..." Считал он долго, несколько раз сбивался, но отнесся к этому без паники, поскольку никто не требовал от него, чтобы числа, которые он называл, были расположены последовательно. В этом не было необходимости.