Дарья Сорокина – Не смей меня целовать (страница 42)
— Спасти тебя. Узнать, где суккуб держит Шороха, и выкрасть его, — про несчастный случай с родителями решила не рассказывать Тени. Его Мотылёк не просто так лишил болезненных воспоминаний. Он нужен нам сильным.
— Это несложно сделать, — Тео коснулся натянутой до предела золотой струны, тянущейся из моей груди. Нить задрожала, и вибрации передались мне, вызвав настоящую бурю эмоций от безграничной нежности, до неконтролируемой страсти.
Кажется, с моих губ сорвался сладкий стон, и Тень с понимаем улыбнулся.
— Начинаю ревновать тебя к самому себе. А мне такой вздох полагается? — он погладил меня по щеке.
— Это тебе и предназначалось, Тео.
— Тогда повтори, — он вжал меня в диван и навис сверху. — Для гадкой, извращённой тени.
— Не думаешь, что сейчас не время для…
— Для чего? Для этого? — он провёл языком по моей шее и хищно оскалился, напоминая самого себя в нашу первую встречу.
— Да для этого, — пыталась спихнуть его, но чем больше старалась, тем сложнее было сопротивляться и тем сильнее распалялся парень.
— Ошибаешься. Сейчас, как раз время укреплять нашу связь, Аня, пока Алекс и твой доппельганер не развели нас по углам. Как насчёт жаркого секса двух запечатлённых?
— Чокнутый, — извернулась и передразнила будоражащий жест, лизнула его горячую кожу шеи с дрожащими венами.
— И как я мог сомневаться, что ты и есть моя истинная? Мы просто созданы друг для друга, мышка.
Внезапный запах гари и ругань, доносящаяся из открытой форточки, заставил нас обоих расцепиться и рвануть к окну.
— Как-то лихо они развернули подготовку для фестиваля. Разве он не завтра? — наблюдала предпраздничной суетой.
— Завтра, — нахмурился Тео.
— Что-то не так? — мне не нравилось его состояние, взгляд метался от одного сложенного костра к другому.
— Всё не так… О, господи, Аня. Я понял, что они хотят сделать! Алекс — пешка, и мой дар перевёртыша здесь ни при чём! Яннара и воскрешение никому не известного демона не было настоящей целью суккуба. Это всё для отвода глаз, чтобы спровоцировать меня, заставить вернуться в этот мир. Праздник урожая знаменует конец Лета! Они форсируют события, чтобы Шорох не умер. Твои родители сделали всё правильно, ему нельзя в этот мир. Аня, мне нельзя было получить твои способности!
Глава 19
Отвратительное чувство, когда до кого-то доходит раньше, чем до тебя. Тео снова не говорил прямо, или надеялся, что я мысли его прочитаю. Но от неведения меня бросало в дрожь, а от пространной фразы, что ему нельзя возвращаться в этот мир, по всему тело разливалось отчаяние.
— Я был слаб, Аня. Находил отговорки, почему не могу перерубить эту связь. Полагал, что именно она мешает суккубу взять меня под контроль. Но это не так…
В его голосе появилась пугающая решительность. Тео медленно разминал плечи, не поворачиваясь ко мне.
— Ты сможешь вернуть себя, свою жизнь, чувства. Мы знакомы не так давно. Ты забудешь. Забудешь…
Не меня, он себя пытался убедить, потому что я-то точно знала, что ничего не забуду, но мне не нравилась сгущавшаяся в кабинете Боррисада тьма, не нравилась захлёстывавшая Теобальда сила, от которой по затылку пробегал холодок, а кончики пальцев странно покалывали.
— Что ты задумал и чем опасно твоё возвращение? Объяснись!
— Я верну тебя домой, Аня.
— Но я уже дома!
Попятилась к двери, держась за грудь. Струна натянулась до предела и больно резонировала от каждого судорожного вдоха.
— Так будет правильно. Надеюсь, ты простишь меня однажды. Если вспомнишь.
Тео тряхнул руками и отрастил теневые когти.
— Мне жаль…
Крик застрял в груди, а ужас заставил зажмуриться, и только громкий чудовищный скрежет, звучавший словно внутри моей пульсирующей от боли головы, помог прийти в себя. Открыла глаза, и встретилась взглядом со своим растерянным истинным. Его когти не достигли цели, а нить осталась нетронутой. Я же выставил свою руку вперёд и сдерживала атаку своими когтями. Такими же, как у отца и матери, такими же как у Тео… Это мой дар! Дар, которого он так боится, дар, который жаждет суккуб. И мне ли не знать, как с ним обращаться?
— Не извиняйся, милый. Не за что, — ехидно ответила истинному, радуясь внезапной лёгкости и пьянящей силе.
— Обруби эту нить, Аня. Она зло, ты не понимаешь, что станет с миром, когда мы проиграем.
Теобальд сделал шаг назад, а затем рванул мне за спину, пытаясь опередить мои движения. Бесполезно. Мы пара. Я чувствую его, как саму себя. Предвосхищаю каждый взмах ресниц, вдох, шаг.
— Ты хотел сказать,
Скрежет. Искры. Мы снова сцепились. Глаза в глаза. Без ненависти или азарта. Каждый бился за своё. Жертвенная тень — за целый мир, я же за своё право спасти любимого.
— Ты вроде хотел потанцевать на фестивале. Я готова так до самого утра, — погладила его коготь своим и улыбнулась.
— Упрямая. Мы тратим время!
— Скорее тянем.
Перехватила следующий выпад. Теобальд совсем не уставал, и я тоже, словно энергию из него тяну и ей же делюсь. Удивительное чувство, могу неделю так сражаться или даже целую вечность, лишь бы он рядом оставался и позволял делать перерывы на сон и еду.
— Аня, пожалуйста, не глупи.
— Попробуй переубеди, — новый сноп искр, а наша связь становилась лишь крепче с каждой секундой.
— Суккуб черпает силу из охваченных магическим мороком. Она подчиняет себе влюблённых, питается ими, — запыхавшись, начал Тео. Он устал? Выдохся?
— И? — отразила ещё одну невнятную атаку.
— По сути, она погружает их в недолгий сон. Притворяется истинной парой, как это делала и делает со мной. Но эффект внушения не может быть долгим. Рано или поздно жертва очнётся и увидит правду, если суккуб не истощит её раньше и не убьёт.
Тео прекратил выпады, но я чувствовала, что он ищет брешь в моей защите.
— Как это связано со мной и тобой?
— Я единственный, кем у неё не получается питаться полноценно, потому что моё сердце не здесь. Оно спрятано в Вечном Лете, а туда никому нет дороги. Теобальд закрылся там, а ключик спрятал.
— Погоди, но я была в Лете. Каждую ночь переношусь туда.
— Попробуй догадаться почему, — Тео кивнул на нить, а я, испугавшись, что это новая атака, выставила когти и зашипела разъярённой кошкой на любимого.
Он лишь мило улыбнулся и поднял над головой руки:
— Моя боевая девочка.
— Приходится, — встряхнулась, не сводя взгляда с его когтей и нашей нити. — Погоди! Наша связь… Я могу попасть в Лето, потому что мы запечатлены!
— Именно. А теперь представь, что суккуб получит власть над тем миром. Прикидываясь чужими истинными, она сможет утаскивать их в Лето, держать там в вечном рабстве и питаться чистой энергией.
— Что мешает им проснуться? Не понимаю.
— И тут мы возвращаемся к твоему таланту, Аня. Ты можешь рубить любые нити, не только союзы истинных. Этими когтями, суккуб будет перерезать связи с реальностью, оставляя здесь жалкие тени людей. Она сможет стать Марой, безраздельной владычицей мира снов.
— Как ты понял всё это? По кострам и подготовке к фестивалю?
— Суккуб забывает, что в попытках привязать меня к себе она делит часть своей силы со мной тоже, всего секунда, и я прочёл её радостные мысли. Она уже не боится нас. Аня, но мы перехитрим её, сделаем то, чего она точно не ожидает: обрубим связь.
Ещё одна попытка Тео разорвать последнюю надежду. Но это мой дар, я сильнее. Ударила любимого по когтям, заставив их развеяться, а затем толкнула его в грудь. Тень пошатнулся и упал на спину, утягивая меня за собой.
— Аня, ты должна.
— Нет, тогда ты останешься в том мире, а я никогда не смогу больше увидеть тебя. Шорох умирает…
— Так бывает. Это жизнь, Аня, — ласково проговорил Тео, уже не пытаясь сопротивляться.
— Ты предлагаешь мне убить тебя. Я видела, что стало с тобой, когда ты считал, что я мертва.
— Это другое. Ты будешь свободна от обещаний и запечатления.