Дарья Сорокина – Не смей меня целовать (страница 19)
Они тут все из ума выжили? Умирать, потому что умирает твоя пара, что это за чудовищный закон природы? А если я действительно выберу не глядя какого-нибудь законченного экстремала, каждый день ходящего по лезвию ножа, и даже знать об этом не буду? Надо бежать из этого мира. Срочно отучиться, избавиться от опеки Тео, отыскать другого странника и попросить отвести домой, но для начала найти трусы, штаны и нормальную обувь…
Черноглазая морда тем временем осторожно ослабил застёжки на сандалиях и издал какой-то цокающий звук.
— Что там? — спросила своего наставника поневоле. Даже смотреть не хочу на ноги, уверена, там кровавое месиво.
— Надо промыть, — только и выдал извращенец и потащил меня к той самой маленькой двери.
За ней оказалась ещё одна жилая комната с кроватью, комодом и письменным столом.
— Ты знал, что тут вторая спальня?
— Конечно, знал. Я учился в этой академии. Ты реально подумала, что нас заставят делить одну кровать?
У него даже силы посмеиваться и издеваться находятся. Он точно смертельно болен?
Ещё одна дверь — ванная с туалетом. Тео усадил меня на широкую часть бортика и включил воду, долго настраивая температуру обычными вентилями. Оставшись доволен, снял лейку душа с держателя.
— Я сама могу.
Очередной многозначительный взгляд двух чёрных бездн. Любит он в гляделки играть.
Смирилась и позволила ему смыть с ног пыль и засохшую кровь от мозолей. И когда я так успела?
— Почему не говорила, что тебе больно? Глупая отважная мышка.
— А что бы ты изменил?
— Носил бы весь день на руках.
— Чтобы все в академии решили, что мы пара и спим в одной кровати.
— Они и так это подумают. Забыла, что у нас с тобой есть один меховой сводник? Он уже по кампусу скачет и слухи распускает.
— Всего лишь слухи?
Мы оба повернулись на дверь, где, скрестив маленькие лапки на груди, стоял Шорох.
— Если это слухи, то какого чёрта, на кровати лежат Анины трусы, а у тебя Тео расстёгнуты штаны и ремень?
Тео проигнорировал выпад своего друга, а вот меня бросило жар от одной только мысли, чем мы тут занимались несколько минут назад, и во что это могло вылиться. Неловкость момента зашкаливала, и мне безумно захотелось срочно забиться под плинтус, предварительно поцеловав своего извращенца и превратившись в таракана.
— Ты его просто поцеловать хочешь, Аня, а не для превращения в таракана. Да что с вами обоими нет так? Очень долго притираетесь.
— Он мысли читает, — теперь в этом точно нет сомнений. Если раньше я ещё принимала это за совпадение, то теперь уверена, Шорох мелкий телепат!
— Таракан? Что за желания такие у тебя? — хмыкнул Тео.
— Скажи, чтобы он перестал мне в голову лазить!
С тем, что оба засранца видели меня без одежды, я уже как-то примирилась, но мысли! Это уж слишком!
— Я бы и рад, Аня. Только ты орёшь так, что за несколько этажей слышно. Научи её закрываться от ментальных, Тео, а то ваша личная жизнь станет достоянием общественности и без моей помощи. Я тут не единственный, кто может в голову влезть.
— Сегодня же, — пообещала черноглаза морда и снова подхватила меня на руки. Я, не задумываясь, обняла его за шею, чтобы не свалиться, и очень расстроилась, когда очутилась на кровати. С удовольствием бы провела в тёплых объятьях ещё немного.
— Ей нравится, когда ты к ней прикасаешься, — выдала мои желания шиншилла, и Тео тут же наградил меня самодовольной улыбкой.
— Шорох!
— Думай тише, это важно! — наставлял Шор.
Как же бесит его назидательный тон!
— Боги, что у неё с ногами?
Тут и я не выдержала и посмотрела. Но лучше бы не делала этого. Мозоли были везде, где стоп касались ремешки, и повреждённую кожу ужасно щипало. Если ничего не предпринять, запросто могу получить заражение.
— Давай лечи её, умник!
Шорох прыгнул мне на колени и пристально уставился в лицо своими чёрными глазками. Это продолжалось уже большие минуты, но облегчения мои ноги не испытывали.
— Я не могу… — озадаченно изрекла Шиншилла.
— Что значит, не можешь? — Тео явно терял терпение.
— На неё поставили защиту от внушения, я никак не могу пробиться.
— Когда?! Мы глаз с неё не спускали, и ещё вчера она поддавалась внушению. Пробуй лучше.
— Тео, пожалуйста, успокойся. Я, правда, не могу ничего сделать. Это то же самое, что мешает тебя вылечить, а мне стать человеком.
О чём они говорят? Почему извращенец так нервничает, а Шорох смотрит на меня, словно прямо сейчас помру?
— В каком смысле то же самое? — потерянным голосом спросил мой куратор. Лучше бы злился, пугает меня до ужаса своим отчаянием.
— На ней блок схожей природы, что на тебе и мне. Тео нас троих проклял один и тот же человек, всё ещё считаешь это совпадением?
— Кто это сделал? — опять орёт псих. — Ты знаешь, по глазам вижу, знаешь его!
— Давай не сейчас, — Шорох многозначительно посмотрел на меня, но извращенец уже вышел из себяи разве что комнату не крушил.
— Кто нас проклял?!
Зажала уши, но поздно, аж зазвенело всё.
Шиншилла сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями, и пробормотала:
— Тео, это ты. Мы находимся под твоим проклятьем.
— Когда я мог проклясть Аню? Мы не встречались с ней, когда я заболел, — Тео старался не смотреть в мою сторону, словно боялся, что один его взгляд только усугубит всё ещё сильнее.
— Первый поцелуй вполне мог стать спусковым крючком. Я знаю, о чём говорю. Это ты сделал. Возможно, подсознательно не хотел видеть рядом с ней других мужчин, и теперь никто не сможет с ней поцеловаться или оказать ментальное влияние, — рассуждал Шорох.
Вот как? Меня, выходит, заклеймили, какая прелесть! Я-то ладно, а друга за что?
— Мне незачем это. Она мне не пара! — зарычала злая морда. — Я спать!
Тео рванул прочь из комнаты, оставив меня наедине с шиншиллой. Почему-то от последних слов стало особенно больно, настолько, что появившийся в горле ком разросся до совершенно необъятных размеров. Кажется, даже грызун его рассмотрел, и как-то понуро опустил голову.
— Извини его, он немного запутался. Тео не имел в виду то, что сказал. Ты нравишься ему.
— Мне всё равно, — соврала Шороху сдавленным голоском, а в ушах всё ещё звенело «Она мне не пара». — Ты, вроде, за расписанием ходил. Что у меня завтра?
— Возьми ручку и бумагу. Сейчас продиктую, я по памяти, а то сама понимаешь, у меня…
— Ага, лапки. И где я возьму письменные принадлежности?
А ещё одежду, обувь, учебники и терпение…
— В столе посмотри. Наш наниматель должен был всё устроить, — посоветовал Шор.
Я осторожно сползла на пол и, хромая, доковыляла до стола, стараясь ступать, как можно более осторожно больными ногами. Потянула один из ящичков. Ручки, карандаши, альбомы, тетради. Прямо первое сентября какое-то с кучей обновок. Вытащила чистый лист и устроилась на стуле.
— Диктуй.
— Основы безопасности в пресных водоёмах. Теория оборота: рыбы и земноводные. Физическая подготовка: плавание. Практикум по обороту в воде. Вроде несложно для первого дня, как считаешь? Всего четыре пары, — подбадривал Шорох.