Дарья Сорокина – Мой талантливый враг 2 (страница 29)
— Тебе не кажется, что это как-то по-детски спросила подруга, — когда мы уже сели в машину, которую прислал за нами Кай.
— Мне нравится. А принц в тебя влюбился в простом гимнастическом купальнике.
Шай покраснела. А следом и я, вспомнив нашу с Винни репетицию. До сих пор приходила в себя после этого. Всякий раз, когда мы встречались взглядами в комнате, меня кидало в дрожь, а от каждого случайного прикосновения между нами искрило и коротило, как от неисправной проводки. Напряжение и желанием было таким сильным, что я даже рада была сбежать на вечерок. До выступления оставались считаные дни, но из-за обещания Винсента они тянулись мучительно долго. А самое страшное — я ни с кем не могла обсудить
Сегодняшний вечер решила посвятить полностью моей Шайло. Для подруги это первый большой выход в свет, и она сильно волнуется. И её тревоги мне понятны. Это как моё незапланированное выступление с кабаке Парамнезией, когда я только и ждала, что меня освистают.
Сжала её руку и улыбнулась.
— Все будет хорошо. Король и королева чутки люди без предубеждений.
Она кивнула, но как-то не сильно мне поверила.
Когда мы подъехали ко дворцу, подруга побледнела и испуганно вжалась в кресло. Гостей у королевской семьи, судя по количеству машин, было много. Слуги открывали двери,провожали знатных особ. А к нам подошёл сам третий принц.
— Лена, Шайло, вы приехали.
Он поцеловал руку моей подруги, а затем предложил ей свой локоть. Смело. Сразу обозначит своё отношение к девушке. А ещё очень полезно, ноги у Шайло дрожат на высоких каблуках. И эта девушка идеально стоит на пуантах? Не верю! Кто подменил мою грациозную Шай на эту косолапую девицу?
Следовала за ними и кланялась знакомым лицам.
— Елена, сыграете для нас сегодня? — вежливо спрашивали меня гости вечера.
— Самую малость. По просьбе моего хорошего друга. Сильно я вас не утомлю. Не переживайте.
— О нет, мы очень ждём, госпожа Адель.
Сто лет не играла перед такой публикой. А вдруг им не понравятся изменения в моей манере исполнения. Я уже не та надменная Елена Анна ден Адель, стремящаяся к идеалу. Теперь я просто Нана, которая не боится своих чувств, ошибаться и играть не по нотам.
Отпустила Шайло знакомиться с родителями Кая и мысленно пожелала этим двоим удачи, а сама подошла к столику с игристыми винами. Взяла один фужер просто чтобы занять руки. Задумчиво разглядывала пузырьки, которые поднимались со дна и лопались на поверхности. Странное чувство. Тревожное. Откуда оно?
Моя рука разжалась сама собой, фужер выскользнул из рук и разбился с оглушительным звоном.
Тут же подбежал кто-то из слуг и начал торопливо сметать осколки. А ребёнок продолжал плакать. Это вынесли юного наследника, который поприветствовал собравшихся по-своему. Но я совсем не была в настроении любоваться розовощёким младенцем. Хотелось спрятаться в самый дальний и тёмный угол. Позвонить оттуда Винни, чтобы скорее забрал меня, пока не случилось ничего страшного. Шайло поймет. Как же не к стати этот внезапный приступ.
Прижала скрипку крепче к груди и начала торопливо уходить из зала, стралась не привлекать к себе ещё больше внимания.Вот только уже в дверях я замерла от ужаса. Прямо передо мной стояла Виктория Хексент в черном платье, расшитом серебром. Попыталась обойти её, но она перегородила мне дорогу и хищно улыбнулась, словно жертве, загнанной в смертельную ловушку. Обернулась в поисках того, кто спасёт меня от опасного общества с соперницей. Но сзади стоял ещё один человек, которого я старательно избегала. Адриан Немет. У меня по спине заструился холодный липкий пот, и единственной не самой здравой мыслью было выхватить скрипку и заиграть так громко, что я не услышу этих двоих. Отщелкнула чехол, но Адриан тут же схватил меня за руку и сказал жесткое:
— Без глупостей, Лена. Идем за нами. Живо!
Вот и всё. Неспроста на меня нахлынула тревога. Вот об этой опасности орала моя интуиция. А я так просто попалась. Музы, Винсент, спасите мне! Кто-нибудь...
14.2
Это какие же глупости я могу натворить. Спалю дворец, пытаясь отбиться от этой чокнутой парочки? Не спорю. Прецедент был.
— Пустите, слышите!
Слышали, но не отпускали, Немет только крепче мне в руку вцепился и уводил всё дальше от банкетного зала. Мне оставалось только закричать:
— Помог...
Но одновременно со мной Виктория начала напевать, и мой рот буквально парализовало. Не могла ни слова вымолвить, только шипела от злости и страха, как змея, которую на потеху тыкают палками.
Немет все время щелкал пальцами, выбивая раздражающий мотив, уверена, он наводил иллюзию, чтобы для всех я выглядела счастливой и немного подвыпившей девицей. А они меня заботливо тащат освежиться.
— Вам это с рук не сойдёт! — грозилась я, но пение Виктории стремительно лишало меня сил.
Неужели это конец? Меня прикончат прям в королевском дворце, где куча стражников и свидетелей.
— Винсент... Он не переживёт этого второй раз. Умоляю!
Виктория не выдержала:
— Мы здесь исключительно из-за него. Без понятия, что ты там себе напридумывала, Адель. Но если так волнуешься, за Винса, не встречалась бы с ним. Мы жизнь тебе спасаем, можешь не мешать?
— Чего?!
Меня затолкали в одну из комнат и закрыли за собой дверь. Мои похитители выглядели слегка вымотанными иллюзиями. Немет разминал запястье, а Виктория на полном серьёзе чуть не глотнула воды из цветочной вазы.
Скрипку у меня они все же отняли, и я пока в недоумении смотрела на этих двоих.
— Твоя история стала достоянием широкой публики. Уже несколько человек очень громко обсуждали произошедшее с тобой в детстве. Вопрос времени, когда тебе всё выложат. Люди в Острайхе чудовищно бестактны. Кто-то раскопал правду и теперь смакует подробности, — поделился Адриан, и я похолодела от ужаса.
— Кто-то? — спросила, глядя на Викторию, кто же ещё?
— Видишь? — она повернулась к Немету. — Я говорила, что она будет меня во всем винить. Неблагодарная.
— Сама виновата, Вики. Заслужила. Очаровывать Винса было не очень удачной идеей, как и то фото распространять.
О, Музы! Эти двое заодно были!
— Не делай такое лицо, Лена. Я попыталась спасти Винсента от тебя. Со мной ему бы ничего не грозило. А с Неметом вы неплохо смотрелись вместе. Уехали бы в, забыла, откуда ты там Адриан. Я всё это из лучших побуждений, — продолжала Виктория. — Но теперь я знаю, что случилось с вами в детстве... В общем, сломанную игрушку забирай себе. Я Вестерхольта не починю. Никто, кроме тебя, не починит и не убедит, что он ни в чём не виноват.
— Вики, — рыкнул на неё Адриан, и она вскинула вверх руки.
— Молчу-молчу. Боже, как с вами сложно.
Не похоже, чтобы они врали. А обо мне и так знало слишком много людей. Понятно, что в какой-то момент правда бы всё равно вырвалась наружу. Это было неизбежно. Жаль, что у меня так мало времени осталось побыть нормальной.
— Тебе нужно уехать из академии на какой-то срок. Отключить видеофон, — перечислял Адриан.
Но я уже не хотела прежней жизни. Мне нравилась новая Нана. С друзьями, соперниками, любовню до боли и дрожи. С истинным ликованием на сцене. Я не хочу в делирий, но ещё больше я боюсь обречь себя и Винни на вечное скитание или затворничество.
— Хотя бы после выступления. Мы так много готовились.
Мои похитители-спасители переглянулись.
— Это очень опрометчиво, — качала головой Викки. — На концерте будет куча журналистов, гостей и других участников.
— Да! И именно поэтому вы ничего не скажете, Винсенту! Он меня в подвале запрёт. Пожалуйста. Я буду осторожна! Буду в берушах ходить.
У меня в ридикюле завибрировал видеофон, вытащила его, но стоило только включить, как Немет тут же выхватил у меня его из рук. А Виктория хлопнула себя по лбу.
— Ты неисправима! Это не осторожность!
— Тебя подруга ищет твоя. Шайло, — прочитал Адриан. — Скоро твоё выступление перед гостями их высочеств.
Точно! Я же обещала Каю. Мне нельзя не показываться в банкетном зале. Будет скандал, и вопросов ко мне ещё больше возникнет в эфире. Лучше показать, что ничего не боюсь и не прячусь, тогда обсуждать меня будет неинтересно.
— Я всё придумала! — ликовала я, чувствуя, как у меня щекочет под коленками от возбуждения. — Вы мне поможете!
Адриан и Вики переглянулись и лишь пожали плечами.
14.3
— Так что мы будем исполнять-то, — не унималась Виктория, и в её голосе сквозил неподдельный интерес.
— Колыбельную, — ответила я. — Маленький наследник надрывается до сих пор. Его родители и нянечки, наверно, жутко устали. Да и гостям некомфортно. Зато мы успокоим его красивой мелодией и чудной иллюзией. Я начну, а вы подстроитесь.
— Не знаю ни одной колыбельной, — Виктория старалась звучать надменной, но в её взгляде и голосе явственно читалась тоска. Она тоже рано потерял мать, а занятой отец едва ли находил время для песен перед сном.
Знаю. Сама прошла через это.
— Достаточно будет простого. Баю-бай. Справишься?
— Попробую, но если младенец будет орать пуще прежнего, вы сами виноваты!
Немет уже примерялся к моей панфлейте, попробовал звучание и выглядел вполне удовлетворённым.