Дарья Шаповалова – Сравнение двух академий (страница 34)

– Тогда я вас оставлю. Луна зайдёт ещё нескоро.

И как мы могли не заметить полнолуние? Кстати, о нём.

– Кого нам ещё стоит сейчас опасаться?

У вампиров, насколько мне известно, сейчас пары. Оборотни должны находится под специальным присмотром (по идее). Кого я могла забыть?

– Ректор, – ответила Гайвет и выпрыгнула из окна.

Разумеется, не разбилась, а взлетела.

– Эх, надо лучше чёрную магию изучать, – печально вздохнула Эивас.

Чёрную магию она не любила, хотя и проблем с ней не имела, в отличие от своего отца.

– Она же О’Доннелл, – напомнила я.

Спасибо тебе, Гайвет за то, что ты спасла нас, и мы с кузиной прекрасно понимаем, что за свою услугу ты могла бы потребовать больше, чем простое молчание.

Так, значит, сейчас стоит опасаться только ректора, Доктора Смерти. Кстати, я до сих пор о нём ничего не рассказала.

Доктор Смерти (настоящее имя неизвестно) был когда-то с чёрной душой чёрным магом, не пренебрегавшим и техникой. Он ставил в своих лабораториях не мысленные эксперименты и погубил много людей. Однажды он решил стать бессмертным, но что-то пошло не так (говорят, из-за происков врагов), и Доктор Смерти стал полувампиром-полуразложившимся зомби, один вид которого может многих людей довести до инфаркта. Неизвестно, стал ли Доктор Смерти бессмертным, но количество его ужасных опытов возросло. И всех провинившихся студентов грозятся отправить к нему, откуда живыми (или относительно живыми) уже никто не выйдет.

– Ты сейчас спать? – спросила я Эивас.

– Да, лягу. А ты?

– И я, – ответила, стараясь спрятать улыбку. Так рано ложиться я не собиралась.

Кузина, видимо, что-то почувствовала, потому что подозрительно посмотрела на меня.

– Точно?

– Точно-точно.

Я действительно легла спать и поспала целых четыре часа. Потом меня разбудил своеобразный будильник, сделанный Гаизжиной. У добрячки оказались невероятные таланты в области технологий. Хотя до Эивас всё же Хьюз было далеко.

Будильник представлял собой маленького, едва заметного робота зеленоватого цвета. Ему нужно было только сказать время, чтобы он тебя разбудил. И будил он на славу – посылал в мозг сигнал о том, что пора вставать. Сонное состояние как рукой снималось.

Приподнявшись на кровати (будильник уже успел спрятаться под подушку, где он и проводил всё время), я посмотрела на кузину. Эивас спала. Значит, можно уходить.

Вселенная мне в конечном итоге разрешила побывать в том нечто, что существует между нашей реальностью и мёртвым миром и всё объяснила, когда решила, что я готова для такого путешествия.

Итак, то пространство называется стык теней. И попасть туда можно было лишь благодаря языку Теней.

Смешно, не так ли? По идее, это должен быть язык Гармонии, давно забытый, но, тем не менее, перемещаться по стыку можно только с помощью языка Теней, который все маги более-менее знают. А о заклинаниях, с помощью которых можно путешествовать по стыку теней, даже и не слышали. И Вселенная здесь совершенно не при чём.

Я быстро оделась, встала посреди комнаты и тихо-тихо произнесла заклинание. Тихо не потому, что боюсь разбудить Эивас, а потому что таковы условия языка Теней.

Стык теней мерцал коричневым цветом. Я вошла в него.

Как выглядит это подобие реальности изнутри? И каковы ощущения?

Мне нравится, хотя и присутствует чувство, будто пытаешься протиснуться в щель, и ты только-только влезаешь. Но что-то здесь есть особенное. Какая-то таинственность и удовольствие от мысли, что можешь проникнуть куда угодно, ты всех видишь, а тебя – никто.

Десять секунд – и я уже во дворе АЗиРа, где наш ректор что-то кричит.

Он представляет собой скелет, с красными глазами вампира и их же клыками. Чёрный плащ хоть как-то скрывает его полуразложившиеся органы (а то, что там они, мы уверены, хотя, к счастью, никогда не видели нашего ректора без плаща и, слава Ктулху, в принципе, его видим редко).

– Кто здесь? – неожиданно спрашивает Доктор Смерти и втягивает носом воздух, как будто что-то может учуять.

– Кто здесь? – повторяет он свой вопрос, и карканье ворон отвечает ему.

Мне стало страшно, хоть я и знала, что меня он в стыке теней не обнаружит.

– Человек … студент … точнее, студентка …

Ректор направляется прямо к тому месту, где нахожусь я. Не мог же он меня почуять, правда?

– Выходи!

Я не шевелилась и не отвечала.

– Здесь, – Доктор смерти прямо напротив меня. – Я тебя чувствую, но не вижу и не слышу.

Мне не нравятся эти задумчивые интонации в его голосе, обычно они означают, что сейчас будут опыты. Одни из самых страшных, в которых подопытные кролики умрут в мучениях!

– Почему это так происходит? Я назову тебя – исчезающей студенткой. И как только я найду тебя …

Права была Гайвет, мне следовало опасаться ректора. Он даже сквозь стык теней смог меня учуять, хотя до этого мне казалось подобное невозможным. Впрочем, ректор – непонятное существо, а стык – всё же не параллельный мир.

– … то приглашу к себе в кабинет, и мы поженимся и будем жить долго и счастливо. Я буду любить тебя вечно! До твоего гроба! И мы вместе сможем захватить мир.

Спасибо, мне такого счастья не надо. Ни в захвате мира, ни тем более вашей любви и вашего сердца ни в прямом, ни в переносном смыслах.

– Ты меня поразила своей возможностью быть незамеченной. Я хочу такую. А взамен подарю тебе романтику. Какую ты хочешь?

На этой ноте я бросилась бежать. То, что наш ректор неожиданно заговорил о любви, меня не удивило. Он давно сошёл с ума, а у сумасшедших всегда отсутствовала всякая логика.

Почему он до сих пор на посту ректора АЗиРа? Во-первых, из-за того, что он создаёт подходящий имидж академии. Во-вторых, он первоклассный злодей, существующий не одно поколение, и к тому же непонятной расы, поэтому быть его открытым врагом никто бы не хотел. И, в-третьих, он, скорее всего, нужен известным злодейским фамилиям, раз они до сих пор даже не попытались от него избавиться. Так что убрать с поста нашего ужасного ректора весьма проблематично.

Зачем мне понадобилось в принципе выходить из комнаты? Я встречаюсь со своими друзьями, студентами Академии Добра и Благоденствия. Виртуальное общение у нас и раньше было сильно ограничено, а теперь оно и вовсе отсутствовало. Да и реально общаться намного лучше.

Я вышла из стыка на поляне около Академии Добра и Благоденствия, где мы когда-то проходили нашу практику по ботанике. Эта поляна была и им, и мы удобна. Им – потому что рядом с академией и далеко идти не надо; мне – потому что далеко от АЗиРа, а по стыку теней добираться намного ближе.

– Всем привет! – поприветствовала я своих когда-то однокурсников.

Они все были здесь, те, с которыми я постоянно общалась – Вероника, Гаизжина, Фунда, Амар и Эарлан.

– Привет, – вяло поздоровался Амар. – Напомни, зачем мы ради тебя собираемся здесь уже которую ночь?

Эльф в нашей компании был только благодаря его зародившейся дружбе с Эарланом, и на наши встречи приходил только в пятый раз.

Вероника шикнула на него и вроде даже постаралась ущипнуть. Зря – я не обиделась, на самого Амара это тоже не произвело никакого впечатления.

– Вы просто рады меня видеть! – радостно ответила я. Иначе зачем бы они сюда приходили, включая эльфа?

– Виилам. Нам надо поговорить, – строго сказал Эарлан.

Он упорно не желал принимать моего прозвища и звал по имени, даже когда я была против.

– О чём?

– О твоей злой сущности.

Великий Ктулху, начинается! Эарлан единственный до сих пор верил, что злодейским именем я стала называться не по своей воле, все остальные добряки давно меня поняли и больше не искали тайных проходов в АЗиР.

– Я тебя понимаю, такое с каждым может произойти.

Я не хотела с тобой ссориться, но, видимо, придётся.

– Эарлан, со мной всё в порядке! Если ты помнишь, то в АЗиР я поступила совершенно добровольно, и если бы не …

Далее Фунда прикоснулась ко мне, и моя злость пропала.

– Объясни мне причины своего беспокойства, – уже спокойно продолжила я.

Так всегда со мной происходило после заклятий Фунды. А у нас уже были случаи, когда я чуть не поссорилась с Эарланом, два или три раза.