Дарья Ратникова – Проданная (СИ) (страница 30)

Он прижал её к себе, скорее по-братски, неловко погладил по волосам и вышел, не обернувшись. Диара осталась стоять, растрёпанная, прижимая руки к сердцу, но необыкновенно счастливое. Правда счастье длилось всего лишь несколько секунд, сменившись тоскливым предчувствием. От Её Высочества можно было ожидать чего угодно…

Глава 21

Алистер не вернулся к вечеру, заставив Диару, сжимая руки в кулаки, в тревоге бродить по дому. Ставший внезапно пустым без него, он казался до ужаса неуютным. А вся её жизнь за это недолгое отсутствие — почти бессмысленной. Она так долго была одна, так боялась несказанных слов, что в счастье с трудом могла поверить. И тем тяжелее было с ним расставаться.

Здесь в Диале у неё не было знакомых, кроме Иниры, никого с кем можно было бы поговорить, сходя с ума от тревоги. Почему Алистера так долго нет? Он должен был уже вернуться. Ещё несколько минут, и она сама бы бросилась к принцессе, искать своего мужа, хоть это было бы глупо и опасно. А может они с Грацием как раз этого и ждали? Как же тяжело! Она выдохнула, приказывая себе успокоиться. От того, что она нервничает и переживает, Алистер не вернётся. Может быть, ему нужно помочь, но как? В этой стране она знает ничтожно мало людей, которым можно доверять.

Когда скрипнула входная дверь, Диара почти бегом спустилась вниз, чтобы столкнуться с Алистером, растрёпанным, уставшим, но живым! Не помня себя от радости она кинулась ему на шею, чтобы уткнуться носом в его волосы, так замечательно, так упоительно пахнувшие травами, и замолчать.

— Тихо, тихо, я живой и пока даже на свободе, — он говорил так тихо, поглаживая её по волосам, но необыкновенно глухим голосом, от которого в груди становилось тепло.

— Что случилось? Почему ты так долго? — Она задала бы ещё больше вопросов, если бы Алистер не обнял её, увлекая за собой в гостиную.

— Мы разговаривали с принцессой. И разговор был не из тех, которые тебе было бы приятно услышать. — Он нахмурился. Диара безотчётно провела пальцам по морщинкам.

— Диарлинг, я ведь так совсем не могу разговаривать, — улыбнулся Алистер, разгладив все морщинки. — Пожалей меня. Когда ты рядом и так все мысли сбиваются со своего привычного ритма. Её Высочество ясно дала мне понять, что если я добровольно не отдам тебя Грацию и не откажусь от тебя, они отберут тебя насильно. Словно речь идёт о какой-то игрушке!

Алистер замолчал. Прежний страх снова начал заползать в душу. Против принцессы он бессилен.

— Не бойся, — Тёплая рука легла на плечо, а потом Алистер развернул её и прижал к себе. — Не бойся, — повторил, поглаживая по волосам, как ребёнка, как когда-то давно, в раннем детстве вот так делал отец. И от него пахло травами, пряным запахом галискааса. — Я не отдам тебя Грацию. У меня есть знакомый в Гасте, спрячешься у него, поживёшь какое-то время.

— Поживёшь? А как же ты? — Что он хочет сказать?

— Это на крайний случай, если меня не отпустят или со мной что-то случится.

— Ты думаешь они что-то могут сделать? — На миг заледенела Диара, вспомнив свою тревогу несколько минут назад до того, как Алистер вошёл домой.

— Они могут всё. Поэтому слушай. Если что-то случится, езжай сразу в Гаст, не жди меня. Сейчас я скажу тебе адрес, улица Долсен дерр, 18. Там живёт мой старый знакомый, господин Файтер. Может быть знаешь его?

— Отец, кажется, пару раз с ним пересекался, — не очень уверенно ответила Диарлинг. Как будто всё то, что было в прошлом, произошло очень много лет назад.

— Хорошо. Я оставлю на столе записку ему. Если со мной что-то случится — уезжай, не медли.

— Но… — Если с ним что-то случиться… Диарлинг не представляла как она сможет тогда жить дальше.

— Никаких но. Если он не найдёт тебя, то и меня рано или поздно оставят в покое. Ты мне веришь?

Что она могла ответить? Только

— Да.

Следующие дни были наполнены совсем не тем, чего хотела Диара. Никаких разговоров по душам и прогулок, ничего такого, о чём она втайне мечтала. Алистера почти каждый день требовала к себе принцесса. Не звала, а именно требовала, настойчиво и почти на целый день. Алистер не рассказывал, что они делали наедине, но приходил домой мрачнее тучи. А Диара боялась спрашивать, опасаясь, что ответ придётся ей не по вкусу. Она была уверена в Алистере, но как тяжело было так жить и ждать неизвестной бури.

Через пару дней муж вернулся домой мрачнее обычного. Она всё-таки не вытерпела и спросила:

— Алистер, что случилось? — Хотела добавить «я страдаю», но промолчала. Он почувствует сам. Может быть, супруг лукавил, когда говорил, что больше не чувствует её, специально, но он всегда точно угадывал, о чём она думает. И знал, как утешить, даже не читая её.

— Завтра принцесса устраивает королевскую охоту и естественно требует меня рядом с собой. И получается уже эта мерзкая двусмысленность. — Алистер сжал руки в кулаки. — Вроде бы я женат, а вроде бы — и при принцессе.

— Она предлагала тебе место своего фаворита? — Побледнела вдруг Диара, вмиг поняв, куда он клонит.

— Предлагала. И даже больше. Намекала, что будет рада видеть меня и кем то большим. Она ведёт свою игру. А я не хочу быть игроком.

Он подошёл так быстро, что Диара не успела опомниться, как стояла уже, прижавшись к Алистеру. Она затаила дыхание, вслушиваясь в стук его сердца. Несмотря на всё, это так… волшебно.

— Я люблю тебя, люблю! И не буду играть по её правилам, — шептал Алистер глухим голосом, от которого у Диары перехватывало дыхание. — Завтра я буду готов отказать ей, официально поругаться с ней. Лучше места, чем сделать это прилюдно и на охоте не найти. Но она не из тех людей, что стерпит оскорбление. Будь готова уехать, собери вещи. Только не медли.

— А что будет с тобой? Ты не можешь поехать со мной? — Наверное, он не мог, иначе бы уже сделал это. Но, как это было тяжело, невозможно, невыносимо!

— Не могу. Если мы сбежим вдвоём, вряд ли их остановит даже граница, тем более сейчас, когда Граций ещё так зол. К тому же я не оставляю надежды уговорить Его Величество. Отношения с дочерью, насколько мне известно, у них достаточно прохладные. В любом случае я попытаюсь. А ты не жди, если я не вернусь завтра, уезжай тут же.

Диара кивнула. Несмотря на то, что она готовила себя к такому исходу все эти дни, несмотря на то, что запрещала себе думать о плохом, в глазах всё равно предательски защипало, а горло сдавило. Она могла только сильнее прижаться к Алистеру, моля, что всё обойдётся. Пожалуйста, пусть он вернётся, принцесса оставит его в покое и они через несколько дней уедут обратно домой, в Римс! Она уже представляла, как откроет все окна в их большом доме и повесит занавески. Сменит обои на более светлые цвета. И только лабораторию трогать не будет.

— О чём задумалась? — Алистер прикоснулся рукой к щеке, осторожно погладил пальцами, словно боялся, что она убежит. Она уткнулась носом в его щёку, вдыхая такой родной, такой знакомый пряный запах. Ради этой минуты Диара готова была сотни раз пережить всё то, что с ней уже случилось, снова и снова.

— Я думаю, как преобразить наш дом. И подойдут ли столовой кружевная скатерть и панели светлого дерева в тон?

— Ты прекрасна! — Алистер рассмеялся легко и весело, словно никогда в его глазах не было ледяной стены, как тогда при первой встрече, словно она ей почудилась. — Завтра — будет завтра, давай пока не думать ни о плохом, ни о хорошем. Лучше жить сегодняшним днём.

«Просто потому что завтра для кого-то из нас может не настать», — пронзило печалью Диару. Нет. Лучше не думать об этом. Она сознательно отказывается в это верить.

В доме так сумасшедше пахло уютом, теплом и ещё кофе, что Алистер на несколько секунд даже закрыл глаза. Уйти сейчас, с утра, пока Диарлинг ещё не проснулась. Его Диара, его жена… Он тихо оделся и выскользнул за дверь, не разрешая себе расслабиться. Если он будет думать о ней, то просто останется дома, наплевав на всё. А это невозможно. Надо быть осторожным.

Он усмехнулся, хищно и зло. Каким хочет его видеть принцесса? Таким? Или она не знает, что он бывает таким? Оседлав коня. Он пустил его вскачь, напрямик к месту охоты. В седельной сумке помимо остальных трав с недавних пор поселился галискаас. Он напоминал о Диаре. И ради нее он сегодня одержит победу. Иначе и быть не могло!

Рощицу, которую по странному капризу выбрала сегодня Её Высочество, он знал почти наизусть. Он любил гулять здесь вместе со Сюзан. И пусть она давно уже превратилась лишь в печальное воспоминание, ему всё равно было неприятно. Будто принцесса снова указала ему на своё место, ткнула лицом, как зарвавшуюся собаку.

— А вот и ты, Алистер. Задерживаешься, — её голос звучал томно. А чувств опять было невозможно прочитать. Но интонации и что-то в её голосе только утвердили его в том, что всё случится сегодня. Да и сказано было негромко, но так, что, наверное, услышали все придворные. Разговоров хватит надолго. Вот и госпожа Гаэсс, помогавшая ему, смотрит с осуждением.

Алистер сам не знал почему, но её неприязнь задела его. Или это может быть потому что только она во всём этом клоповнике была рядом с его Диарлинг. Но они вольны думать что хотят, он не будет никому ничего объяснять. Он спрыгнул с коня, поздоровался с принцессой, упорно проигнорировав руку, поданную для поцелуя и направился на другой конец поляны.