Дарья Павлова – Окна (страница 1)
Дарья Павлова
Окна
Татьянин день
Поставив накануне будильник на полчаса пораньше, Таня проснулась на пятьдесят минут позже. Бегая по дому как ошпаренная, она в сотый раз проклинала свою безалаберность и чудовищную несправедливость судьбы.
Воскресный вечер Таня по традиции проводила за просмотром телевизора. После выпуска новостей на экране появилась стройная, длинноногая ведущая: «А сейчас прогноз погоды на завтра, первое марта. По сведениям Гидрометцентра….»
– Бли-и-и-н, завтра же первый день весны, – скривив лицо в недовольной гримасе, протянула Таня.
Многие люди откладывают начало новых дел и глобальные перемены в жизни до понедельника. Таня не стала исключением. Она подумала, раз начало трудовой недели совпадает с первым днём весны, это определённо знак, чтобы начать новую жизнь.
Первым шагом к заветной цели стало создание нового образа. Таня подошла к платяному шкафу и, открыв дверцы, принялась перебирать висевшие там вещи. После двадцатиминутной ревизии и десятка неудачных примерок она ещё раз провозгласила печальную женскую аксиому: полный шкаф вещей, а надеть нечего! Единственная приглянувшаяся юбка при первом же тесном контакте предательски треснула по швам на округлившихся после долгой зимы бёдрах.
В этот момент Таня твёрдо решила, что с завтрашнего дня: сядет на диету, начнёт заниматься спортом, устроит себе шопинг и сделает маникюр. Откопав на антресолях давно позабытое маленькое чёрное платье, Таня с радостью отметила, что оно прекрасно на ней смотрится и даже удачно подчёркивает аппетитные формы.
Она воображала, как завтра всех удивит: элегантное платье, сапоги на каблуке, идеальный макияж и безупречная причёска. Для воплощения «Наполеоновского плана» необходимо было только одно – встать завтра пораньше, чтобы навести марафет. Таня завела будильник и, натянув узкие кожаные сапоги, принялась репетировать сногсшибательную походку перед зеркалом. Хотя она очень старалась, получалось отвратительно.
Таня представила восторженные взоры сослуживцев и одобрительный взгляд начальника. Наконец-то она сможет обратить на себя должное внимание! Особого интереса она ждала от двух людей – мужчины её мечты Влада и «лучшей подруги» Сонечки.
Влад год работал с Таней в одном отделе, но совершенно не обращал на неё внимания. За всё время знакомства он подходил к ней пару-тройку раз, и то только, чтоб занять денег на дорогу. А вот с её «лучшей подругой» Сонечкой Влад общался часто, тесно и «безд-возд-мезд-но»!
А вот в бескорыстной Сониной любви к себе Таня сильно сомневалась. Она догадывалась, что дальновидная Сонечка дружила с ней только ради того, чтоб спихивать «подружке» свою работу.
Таня была взволнована и почти счастлива, ведь, как пела Ирина Муравьёва в её любимом фильме «Самая обаятельная и привлекательная», «может быть, даже само ожиданье счастьем когда-нибудь ты назовёшь»! Закончив триумфальное шествие по квартире, она сделала контрольную проходку к холодильнику.
– Раз я сажусь на диету с понедельника, надо съесть всё вкусное уже сегодня, чтобы оно меня не смущало завтра! – со знанием дела сказала Таня, доставая батон колбасы.
Основательно уменьшив стратегические запасы съестного, Таня с чувством исполненного долга вновь улеглась на диван с пультом от телевизора. Вот-вот должно было начаться её любимое ток-шоу, под монотонное бормотание которого она особенного хорошо засыпала.
Звонок сотового телефона разрушил вечернюю идиллию. На том конце провода раздался истеричный женский голос. Из всего хлюпанья, плача и крика Таня смогла разобрать только две вещи – её лучшая подруга Настёна в очередной раз рассталась со своим непутёвым парнем Витей и ей срочно нужна поддержка. Недолго думая, Таня соскочила с нагретого дивана и побежала спасать подругу.
А потом всё было как всегда: пиво, снова пиво и ещё раз пиво. Затем были сигареты и пиво, пиво и сигареты, бесконечный разговор про какие-то яйца и про то, что все мужики сволочи и козлы. Домой Таня пришла часа в три ночи пьяная, довольная и заряженная феминистскими настроениями.
В первый раз будильник зазвенел уже через два с половиной часа после её возвращения домой, а потом ещё девять раз через каждые пять минут.
Таня с трудом сползла с дивана и шатающейся походкой подошла к зеркалу. Оттуда красными глазами на неё смотрела сонная опухшая тётка.
– Вот чёрт!
Она сжала холодными ладонями пульсирующие виски и попыталась вспомнить события вчерашнего вечера. И всё было бы хорошо, если бы не то ужасное пиво. Хотя нет, пиво было довольно вкусное. Значит, во всём виноваты эти мерзкие сигареты. Так нет же, и сигареты были как-то в кайф. Не-е-е-ет, во всём виноват этот грёбанный Витя! Если бы не этот урод, Настя не позвонила бы ей, они не пошли бы в кафе, не напились бы пива и не выкурили две пачки сигарет. Точно, во всём виноваты эти долбанные мужики!
– Чёрт бы побрал всех мужиков!
Тане предстояло побить олимпийский рекорд – привести в порядок изрядно помятую и слегка пьяную женщину за пятнадцать минут. Она с ужасом посмотрела на отглаженное чёрное платье и начищенные до блеска сапоги на высоком каблуке.
– Чёрт бы побрал этих мужиков ещё раз! Я это не надену!
Она схватила потёртые джинсы, брошенные в угол буквально пару часов назад, собрала прокуренные волосы в хвост, подкрасила ресницы тушью, накинула пуховик и выбежала из дома. Закрывая дверь квартиры, она слышала, как лифт поднимается на её этаж. Руки дрожали, голова гудела, а ключ, как назло, не желал поворачиваться в замке.
– Придержите лифт! – крикнула Таня, наконец справившись с замком.
Она подбежала к лифту, когда его двери со скрипом закрылись. Всё, что она успела разглядеть, это ухмыляющееся лицо Толика, стоявшего внутри.
Толик Носов, сосед по площадке, был ровесником Тани, но вёл себя так, будто был лет на десять младше – на уме у него были только компьютеры и тусовки. Каждые выходные все восемь этажей их дома подпрыгивали под оглушительные ритмы, доносившиеся из «нехорошей квартиры» Толика. Таня, будучи девушкой по большей части воспитанной и законопослушной, много раз пыталась поговорить с ним на предмет его противоправного поведения, однако только доводы местного участкового Котова давали пусть временный, но всё-таки результат.
И вроде Толик был хорошим парнем: работал в школе учителем информатики, бесплатно чинил Тане компьютер, вкручивал лампочку на площадке и сортировал мусор. Но чересчур весёлые друзья соседа оставляли слишком тёмный отпечаток на его светлой биографии.
– Чёрт бы побрал всех мужиков ещё тысячу раз! – шипела Таня, спускаясь по лестнице.
Первый день весны встретил её сильным ветром и обледенелыми дорогами. Выбегая со двора, она увидела, как пузатая маршрутка отходит от остановки. Таня ринулась к ней, размахивая руками, но поскользнулась и упала на колено. Маршрутка остановилась, и из открывшихся дверей показалось смуглое лицо кондуктора.
– Дэвушка, как ты? Тебэ помочь?
– Да, подождите, не уезжайте, я сейчас! – Таня с трудом поднялась на ноги и, прихрамывая, поплелась к открытым дверям.
Добродушный кондуктор помог ей зайти в салон, однако все сидячие места оказались заняты. Перспектива ехать всю дорогу стоя, опираясь на ушибленную ногу, Таню не радовала. Настроение таяло как весенняя сосулька на солнце.
Таня вопросительно оглядела пассажиров, но все усиленно прятали от неё глаза. Желающих уступить место не было. Среди этих грубиянов она обнаружила довольную физиономию соседа Толика.
«Вот козлина, – выругалась про себя Таня. – Чёрт бы побрал всех мужиков миллион раз!»
– Дэвушка, садись ко мне. У тебя нога больной, садись! – раздался голос кондуктора у неё за спиной.
Тот приветливо улыбался Тане и указывал рукой на свободное место рядом с ним. Конечно, она предпочла бы незаметно покемарить минут пятнадцать-двадцать, чтобы хоть как-то наверстать упущенный ночной сон, но раз этой возможности у неё не было, она вскарабкалась на высокое кресло кондуктора и, повернувшись лицом к благочестивой публике маршрутки, начала путешествие на работу.
Все двадцать пять минут, пока Таня сидела на кондукторском «троне», словно на жёрдочке в курятнике, её добродушный попутчик с чёрными, сросшимися на переносице бровями, в олимпийке Аbibas не переставая жужжал у неё под ухом, рассказывая разные байки. И всё бы ничего, но похмелье после бурной ночи никто не отменял. Таню подташнивало. Причём от созерцания того, как её новоиспечённый друг грыз жаренные семечки грязными руками, ей становилось только хуже.
Толик всё ещё ехидно улыбался Тане, а она продолжала тихо его ненавидеть. Хотя, по правде говоря, она ненавидела не только нерадивого соседа, но и себя, а ещё этот понедельник и неудачный первый день весны.
Как ни странно, но на работу Таня пришла раньше всех. И когда появился начальник отдела Дмитрий Александрович, невысокий пузатый мужичок лет сорока с маленькими, глубоко посаженными глазами, делающими его похожим на плюшевого медведя, она трясущимися руками наливала себе уже третью кружку кофе.
Восхищённого взгляда босса, о котором она так мечтала вчера вечером, Таня так и не удостоилась, зато немой вопрос, что с ней случилось, прекрасно читался на его пухлом лице. Таня решила спрятаться за монитором, чтобы никто больше не смог её увидеть.