Дарья Макарова – Призрак белых ночей (страница 12)

С некоторых пор Степанова была трижды бабушкой. И похоже, все внучки имели шанс бабушкин характер перенять. А наблюдательность вместе с ним. Словно прочитав мои мысли, Лёка сказала:

– Старшая у нее глазастая. Всего двенадцать, а уже первый стукач на деревне. Чувствую, проблем с ней наберемся.

– Помнишь, как дедушка учил? Стукачу – первая палка.

– Сравнила, – хмыкнула Лёка. – То у нас. Я лет в шесть на Сашку пожаловалась, он с друзьями за сараем отцовские сигареты курил. Обоих и наказали. Его за сигареты, меня за длинный язык.

– У Степановых, видимо, за тоже самое поощряют. Сдал ближнего – получи эскимо.

Как бы то ни было, о соседке мы решили не вспоминать. Чудачить не планировали, а настроение портить не хотелось. Вдоволь накупавшись, мы наскоро перекусили и отправились прогуляться.

Во главе с развеселой Каштанкой мы дошли до Уткино, купили по мороженому и отправились обратно (в отличие от сестрицы, мне надо было рано вставать и полуночничать я не хотела). Дойдя до моста, Лёка нахмурилась.

– Черти малолетние…

Ее недовольство объяснить было просто. С момента возникновения моста местные мальчишки использовали его как трамплин для прыжков в реку. И все бы ничего, да течение в этом месте было сильное, а глубина в несколько метров. После нескольких несчастных случаев детям прыгать было запрещено строжайше, но кто же родителей слушает?

Так и сейчас пятеро оболтусов прыгали друг за дружкой. Причем, один из них явно боялся и прыгать не хотел. Однако товарищей своих боялся сильнее (а может, слабаком показаться не хотел) и все же решился перелезть через парапет.

– А ну стой! – крикнула Лёка и устремилась на мост, я поспешила следом.

Заметив взрослых, мальчишки разгорячились и в пику Лёке хором закричали:

– Давай-давай-давай…

Мальчик прыгнул. Как по команде мы бросились к перилам и, с силой вцепившись в них, уставились в воду. Вдруг ребенок показался на поверхности. Но тут же вновь исчез, не успев даже вскрикнуть.

Побелевшая Лёка молниеносно бросила сумку и собралась прыгнуть следом. Ее опередили всего на долю секунды.

Сосредоточив все внимание на непутевых мальчишках, мы даже не заметили, что были не единственными взрослыми на мосту. Незнакомый мужчина, видевший, что ребенок пошел ко дну, бросился на помощь.

Легко перемахнув через ограду, он скрылся под водой. Повисла звенящая тишина. Перепуганные шалопаи вцепились друг в друга и стояли в оцепенении, открыв рты. Лёка бросилась к берегу, я следом.

Наконец, незнакомец и мальчишка показались на поверхности. Мальчик не шевелился, не мог плыть сам. Лёка громко закричала:

– Сюда!

Мужчина поплыл на ее голос. Бросившись ему на встречу, мы вытащили ребенка на берег. Я не сразу заметила, что к нам присоединись еще двое мужчин.

Сосредоточившись, на мальчишке, Лёка прикрикнула на нас:

– Разойдитесь, нужен воздух. Агата помоги. Кто-нибудь, позвоните в скорую.

Следующие несколько минут были откровенной мукой. Под руководством Лёки мы делали мальчишке искусственное дыхание. Но ничего не менялось. Его губы и лицо были иссиня-черными. Я не слышала, как испуганно плакали его друзья-сорванцы, не чувствовала взгляды окруживших людей. Но мне не было до них дела. Единственный, кто волновал меня сейчас – пухлый дуралей, чья глупость не должна быть оплачена такой чудовищной ценой.

– Раз, два, три…

Под громкий Лёкин счет мальчик содрогнулся и закашлялся. Следуя команде сестры, я отпустила его.

Только сейчас я заметила собравшуюся вокруг нас толпу. Поднявшись с земли, я строго сказала:

– С ним все будет нормально. Помощь не нужна, разойдитесь.

Жадные до зрелищ отдыхающие уходить не хотели, но остаться не осмелились. Оглядываясь и переговариваясь, вернулись на пляж. Спасший ребенка мужчина стоял тут же, рядом со своими друзьями.

Судя по их одежде, все трое занимались бегом и по счастливой случайности оказались здесь.

Невольный спасатель оказался высоким широкоплечим шатеном. Откинув со лба мокрые волосы, он сказал, обращаясь к одному из бегунов:

– Влад, возьми, пожалуйста, машину и развези детей по домам.

Бегун справа дважды себя просить не заставил. Достал телефон и куда-то позвонил. Не прошло и пары минут, как показался джип «Инфинити». Перепуганные мальчишки, то и дело оглядываясь, загрузились в машину. Водитель тут же тронулся с места.

Скорой же понадобилось куда больше времени. Укутав ребенка в полотенце, мы остались ее ждать. Бережно поглаживая мальчишку по голове, Лёка сидела рядом с ним. Шатен неожиданно спросил:

– Замерзли?

Я вздрогнула от звука его голоса и не сразу поняла, что он обращается ко мне. Выжив из себя улыбку, сказала:

– Это нервное. Сейчас пройдет. А вы… вы молодец. Спасибо вам.

– Ваш брат?

– Нет. Я никогда этого шалопая не видела. Был бы братом, всыпала бы ремня, не дожидаясь скорой.

Идея моя мальчишке не понравилась. Он вжал голову в плечи и испуганно посмотрел на Лёку. Усмехнувшись, она сказала:

– Я бы тоже всыпала. Но не буду. Оставлю эту почетную миссию твоим родителям.

– Кстати о родителях, – кивнула я и достала телефон из сумки (я бросила ее на берегу, благодаря чему средства связи не лишилась). – Продиктуй-ка мне их номер.

Если бы парень мог побелеть еще больше, он бы обязательно это сделал. Но не случилось. Вместо этого он погребальным голосом назвал номер.

Разговор с его матерью занял не больше пяти минут, но в памяти отпечатался надолго. Перепуганные родители приехали практически сразу, почти в одно время со скорой.

Под бдительным родительским взглядом мальчишку осмотрели и разрешили забрать домой. Усталый доктор, усмехнувшись в седые усы, сказал:

– Повезло тебе, парень. Сразу два ангела-хранителя тебя с того света вытаскивали.

Пожав руку моей сестре и Шатену, врач забрался на переднее сиденье кареты скорой помощи и отбыл на очередной вызов.

Родители бережно усадили шалопая в машину и тоже поспешили уехать. Чувствовалось, что в жизни парня грядут испытания и начнутся они, как только он поправится, а родители отойдут от шока.

Шатен оглядел нас с сестрой и спросил:

– Вас проводить, сударыни?

– Мы совсем рядом живем, – пожала плечами я и, окинув взглядом Шатена, добавила. – Может быть чаю горячего? Замерзли, наверное…

– С удовольствием, – широко улыбнулся он. – Но одет не подходяще. Я Валентин.

– Ольга, – ласково улыбнулась Лёка. Сестрица явно вспомнила о том, что на поиски «настоящей любви» ей осталось всего пять с хвостиком месяцев. –А это моя сестра, Агата.

– Рад знакомству, – демонтируя шикарную улыбку, кивнул он. – Все же, мне будет спокойнее, если довезу вас до дома. Не откажете?

– Будем признательны, – демонстрируя вселенскую радость, согласилась сестрица. Тут и «Инфинити» пожаловал.

Мы с сестрицей загрузились на заднее сиденье, Каштанка легла мне на коленки, а Валентин сел рядом с водителем. Он едва успел поинтересоваться тем, что мы здесь забыли и где научились спасать утопающих, как показался наш дом. Не сумев скрыть разочарования, Валентин сказал:

– Путь был недолгим.

На прощание поцеловав нам руки и потрепав Каштанку за ухом, он уехал. Лёка проводила его мечтательным взглядом и томно пропела:

– Ах, какой мужчина…

– Ну, настоящий полковник.

– Иди в дом, – грозно сказала она. – Нечего каркать.

– Я не каркаю, – обиделась я. – А проявляю разумную осторожность.

– Вот и проявляй, а я в душ.

– Я туда тоже собиралась, – упустив свой шанс, пробубнила я.

– А нечего по сторонам щелкать, осторожность проявлять.

– Хорошо-хорошо, – ехидно сказала я. – Так и быть, уступаю старшим.